Страница 45 из 54
Он указал за край камня на бездну, и мой желудок сжался. Пока я думала о другом варианте, Ник сказал:
— То есть, все или ничего.
— Вам останутся ваши жизни, — Коффман пожал плечами. — Это не ничего. Но если продолжите упрямиться, я убью, чтобы все ускорить. Наверное, тебя, ведь, если бы Тео Лиль доверил чужаку работу своей жизни, он выбрал бы милого мага, — он улыбнулся Нику. — Ничего личного, Никола. Просто бизнес. Ты знаешь, как это.
Взгляд Ника на него заставил меня вжаться в землю. Я видела, как он злился, много раз, но я не видела у него такой взгляд.
— Знаю, — сказал Ник таким холодным голосом, что даже Коффман вздрогнул. — Рад, что мы поняли друг друга.
— Да, — сказал Коффман, вытер пот с виска. — Но это можно избежать, если вы просто…
Он не закончил. Он едва начал говорить, и Ник вытащил правую руку из-под ботинка наемника с металлическим носком и взмахнул ею, повернул плечо на нечеловеческие девяносто градусов, чтобы выстрелить в мужчину, державшего его.
Пистолет Ника все еще был на траве рядом с ним, и я не видела, как это было возможно. А потом ладонь доктора Лиля упала на землю, и я поняла. Тайный пистолет был в фальшивой руке Ника. Он отцепил ладонь доктора Лиля, чтобы не уничтожить ее, а потом выстрелил в мужчину над ним, застав его врасплох.
Я все еще видела дым, поднимающийся из обрубка его запястья, наемник упал в сторону, крича, держась за плечо, откуда стекала кровь там, где Ник попал ему в подмышку, попав в брешь между броней на груди и руке. Выстрел был идеальным, я не смогла бы сделать так, даже если бы целилась час, а он стрелял с земли, лежал на животе. Я все еще поражалась, а Ник ударил ногами, словно было пустяком попасть ботинком в колено второго стража, с хрустом выбив его.
Это снова было идеально. Он сделал все это молниеносным движением, оказался на ногах раньше, чем наемники, которые держали его, упали на землю. Я еще не видела, чтобы кто-то двигался так быстро, кроме моего отца, но Ник не был драконом. Он был хуже. Дракон Кореи бился с достоинством и грацией, всегда давал противникам хотя бы намек на шанс. Ник не дал стражу на моей спине даже охнуть, бросился и ударил его по шее, левая ладонь скользнула умело между шлемом и грудной пластиной, чтобы попасть по горлу.
Вес на моей спине пропал, наемник отлетел. Слева от меня мужчина, направлявший пистолет на мое лицо, поднял оружие, чтобы попасть по Нику. Он был явно усилен, потому что чуть не выстрелил, но Ник ударил обрубком механической руки по прозрачной защитной пластине на лице наемника, придавливая ее к носу мужчины.
Я дрожала от коктейля эмоций. Там точно был страх, а еще триумф, но больше всего я ощущала восторг. Я знала, что Ник был хорош, но не думала, что настолько. То, что я видела, было больше, чем закаленный улицей Уборщик. У меня не было слов, чтобы описать движения Ника. «Красота» почти подходило, как и «грация». Но эти слова были слишком чистыми для хищной жестокости, с которой он продолжал биться, бросив мужчину на землю рядом со мной с такой силой, что весь парящий остров накренился.
Но этого было мало. Когда последний наемник выронил пистолет, Ник схватил его с земли оставшейся левой ладонью и выстрелил, вонзил пулю в ведущую ладонь наемника, не дав ему коснуться истекающего кровью лица. Он сделал так с другими, поворачивался и стрелял в руки наемников, которыми они держали пистолеты, чтобы они не могли их поднять. Он закончил с последним, когда что-то упало на меня.
Это ощущалось как лавина. Мы были в Узлах достаточно, и хоть мое тело не могло привыкнуть к постоянному пульсу магии, оно перестало отвлекаться на это. Глядя на Ника в бою, я даже не думала об этом. Это было глупо, потому что одного врага буря Ника не задела, и его магия схватила меня как большая ладонь, подняла с земли на десять футов, и Коффман ждал меня со своим пистолетом.
— Стоп, — приказал он, прижимая короткое стальное дуло под моим подбородком. — Сейчас же.
Слова рассекли жестокость, как ножи, и Ник замер, пнув стонущего наемника у своих ног в последний раз, а потом повернул голову и хмуро посмотрел на Коффмана.
