Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 13 из 14

Пошатываясь, я двинулся через лес к зданию филфака. Как же повезло, что выбросило на том же самом месте, где мы провалились. Не хотелось бы ехать автостопом, через половину страны, если бы я открыл портал, к примеру, в Санкт-Петербурге.

К горлу подступила тошнота, и пришлось потереть лицом снегом, чтобы освежиться. И как же Крисан без особых неудобств путешествует по мирам? Я чувствую, будто постарел на двадцать лет.

Кое-как доковыляв до родимого факультета, я остановился за углом, раздумывая, что же делать дальше. Прозвенел звонок на перерыв, и я в который раз удивился несовпадению течения времени в разных мирах.

– Саша? Это ты? – передо мной стояла однокурсница, видимо, прогулявшая две пары.

Как же я нелепо спалился! Сейчас вызовет полицию, сообщит декану факультета, а там дойдет и до родителей…

– Извините, кажется, я ошиблась. Закурить не найдется?

Я помотал головой, опасаясь произнести хоть слово и выдать себя.

Девушка вздохнула и отошла с несчастным видом. Я же натянул шарф до самых глаз, как паранджу, и попытался вспомнить имя однокурсницы. Это была одна из сотни девушек, изучавших гуманитарные науки, с которой я едва ли перекинулся парой слов. Странно, что она вообще меня узнала. Наверное, не все девушки на филфаке воспринимали меня как подружку, с которой можно обсудить мужиков и болезненные критические дни. Я вздрогнул от этих воспоминаний. Сколько раз у меня рыдали на плече, жалуясь на грубость курсантов и физкультурников. Сколько сумок я передержал, пока однокурсницы бегали в туалет. Хорошо, хоть прокладки не стреляли, а вот обезболивающее – постоянно. Раз в пару месяцев со стипендии приходилось покупать пачку таблеток.

Как же все-таки зовут девушку? Чем черт не шутит, а вдруг симпатяжка захочет шагнуть в портал вместе со мной…

Через минуту я позабыл и про девушку, и про прокладки. Из обители благородных девиц выпорхнула стайка студенток – одни, чтобы выкурить сигаретку, другие – постоять за компанию со стаканом кофе. А потом, ковыляя на каблуках, из здания вышла Таня и встала чуть поодаль от подруг.

Я подошел чуть ближе, не зная, чего от нее ожидать. Заплачет, влепит пощечину или убежит? Я снова подумал, что одногруппница выглядит неестественно, как будто одежда ей мала или будто вот-вот свалится, не удержавшись на каблуках. Приглядевшись, я не удержался от смеха: видимо, Танюшка совсем отстала от моды в мире Синкретизма. На голые ноги он надела розовые шорты и полусапожки на шпильках, а на плечи накинула норковую шубку. Завершала ансамбль соломенная шляпа. И почему никто из студенток не просветил старосту по поводу ее внешнего вида?

Постояв пару минут, Татьяна двинулась в сторону филфака, нелепо выворачивая ноги. Я понял, что медлить нельзя, и бросился к подруге. Надо взять ее в охапку и унести подальше от любопытных взглядов.

Девушка обернулась и, увидев меня, с визгом бросилась на шею. Я, наверное, совсем ослабел от перехода между мирами, потому что не удержал ее и шлепнулся прямо в снег.

Конечно же, мои ладони нежданно-негаданно оказались на ее груди. Надо бы разрядить обстановку.

– Привет, Танюш, а где твое фирменное: она не отрывается?

– Это ты о чем? Аль, я так рада, я знала, что ты придешь за мной! Ждала тебя каждый день и даже ходила на занятия, рискуя всем.

Я встал, помогая подняться девушке и поправляя шарф. Нельзя валяться в снегу, на нас и так смотрят любопытные студенты, да и Таню заморожу.

– Почему ты так вырядилась? Назло маме отморожу уши?

– Да, ужасно неудобная одежда, – согласилась девушка. – Где корсет? Чем вообще у вас поддерживают грудь?

– Бюстгалтером, – автоматически ответил я. – Да что ты несешь? Головушкой ударилась, когда я тебя выбросил в наш мир? Можно я извинюсь чуть позже, когда мы найдем спокойное место для разговоров?

– Насчет спокойного места поддерживаю. Надо бежать отсюда. Кажется, тебя узнали, и добросовестные студентки вот-вот вызовут полицию. Только я – не Таня.

