Страница 10 из 22
– Ваш дом! – возмущенно закричала экономка.
– Если вы забыли, этот дом был арендован вашим хозяином, а мне он достался от предков.
– Думаю, вам лучше присесть, – обратился адвокат к миссис Крент. – Я еще не закончил зачитывать завещание.
– Да-да, мама, – позвала Джейн, потянув мать за юбку. – Ты напугала Моргана.
Молодой человек и вправду выглядел испуганным. Его обычно бледное лицо посерело от страха. Взгляд его больших глаз метался по комнате, будто юноша искал убежище. Он нервно облизывал нездорово красные губы. Дерика, которая спокойно сидела и наблюдала за происходящим, не понимала: как же господин Боуринг осмелился всерьез предлагать ей выйти замуж за этого безумца? А потом девушка подумала о том, как мог ее отец дать согласие на столь нелепый брак. Но теперь не было необходимости приносить ее в жертву – деньги, так необходимые сэру Ганнибалу, пришли к нему сами, без всяких условий. Почему же Боуринг написал такое завещание?
Между тем господин Граттон продолжал чтение:
– «Я хочу, чтобы мой старый друг сэр Тревик по известным ему причинам выдал свою дочь замуж за моего сына Моргана…»
– Простите, – перебил адвоката сэр Ганнибал, подняв свою холеную руку. – Мне неясны причины, по которым подобный брак должен состояться. Если это непременное условие, для того чтобы получить наследство, я от него отрекаюсь.
– Это не условие, – спокойно ответил мистер Граттон. – Вы в любом случае наследуете имущество. Но мой покойный клиент желал бы, чтобы мисс Тревик вышла замуж за молодого господина Боуринга. – Тут адвокат пристально посмотрел на Моргана, который неожиданно с интересом уставился на Дерику.
Девушка по-прежнему казалась совершенно равнодушной, словно речь шла вовсе не о ней.
– Что будет, если мисс Тревик откажется от такого брака? – оживилась миссис Крент.
– А она непременно откажется, – твердым голосом добавила Дерика о себе в третьем лице.
– Если так, – пожал плечами Граттон, – ничего не изменится. Сэр Ганнибал все равно получит наследство.
– А я стану нищим? – спросил Морган, впервые подав голос.
– Нет. Сэр Ганнибал, согласно завещанию, должен выплачивать вам двести фунтов в год, а также любые дополнительные суммы, которые сочтет уместными.
– Выходит, мой бедный мальчик не получит ни одного пенни! – возопила Мария, вытирая покрасневшие глаза. – Ах, господа, простите, что я так говорю о Моргане, но я нянчила его много лет, еще с тех давних времен в Африке. Он мне как родной, и я с ужасом думаю, что он будет выброшен в этот беспощадный, безумный мир с его жестокостью, бесчестностью, ужасами…
Но прежде чем пожилая экономка закончила свою тираду, вмешался баронет.
– Вы преувеличиваете, – резко объявил он. – Морган станет получать двести фунтов в год и еще столько, сколько будет необходимо в разумных пределах.
– И это из шестидесяти тысяч в год! – в бешенстве заверещала женщина. – Спасибо вам и на том, сэр Тревик. Что за злодейское завещание!
– Я думаю, будет лучше, сэр Ганнибал, если вы выполните волю покойного и выдадите мисс Тревик замуж за господина Моргана Боуринга, – продолжал адвокат.
– Выйти за него замуж! – взорвалась Дерика, неожиданно вскочив со стула. – Вы в своем уме, господин Граттон?! Этот человек неадекватен! Семейная жизнь не для него!
– А если я люблю тебя? – внезапно пролепетал младший Боуринг, но, прежде чем он успел произнести хоть что-нибудь еще, госпожа Крент сделала ему знак замолчать.
Дерика побледнела. Было что-то животное в полубезумном взгляде, которым окидывал ее Морган. Дикие глаза, неуверенные движения, бледное лицо с алыми губами и вялый подбородок – он выглядел отталкивающе, словно болотная змея. И, хотя девушка обладала сильным духом, под взглядом идиота ее природная женская робость вырвалась на поверхность. Кусая губы, чтобы подавить надвигающуюся истерику, мисс Тревик сорвалась с места и выбежала из комнаты. Тощая мисс Уорри немедленно последовала за ней. Сэр Ганнибал не растерялся и холодно сказал:
– Моя дочь не выйдет за вас замуж, господин Боуринг. Она уже обручена.