— Ты не хочешь играть в это со мной, — тихо сказал он, стряхивая кровь с пальцев. — Отпусти ее.
— Не я играю, — прорычал Коффман, кривясь, глядя на солдат, которых Ник легко убрал. — Похоже, слухи ошибались. Ты не размяк, да, Безумный Пес?
— Не зови меня так, — прорычал Ник. — И наемники еще живы. Так что это мягко.
— Может, по твоим стандартам, — сказал Коффман, его пистолет дрожал у моей кожи. — Но не ты один хочешь большой куш.
Он посмотрел на ладонь доктора Лиля на земле. Ник тоже, и его тело напряглось. Впервые ему не хватило скорости. Я едва успела узнать удушающую силу магии Коффмана, а она ударила по ладони на земле и разбила ее на миллион кусочков.
— Нет! — завизжала я, дергаясь в его хватке.
Коффман притянул меня обратно.
— В следующий раз это будет твоя голова, — сказал он, прижимая ко мне пистолет, следя за Ником, который смотрел на разбитую ладонь, словно не мог поверить в то, что произошло. — Вы меня слышите? Дайте поговорить с доктором Лилем.
— Идиот! — заорала я, била его ногами по голеням изо всех сил. — Это был доктор Лиль!
Его пистолет впился сильнее в мою челюсть снизу.
— Умолкни, — прорычал он. — От этой работы зависит больше, чем ты можешь знать.
— Тогда стоило обращать больше внимания на события, — сказал с яростью Ник. — Твой доктор мертв. Мы следовали за тем, что осталось от его заклинания компаса, а оно было в ладони, которую ты уничтожил!
Я ощутила, как Коффман напрягся, а потом он сжал мою шею так, что чуть не задушил меня.
— Ты врешь!
— Когда мне нужно было тебе врать? — Ник скрестил руки на груди. — Ты сам себя подставил, дурак! Теперь нам всем крышка!
— Это мы еще посмотрим, — сказал Коффман, его голос звучал опасно. — Вы не обманете меня снова, — я ощутила, как щелкнул пистолет, палец Коффмана напрягся на спусковом крючке. — Даже ты не опередишь пулю, — прорычал он. — Если тебе важно здоровье твоей новой напарнице, ты перестанешь играть и отведешь меня к месту ритуала доктора Лиля. У тебя пять секунд.
Ник стиснул зубы. Я тоже, но не по той же причине. Он выглядел раздраженно и испуганно, но я была в ярости. Злилась на идиотов, напавших на нас. Злилась на Коффмана за то, что он уничтожил единственный шанс освободиться от папы. Злилась на всю эту глупую ситуацию.
И больше всего я злилась на себя. Я только все портила с вчера, когда Нику пришлось спасать меня от выстрела. Я потеряла все свои деньги, меня обыграл папа, и я пожертвовала последние монеты, но потеряла все, потому что Коффман был слишком глупым, чтобы понять, когда блеф не был блефом. Теперь он делал меня жертвой, чтобы получить то, что сам уничтожил, и я не могла ничего поделать. Я была слабым звеном в этом фиаско, и потому Коффман нашел нас. Я не ощущала себя такой бессильной ни разу с тех пор, как покинула дом отца. Но сейчас я могла исправить ситуацию. Только как?
Даже дрожа от гнева, я не была глупой. У Коффмана был пистолет, и он был лучше в магии. Теперь я была в его кругах, и я ощущала, почему он не покинул камень. Помимо преимущества в высоте, он окружил камень чарами защиты. Даже если бы Ник решил пожертвовать меня и выстрелил бы в него, пуля не долетела бы. Пока он оставался в кругах, Коффман мог принять ракету в лицо и выжить. Но, хоть он обхитрил и опередил меня во всем, кое в чем я оставалась чемпионом. Никто не мог одолеть меня в этом.
Я могла опередить в безумии всех.
— Опал, — шепнула Сибил мне на ухо. — Не смей!
Опал посмела.
Не переживая за свое тело или пистолет, прижатый к нему, я бросилась вперед и потянулась всем к ревущей магии, словно прыгала со скалы. Шок силы чуть не поджарил меня на месте. Если бы я попыталась схватить ее или направить, как делали маги, так и было бы, но я не делала это. Я уже не играла в правильную магию. У меня не было круга, заклинания или логической системы, чтобы подчинить магию своей воле. Мне важен был объем, и я превратила тело в проводник, дала магии течь через мою душу так быстро, как ей хотелось, в тщательно созданные круги Коффмана, в которые он по глупости притянул меня.