– Ты точно ударилась головой…

– Я – Ульрика, и пусть тебя не смущает моя внешность.

Разговаривать времени не было, я потянул девушку за собой.

– А теперь – побежали!

В ту же секунду от стаи отделилась пара девушек, с которыми я общался чаще всего.

– Саша! Саша! Стойте!

– Быстрее! – мы бросились через дорогу, не обращая внимания на красный свет.





Девицы остановились, размахивая руками. Они не прекращали орать, как ненормальные. Еще бы: увидели Александра, воскресшего из мертвых. Дождавшись зеленого, филологини, как охотничьи собаки, бросились в погоню.

Машины резко тормозили и сигналили нам. Если бы в моем мире властвовал Синкретизм, нам бы давно намял бока «пресс» или подрезало сухожилия причудливое эльфийское рукоделие.

Все же, пусть и под градом проклятий и отборного мата, мы перебежали дорогу и на минуту остановились. Девушка сбросила с себя сапоги, оставшись в шерстяных носках.

– Не волнуйся, я привыкла к холоду и влажности в подземельях. А теперь бежим!

Я мысленно поблагодарил Эрика и мастера Бо, которые нещадно меня гоняли в последнее время. Филологицы, не слишком физически подготовленные, быстро отстали. Мы же с девушкой, как бы они себя ни называла, запрыгнули в первый попавшийся троллейбус.

– У тебя есть проездной или деньги?

Одногруппница кивнула и дважды приложила карточку к турникету. Затем уселась на свободное место, чтобы натянуть свои «лошадиные» полусапожки.

– И как Танна их носила? Героическая женщина…

Я молчал, потому что уже стало неважно, кто сидит рядом: Таня или Ульрика. Мы ехали по моему району. Еще пара остановок – и родной дом, родители и смешная чихуашка.

– Нам надо выходить на следующей.

– Зачем? Квартира Танны находится на остановке Маяковская, это гораздо дальше. Примерно двадцать минут езды.

– А ты неплохо освоилась и выучила топографию города, – я почему-то разозлился. – Мы выйдем на следующей остановке, потому что я там живу с родителями. Интересно, как они пережили мое исчезновение? Наверное, считают погибшим или похищенным.

– Они считают, что на вас с Танной в лесу напал маньяк и держал в плену несколько месяцев, – Ульрика крепко сжала мою руку. – Тане удалось сбежать, а твоя судьба неизвестна. Я понимаю твои чувства. И искренне жалею твоих родителей. Но пойми: жизнь Тани в опасности. Если ты сейчас войдешь в родной дом, то уже не сможешь ей помочь. Забудешь и ее, и меня, и мир Синкретизма. На первый план выйдет твоя жизнь в этом мире.

– Да, та жизнь, которую она у меня украла, – я снова ощутил гнев и возмущение поступком Тани.

– И все же никто не заслуживает смерти.

Я отвернулся, глядя на проплывавшие в окне родные места. К горлу подкатил комок. Бедные, бедные мои родители, они не заслужили такую тяжелую участь.

– Спаси Танну, умоляю. Верни нас обеих в мир Синкретизма, – прошептала Ульрика. – А затем прими решение – с кем ты и где твой дом.

Я притянул девушку к себе и поцеловал в щеку – на удивление теплую.

– Кто же ты на самом деле – Таня или Ульрика? Ладно, разберемся по ходу дела.

Дома девушка расторопно вскипятила чайник, нарезала хлеб и подогрела в микроволновке котлеты.

– Быстро же ты научилась управляться с земной техникой, – похвалил я подругу.

– Соседка проинструктировала, – улыбнулась Ульрика. – Даша со мной возится, как с ребенком. В первый день, когда шагнула в портал, я даже боялась переходить дорогу и плакала при виде машин. Сегодня она ночует у своего парня, так что мы можем спокойно поговорить. А вот завтра придется убираться с насиженного места – из другого города приедут родители Тани.

– Знаю, знаю, она не местная, поэтому и снимает квартиру. И все же до сих пор не могу поверить, что ты Ульрика.

– Отвернись, а лучше выйди – попросила девушка. – Это малоаппетитное зрелище и довольно болезненное, но по-другому ты не поверишь.

Я послушно ушел в другую комнату.

– Аль, идем ужинать, – позвала меня… да, это действительно была Ульрика.