Страница 19 из 22
– Тетя! Неужели вы верите…
– Дорогая, я не верю в обвинения, которые выдвигают против твоего отца. Как бы я ни относилась к Ганнибалу, он слишком мягок, чтобы решиться на убийство. Но вы сами слышали: вчера вечером он сообщил, что спустился на пляж, после того как мисс Стреттон и господин Пенриф уехали. Однако никто его там не видел и никто не готов доказать его алиби. Когда вы снова встретили его в тот день?
– Уже после обеда, тетушка. Когда господин Боуринг уехал в Грандж, я отправилась искать отца, чтобы хорошенько расспросить, о чем это они за моей спиной договорились с Боурингом, – я имею в виду его план выдать меня за Моргана. И я папу так и не нашла.
– Как ты его найдешь, если он бродил по пляжу?
– Выходит, он провел там несколько часов, потому что никто не видел его, пока не подали обед.
– А ты спрашивала его самого, где он был?
– Нет. Папенька не любит расспросов. А вечером пришло это ужасное известие об убийстве. Я как-то не подумала спросить. Да и зачем? Ведь я ни на минуту не сомневалась в его невиновности!
– Никто не сомневается в этом, дорогая, – успокаивающе промолвила мисс Куинтон. – Даже эта отвратительная миссис Крент, которая породила все эти слухи, и та уже наверняка об этом пожалела.
– Не вижу причины, зачем ей об этом жалеть.
– А я вижу, – язвительно ответила пожилая дама. – Если она не сумеет опровергнуть слухи, которые сама же распустила, сэр Ганнибал не положит ей обещанный доход.
– Конечно, положит! – возразила мисс Тревик. – Освальд считает, что нам следует, как она и предложила, объявить, что я выхожу замуж за Моргана. Пусть люди думают, будто господин Боуринг оставил деньги в доверительное управление нам обоим. Тогда у моего отца нет никаких мотивов совершать это преступление. Но если алчная госпожа Крент не получит вожделенных денег и раструбит о том, что Морган не женится на мне, поскольку давно женат на ее дочери, то страшно подумать… – Дерика содрогнулась и замолчала.
– Вопрос только в одном: вправду ли они женаты? Думаю, господину Форду нужно поинтересоваться этим незамедлительно. Ему стоит увидеться с миссис Крент.
– Он собирается встретиться абсолютно со всеми, начиная с Полуина.
– С управляющего сэра Ганнибала?
– Да. Он тоже приехал из Африки. Именно там он познакомился с моим папой.
– Похоже, твой неразборчивый отец завел в Африке чересчур много знакомств, – сухо заметила мисс Лавиния. – Одно другого «респектабельнее».
– Полуин – тихий человек, – весело объявила девушка. – Он занимался подготовкой к празднику, и Освальд в первую очередь хотел бы выяснить, знает ли он о коронованном черепе.
– Я бы лучше сначала расспросила мисс Уорри.
– Нет, ничего подобного, тетя. Когда она увидела череп, то решила, что его принес мой отец, хотя он этого не делал. Тогда кто? Это само по себе странно, как и то, что господин Боуринг испугался Мертвой головы.
Мисс Лавиния достала флакончик с нюхательной солью и поднесла к носу.
– Все это очень подозрительно и неприятно, – поджала она губы. – Однако единственное, чем я могу помочь, так это поддержать тебя, пока не вернется твой отец.
Этот разговор состоялся в вагоне, в то время как поезд катил на запад. Форд минут на двадцать отлучился в курительную комнату, и Дерика осталась наедине с тетей. Теперь у них была возможность все спокойно обсудить. Единственное, что было совершенно ясно: мисс Куинтон не бросит племянницу в тяжелой ситуации. А ведь девушке было страшно возвращаться домой в качестве дочери человека, подозреваемого в убийстве.
Освальд Форд поселился в «Королевской броне» – комфортабельном отеле в центре города. Он мог бы остановиться в более модном и живописном месте – в отеле на вершине горы, которая возвышалась над Санкт-Эвалдсом, но предпочел жить именно в «Королевской броне», расположенной возле оживленного рынка, чтобы слышать все последние сплетни и суметь опровергнуть их, если речь зайдет о сэре Ганнибале Тревике. Отель был удобен, а сам Форд отличался воспитанностью и приятностью в обращении, поэтому вскоре стал любимцем хозяйки. Он изображал из себя слишком важную персону, чтобы повторять чужие сплетни, тем более что был человеком нездешним. Другое дело содержательница отеля – Освальд знал эту женщину лет пять, с тех пор как впервые посетил Санкт-Эвалдс. У нее был длинный язык, и она идеально подходила для того, чтобы пустить в народе слух о скорой свадьбе Дерики Тревик и Моргана Боуринга.