– Но вы не сможете взять деньги моего отца, если она не выйдет за меня, – прорычал Морган.
– Эти деньги не ваши, а мои, – поправил сэр Тревик, глядя на молодого человека, который теперь стал нищим, словно на голодного пса. – Но вы не беспокойтесь, о вас будут хорошо заботиться.
– Я не хочу находиться под присмотром, – пробормотал тот. – Я свободный человек. Мне не нужно никакой опеки!
– Тише, милый, тише, – прошептала его сиделка. – Никто вас запирать не станет. Вы будете жить вместе с вашей любимой Марией.
– Это целиком и полностью зависит от того, как вы себя поведете, миссис Крент, – злобно прошипел Ганнибал. – В случае чего я приму меры, чтобы оградить господина…
Рычание Моргана заставило его прерваться и откинуться на спинку стула. Мария начала что-то нашептывать безумцу на ухо, бросив предупреждающий взгляд в сторону баронета.
– Если вы нарушите его душевное равновесие, я не буду нести никакой ответственности за его поведение, – резко заявила она. – И даже если вы решите меня прогнать, я не уйду, пока ваша дочь не выйдет замуж за Моргана.
– И я не уйду, – заартачился Боуринг-младший.
Сэр Тревик растерялся. Речь и внешний вид этого существа были так ужасны, что одна мысль о том, чтобы выдать за него дочь, вызывала у аристократа омерзение. И теперь, испугавшись, пожилой баронет не знал, что ответить. Он ужаснулся, подумав, что его Дерика окажется рядом с подобным созданием. Впрочем, он вспомнил, что ему уже не придется идти на подобную жертву, чтобы заполучить деньги, и эта мысль придала ему храбрости.
– Вы закончили чтение? – спросил он Граттона ледяным тоном.
– Почти, – ответил адвокат и продолжил оглашать различные инструкции, касающиеся недвижимости, а также подробности содержания миссис Крент, которой полагалось по завещанию сто фунтов в год. Кроме того, ее можно было или отпустить, или оставить в качестве опекунши Моргана – на усмотрение сэра Ганнибала.
– Два фунта в неделю! – вновь закричала Мария. – Как жестоко! И это Джон Боуринг, которому я честно прослужила столько лет!
– Я прослежу, чтобы вы не остались в обиде, – великодушно пообещал сэр Ганнибал.
Экономка вновь зыркнула так, словно была готова наброситься на счастливого наследника состояния Боуринга. Но тут ее внимание переключилось на других присутствующих, которые тоже надеялись получить какие-то деньги, но оказались ни с чем. Они все как один возмущались тем, что сэр Тревик, не связанный кровным родством с господином Боурингом, почему-то унаследовал все. Некоторые даже стали намекать, что упреки и обвинения госпожи Крент в адрес новоиспеченного миллионера не лишены истины. Баронет поморщился. Все эти разговоры были ему неприятны. Он поднял руку, требуя внимания.
– Мне нет необходимости приводить в свою защиту какие-либо аргументы и хоть в чем-то оправдываться, – сдержанно объявил аристократ. – Всем известно, что во время убийства я находился у себя дома. Мы как раз устраивали благотворительную ярмарку. Более того, у меня не имелось никаких мотивов убивать своего друга.
– Вы сделали это, чтобы присвоить себе деньги, – злобно отрезала Мария.
– Если вы произнесете это еще раз, – парировал баронет, – то я отошлю вас, и вы не получите ни гроша сверх ста фунтов в год.
– И вы заберете у меня Моргана? – задохнулась она. – Вы не имеете права!
– Вы слышали завещание и знаете, что у меня теперь неограниченная власть, – резко проговорил сэр Ганнибал. – Так как нет необходимости затягивать эту сцену, я желаю вам всем благополучия. Вас, господин Граттон, я жду у себя в Санкт-Эвалдсе – нам нужно обсудить дальнейшие действия с ценными бумагами. Миссис Крент, господин Боуринг, вы можете оставаться здесь, пока я не решу, что с вами делать. Всем доброго дня!
Вежливо поклонившись, аристократ поднялся и величественно покинул гостиную, оставив обескураженных родственников и знакомых утешать друг друга. Однако все, кто находился в комнате, вследствие сильного разочарования решили, что убийца миллионера – именно сэр Тревик.