Запад и Восток

Глава 9

Тем временем вдруг оказалось, что рождество уже на носу.

Двадцать третьего числа Макферсон созвал родительское собрание нашей улицы, разбираться с внезапно назревшим вопросом. Я, разумеется, тоже был приглашен, как неофициальный опекун Эмили. Были еще Шварцы, Келли, миссис де Туар — короче, все, у кого были детишки школьного возраста.

Дети с нашей улицы ходили в городскую школу. Далековато, конечно, но на нашей улице не набиралось столько учеников, чтобы имело смысл открывать собственную школу: двадцать-тридцать детей разного возраста в одной комнате и учитель, который пытается управиться с этой оравой с помощью розог и деревянной линейки.

Городская же школа, на взгляд Макферсона, была сейчас переполнена, и толку от нее большого не было: попробуй научиться чему-нибудь, когда сидят чуть не на коленях друг у друга, да и гвалт в классе такой, что учителя попросту не слышно. Но городской школьный совет, когда Макферсон поднял вопрос о расширении школы и найме дополнительного учителя, послал нашего Джемми подальше: ты, мол, вообще не арканзасец, а числишься белым членом племени чокто, и дети твои индейцы, учить их мы не обязаны, потому что проживаешь ты на территории племени, за границей штата, и кого волнует, что твой забор идет аккурат по этой границе? Отправляй детей в индейскую школу, если наша не нравится!

Индейцы Макферсона тоже послали: не так энергично и скорее намеками, но фактически это было оно самое. Денег на Индейской территории не было, а то, что было, бросали на восстановление хозяйства. Школы, которыми территория славилась до войны, были разорены, а кое-что вообще сгорело. В городках еще собирали классы миссионеры, чтобы хоть буквам научить, однако большинство населения жило вдали от дорог, на одиноких фермах, и для обучения этих детей руки дойдут разве что через год-другой. Ближайший город на Индейской территории был Скалливиль, десять миль с гаком — для Макферсона далековато. «Ну у вас же там Форт-Смит под боком? Отправляйте туда, тем более, что и толку там больше будет».

Макферсон пораскинул мозгами, совершил еще немного движений телом и душой, прозондировав почву среди миссионеров, работавших на территории чокто, и теперь был готов объявить нам, что открывает школу от пресвитерианской миссии — прямо на нашей улице, в своем дворе. Под классное здание он собирался определить ту времянку, в которой его семья перекантовалась прошлую зиму. Да, школьников на нашей улице мало, но в школу будут приняты дети с ближних индейских ферм.

— А они по-английски-то говорят? — поинтересовался Келли.

— Если не говорят — их научат, — ответил Джемми. — А если кто-то не хочет, чтобы их дети учились с индейцами, то никто не мешает по-прежнему посылать детей в городскую школу.

— Мне как раз больше нравится, если Шейн будет учиться не в городе, а в соседнем дворе, — сказал Келли. — А то неизвестно, чем он там занимается. А учить кто будет?

— Миссия пришлет учительницу.

— А как насчет школьной программы? — спросил я. — Если все сведется к чтению и письму, то лучше городская школа.

— Что в городе учат — то и у нас, — ответил Макферсон. — Еще чокто просят, чтобы для девочек уроки домоводства были, а для мальчиков — столярное дело.

— То есть девочки будут шить для тебя штаны, а мальчики на лесопилке работать? — уловил идею Келли.

— Да ну, какая лесопилка? Пусть учатся столы да сундуки делать, — возразил Джемми, как-то непринужденно обойдя тему штанов.

— Но ты, конечно, поимеешь с этого выгоду, — ухмыльнулся Келли.

— Я вообще-то домик бесплатно под школу даю, — возразил Макферсон. — И за пошив штанов плачу.

— Очень мало, — сказал я.

— Я не могу больше платить, — ответил Макферсон. — Если я швеям больше платить буду, штаны придется продавать дороже — а за ту цену можно не только у меня покупать.

— А толковее организовать швейный процесс у тебя мысли не рождалось? Только за счет организации производства можно повысить производительность, — сказал я.

— Я к тебе завтра загляну, ты мне расскажешь, как правильно производство организовывать, — ответил Джемми. — А пока не морочь голову. Рождество встречаем, как в прошлом году, в Уайрхаузе, обсуждение, кто сколько чего вкладывает — это с моей миссис… да, собственно, вроде все и обсудили уже, или нет? А если пока вопросов нет, на этом и закончим.

— Еще пару минут, — встал герр Шварц. — Мы будем ставить елку, и завтра вечером приглашаем родителей помочь нарядить, а послезавтра утренник… но вроде об этом все знают? Так вот, мы пригласили на утренник детей Браунов, и если это кому-то не нравится, пусть выскажутся сейчас, а не на празднике.

Келли пожал плечами.

— Детишки Браунов играют на улице вместе со всеми, — сказал он.

— Да я-то не против детей, — сказал Макферсон.

— Мы должны воспитывать детей в христианском духе, — сказала миссис де Туар.

— Кстати, Джемми, а как насчет школы? — спросил я. — Или Брауны все равно будут ходить в негритянскую школу?

— Индейцы, наверное, будут против, — почесав затылок, промолвил Макферсон.

— Интересно: затеваешь школу ты, домик выделяешь ты, а решать, кто в школе учиться, будут какие-то индейцы? — спросил я.

— Школа на Индейской территории, вожди вмешаются, если им что не по нраву придется, — ответил Макферсон. — Я такие вопросы через мою миссис стараюсь решать, у нее родни много, она знает, с кем разговаривать надо. А вообще теперь пусть учительница решает, кого она будет учить.

Рождество в этом году прошло, пожалуй, скучновато.

На роль елки Шварцы назначили небольшую сосенку, которую мы целой толпой ходили выбирать за реку Пото: сам герр Шварц, я, Джейк и Дуглас с Бивером. Мелкое дополнение в виде Джефферсона вилось вокруг нас, жадно вбирая все наши придирки к тому или другому дереву. Остальные дети были в школе и даже не подозревали, что их ждет. Джефферсон, впрочем, тоже представлял весьма туманно.