– Полагаю, вы слышали новость, миссис Трегар? – начал хитрый адвокат, когда хозяйка заглянула к нему в номер узнать, хорошо ли он устроился.
– Нет, сэр, – ответила та. – А что такое?
– Покойный господин Боуринг оставил все свое состояние сэру Ганнибалу Тревику.
– А, ну это я знаю!
– В управление… – Тут мистер Форд сделал многозначительную паузу, – …до тех пор, пока мисс Дерика Тревик и Морган Боуринг не поженятся.
Миссис Трегар всплеснула руками:
– Господи, вы и впрямь удивили меня! А я-то думала, что это вы станете тем счастливчиком, за которого мисс Тревик выйдет замуж.
– Я тоже так считал, – ответил Освальд с тяжелым вздохом. – Мисс Тревик и я очень любим друг друга, но, судя по всему, ей придется обвенчаться с Морганом – так ее отец договорился с покойным мистером Боурингом. Потому-то сэр Ганнибал и получил деньги во временное пользование, так сказать.
– Вот как! А я… Я не знала. Я, как и все, была уверена, что это именно сэр Ганнибал убил господина Боуринга, чтобы присвоить деньги.
– Что за вздор! Даже если бы сэр Ганнибал совершил такое гнусное преступление – а это, миссис Трегар, само по себе абсурдное обвинение, – денег ему все равно бы не видать, как своих ушей.
– Но говорят, что господин Боуринг на ярмарке намекнул сэру Ганнибалу, что оставил ему все свое состояние. Тогда-то сэр Тревик его и укокошил.
Не дослушав собеседницу, юрист разразился смехом.
– В жизни не слышал такой ерунды! – воскликнул он. – Миссис Трегар, ну хоть немного подумайте. В то время, когда произошло убийство, сэр Тревик не покидал свой дом – он устраивал праздник. Кроме того, пожилой человек едва ли способен добраться до того места быстрее, чем пассажиры кэба.
– Прошу прощения, господин Форд, – с важным видом возразила миссис Трегар. – Но люди полагают, что сэр Ганнибал покинул праздник задолго до того, как уехал господин Боуринг. Тревик отправился к каменоломням на мопеде. И все мы знаем, – со значением прибавила она, – что он отлично управляет мопедом.
Такого поворота событий Форд никак не ожидал.
– Кто это болтает? – резко спросил он, усомнившись в правдивости этой версии.
– К примеру, так утверждает мистер Полуин.
– Служащий сэра Ганнибала?
– Да. Иосия Полуин. Он состоял проповедником в Гвинне, в тамошней часовне, и не станет лгать.
– Как же Полуин обосновывает свое заявление? Нет, стоп! Мне надо услышать историю из первых уст. Прошу вас, отправьте мистеру Полуину записку. Я хотел бы, чтобы он зашел сюда и сам мне все разъяснил. К тому же у меня есть для него сообщение от сэра Ганнибала.
– А вы видели Тревика в Лондоне? – с нетерпением спросила хозяйка.
– Да, и он очень возмущался из-за всех этих слухов.
– Ах, сэр, а уж как рабочие злились, когда мисс Стреттон послала их всех в Грандж! Они пошли туда и страшно напугали миссис Крент, ведь сэра Тревика там не оказалось. Так что больше всего сейчас рабочие негодуют по поводу поведения мисс Стреттон.
– И что же, теперь они нападут и на нее за то, что она защитила собственность мистера Тревика?
– Люди недовольны, – увильнула от ответа госпожа Трегар.
– Чем же занята полиция?
– О, сэр, полиция расследует дело и уже допросила мисс Стреттон. Та дала показания, как отвезла баронета на станцию. Сейчас полицейские наблюдают за домом, где она остановилась, и больше никаких безобразий не допустят.
– Миссис Трегар, все это, право, несерьезно. По-моему, мисс Стреттон умнее всех вас вместе взятых. Ведь если бы сэр Ганнибал был виновен, если бы против него существовали улики, полиция давно арестовала бы его. А он совершенно свободно отправился в Лондон, чтобы пожаловаться властям на произвол рабочих. Я уверен, соответствующие службы скоро примут необходимые меры, чтобы наказать зачинщиков этого бунта.