Страница 42 из 54
— Не только боги смерти подобрали себе жрецов, — сказал он, ковыляя по ряду к месту, где был бы алтарь, если бы это была работающая церковь. Теперь место между ступеньками для хора было украшено как гостиная, там был и диван, где, пощупав в поисках нужного места, человек и устроился. — Я — Безымянный, — продолжил он, устроившись удобнее.
Ник приподнял бровь.
— Безымянный — это имя или описание?
— Все сразу, — сказал Безымянный. — Сторож Блуждающего собора и Слепой жрец СЗД, — один из белых глаз подмигнул мне. — Я сам добавил слепую часть. Мне нравится выделяться среди других.
— Других? — сказал Ник. — Сколько вас там?
— Несколько, — ответил Безымянный. — Это город миллионов. СЗД не может все делать сама, и она использует помощь других. Вы должны знать это, ведь вы оба — Уборщики. Жрецы такие же. Мы заботимся об идиотах, которые всегда пытаются пробраться в тайные места города, а взамен город дает нам деньги с платы за вход, — морщинистое лицо жреца озарила беззубая улыбка. — Хорошее дело для всех, но — между нами — у меня лучший офис.
— Это точно, — отозвалась я, говоря быстро, не давая Нику сильнее разозлить Безымянного. — Но, обещаю, мы тут не для кражи тайн города. Мы ищем то, что было скрыто в Узлах другим, мужчиной по имени доктор Теодор Лиль.
— Я не знаю, кто это, — Безымянный пожал плечами. — Но вы можете искать, сколько хотите. Но поймите, что все в Узлах — имущество СЗД. Даже если вы найдете то, что искали, если не докажете свое право на это, вы не сможете это забрать.
Я стала потеть. Я не думала, что это станет проблемой. Я не успела выдумать ответ, Ник ответил за меня:
— Это не проблема, — он указал на меня большим пальцем. — Когда она купила убежище доктора Лиля на аукционе Уборщиков, его мертвое тело еще было внутри. Вместо того чтобы вернуть ей деньги, Брокер сказал возместить убыток из вещей внутри, но она нашла только стопку бумаги. Это не стоит и одной двадцатой того, что она заплатила, так что убытки не возмещены. СЗД уже отказала возместить это через офис Уборки, так что логично сказать, что все, связанное с этими бумагами, принадлежит ей как компенсация за услуги.
Когда он закончил, моя челюсть была на полу.
Ник нахмурился.
— Почему ты так потрясена?
— Ну, — я запнулась. — Это было… я не ожидала, что ты поведешь себя как адвокат.
— Я не адвокат, — сказал он. — Я — Уборщик. В СЗД мало законов, но многие касаются нашей работы, так что я их выучил. Это разумно.
Но мне в голову не пришло. Я даже не думала, что у меня могло быть законное право на ритуал доктора Лиля, но я была рада, что Ник это обдумал.
— Да! — сказала я с энтузиазмом и повернулась к Безымянному. — Что он сказал!
Безымянный почесал тонкие белые волоски на подбородке задумчиво.
— Звучит складно, — сказал он. — Но это не мне решать. СЗД примет финальное решение, но, если никто не проявит право сильнее, вы в порядке.
— Мое право сильнее всех, — уверенно сказала я и указала на вторую левую ладонь Ника. — Мы тут с благословления умершего, Пустой Ветер помог нам связаться. Найти ритуал доктора Лиля и забрать его — лучший способ почтить его память. Это почти религиозный ритуал.
Это было преувеличением, но Безымянному было все равно.
— Пустой Ветер — не мое дело, — сказал он. — Мое дело — живой город, не мертвые. Если хотите идти в Узлы, добро пожаловать. Вы уже купили билеты, так что я не смог бы остановить, даже если бы хотел.
— Хорошо, — нервно сказала я. А потом, потому что казалось, что я должна это спросить, я добавила. — Нам нужно следовать каким-то правилам? Мы должны что-нибудь знать перед тем, как идти?
Жрец рассмеялся.
— Где ты, девочка? Ты идешь в сердце СЗД! Тут нет правил, хотя, если хотите выжить, помните, что город не является и никогда не будет вашим другом.
Ник фыркнул.
— С чего бы нам так думать?
— Люди думают всякое, — жрец пожал плечами. — И зовут город домом, а СЗД так не работает. Она не добрая. Не справедливая. У нее нет сострадания, сочувствия к мольбам тем, кто живет в ней. Это не ее вина. У нее нет свобод, которыми наслаждаемся мы, смертные. Ее разум, душа и даже тело не принадлежат ей. Она — не личность. Она — дух, душа живого города. Она может быть только тем, чем мы ее сделали. Понимаете?
Я не была в этом уверена. Я всегда думала, что СЗД была капризной богиней, которая делала, что хотела, не переживая из-за того, как это влияло на муравьев, которых она придавливала движущимися зданиями. Но Безымянный говорил так, что город было жаль. Пленница ожиданий других людей.
— Что для нее важно?
— Возможности, — Безымянный улыбнулся мне. — Как только СЗД поднялась из руин Старого Детройта, она была городом, где все возможно. Город свободы, где люди могут быть ужасными и чудесными, какими хотят, и власть не мешает им. Это место, где все — чужаки, любой может начать заново, и ничто нельзя принимать как данное. Это СЗД, Она — непростая богиня, но вы должны понимать ее хоть немного, потому что вы оба еще тут.
Я не знала насчет этого. Я прибыла в СЗД, потому что это было за океаном, и мой отец ненавидел это. Он думал, что это была грязная яма, которую человечество вырыло себе и заслуживало тонуть в ней. Когда я приехала сюда, я соглашалась с ним. Я знала, что была в аду, просто предпочитала этот ад тому, что было дома. Теперь, три с половиной года спустя, я все еще не считала, что отец ошибался, но лучше понимала нюансы. СЗД была жестокой и хаотичной, но были времена, когда она была чудесной. Этого не хватало, чтобы я поклонялась ей, как Безымянный, но я, наконец, думала, что понимала, чем были Узлы. Они были СЗД в ее чистом виде, и если было так, то я знала, как тут выжить.
— Хорошо, — я посмотрела на Ника. — Готов?
— Я был готов уже пять минут, — раздраженно сказал он. — Просто не знаю, как отсюда выйти, — он кивнул Безымянному. — Ты, похоже, подружилась с пыльным жрецом. Спроси, как нам попасть в Узлы.
— Вы уже там, — сказал Безымянный, пока я лепетала. — Узлы — то, как путешествует Блуждающий собор. Если хотите попасть в них, развернитесь и выйдите. Билет, который вы купили, для одного похода, так что не теряйте, иначе не вернетесь.
— Приятно знать, — Ник сунул билет в карман джинсов и прошел к двери. — Опал?
Я тоже убрала билет в карман и поспешила за ним.
— Спасибо за помощь!
— Это моя работа, — Безымянный отклонился на диване. — Но вы можете оставить чаевые, если услуги вам понравились.
Я собиралась дать ему чаевые, как только у меня будут деньги. Это было познавательно. Это не очень помогло, но я уже хотя бы не ощущала себя так, словно шагала вслепую, пока следовала за Ником за дверь в абсолютно дикий мир.