Страница 34 из 54
— Так лучше, — он выдохнул с облегчением. — Теперь мы договорились, а теперь поспим.
Я еще не слышала слов слаще.
— У тебя есть одеяло или что-то, что я могу одолжить? — с надеждой спросила я. — Приятно быть под крышей, но твой пол выглядит твердо.
— Тебе не нужно спать на полу, — сказал Ник. — У меня есть раскладушка.
Моя жизнь пала настолько низко, что эти слова вызывали у меня искренний восторг. Я вскочила со стула и понесла тарелку к рукомойнику, чтобы помыть ее, пока Ник вытаскивал раскладушку, которую я не заметила, из-за шкафа. Я помыла бы и остальное, но Ник справился с этим, пока я была в душе. Я не спешила, почистила зубы, пока Ник ходил к машине. Когда он вернулся, он принес черный спальный мешок, который лежал в мешке размером с мяч для боулинга.
— Никогда не знаешь, когда придется спать не дома, — сказал он в ответ на мой взгляд, вытряхнул спальный мешок из сумки и расстелил на раскладушке. — Все хорошо?
— Я в порядке, — сказала я без иронии, с улыбкой глядя на раскладушку и спальный мешок, словно это была кровать королевских размеров. — Спасибо еще раз за заботу.
Он пожал плечами.
— Мы теперь деловые партнеры. Мне нужна ты настороже, а не уставшая.
— Ты все еще очень добр.
Нику было не по себе от этих слов, но меньше, ведь он помогал деловому партнеру.
— Пустяки, — буркнул он, опустил взгляд и поднял пистолет со стола, быстро прошел к своей спальне. — Стучи, если нужно.
Я знала, что не стану стучать в дверь тому, кто брал с собой пистолет, но сказала ему, что поняла, и улеглась. Раскладушка скрипела, как старое кресло-качалка, но я едва это слышала. Я поела и помылась, и я так устала, что уснула бы на полу. Я даже не залезала в спальный мешок. Как только я перестала стоять, я уснула на шелковистой ткани, Ник не успел закрыть дверь.
Глава 9
Я проснулась от чьего-то стука.
Я резко села, ругаясь под нос, спина заболела, что раскладушки, хоть были лучше пола, все еще не были кроватями. Я пыталась заставить стену работать, когда Ник вырвался из спальни с пистолетом.
Он явно принимал душ, потому что его темные волосы были мокрыми. Он успел надеть джинсы, но был босым. И без футболки.
Я охнула, но не от восторга. Я пялилась, потому что без футболки могла увидеть, как много киберчастей было на Нике. Он показывал мне металлические плечи на мосту, но теперь я видела, что вся правая рука была фальшивой. Она была покрыта синтетической кожей, так что это было не так заметно, как его металлическая грудь, но на правой ладони были заметны шарнирные сочленения, потому он всегда ходил в перчатках.
Его левая рука казалась настоящей, по крайней мере, ниже плеча, но металлические пластины цвета плоти защищали его ребра с обоих боков, спускались до джинсов, и мне было интересно, сколько в себе он заменил. Его босые ступни были настоящими, мокрые следы оставались на полу, пока он тихо бежал, чтобы прижаться спиной к стене у входной двери, откуда доносился звук.
Стук раздался снова, когда он занял место, и я пришла в себя. Сердце колотилось, я схватила бронированную куртку Ника со спинки стула, где он оставил ее прошлой ночью, и бросила ему. Он поймал ее левой рукой, посмотрел на мое пончо, лежащее на полу, где я его бросила.
Я покачала головой. Я поступила глупо и не зарядила чары прошлой ночью. Я отвлеклась на еду, душ и сон, и теперь это казалось мелочным. В результате, то, что должно быть самой дорогой и надежной волшебной защитой, оказалось просто накидкой, и я оставила ее на полу, втянула магию в ладони.
Было не так больно сначала, но поток стал обжигать, когда я достигла серьезного уровня. То, что я сделала с собой вчера, все еще было со мной. Я могла двигать магию, но это было как бегать с подвернутой ногой. У меня было только это, и я стиснула зубы и терпела. Может, это были пустяки — продавец, свидетель Иеговы, заблудившийся доставщик — но, раз от стука Ник выбежал из душа с пистолетом в руке, вряд ли сюда часто приходили. С моей удачей это могли быть наемники Коффмана, и я приготовилась к худшему, втянула столько магии, сколько могла, в сияющие кулаки, и кивнула Нику.
Ник кивнул и застегнул бронированную куртку поверх мокрого торса, опустил свободную ладонь на ручку двери. А потом быстрее, чем я могла уследить, он открыл дверь и вытянул руку с пистолетом в лицо тому, кто был на другой стороне.
Я сделала из собранной магии шар для броска. Я была готова швырять, но застыла. На пороге был не наемник, даже не бандит, в какого я бросила залп вчера. Это была милая кореянка на пару лет старше меня. Поразительно красивая, с идеально симметричным лицом, которое не казалось настоящим. Пистолет Ника покачнулся, когда он увидел ее. Но он тут же пришел в себя, хотя девушка успела заметить меня за ним.
Ее темные глаза загорелись в жестокой радости, и мой желудок сжался, а потом она вежливо поклонилась, сцепив ладони над юбкой из скромного, но дорогого шелка.
— Леди Опал, — сказала она, милый голос говорил на английском с каплей акцента. — Ваш отец просит вашей компании.
Ник не опустил пистолет, чуть повернулся и посмотрел на меня.
«Отец?» — спросил он губами.
Паника мешала мне быть вежливой.
— Закрой дверь! — заорала я. — Закрой! Пока…
Ник стал исполнять мой приказ, но бледная ладонь потянулась с лестничной площадки и сжала дверь. Длинные изящные пальцы не толкали, не напрягались, но остановили Ника, и он тщетно толкал металлическую дверь. Когда он понял, что ничего не получится, он отошел и встал возле меня, красивая женщина отодвинулась, пропуская мужчину, который поймал дверь, вперед.
Когда он появился на пороге, я услышала, как дыхание покинуло Ника. Я должна была ожидать такое. Я выросла с отцом, так что привыкла к его присутствию, но Ник видел его впервые. Шок ударил по нему изо всех сил, и он рухнул на колени, охнув.
Я не презирала его за это. Такой ужас он еще не испытывал. Это было не как испугаться чего-то в темноте, или когда кто-то в тебя стрелял. Это была первобытная неисправность, как глубоко скрытый изъян в суждении, из-за чего мышь застывала, когда слышала сокола, а не бежала. Это было у каждого человека, но, как с любым ощущением, ты привыкал, если долго это испытывал. До прибытия в СЗД я ощущала это почти каждый день, потому осталась на ногах, глядя отцу в лицо, когда он прошел в комнату.
Это было ошибкой. Я еще так долго не была вдали от него. Расстояние не ослабило мое сопротивление его ужасу, но его красота была другим делом. Нельзя было сравнить с чем-то земным внешность моего отца. Он напоминал на поверхности высокого корейца в идеально подходящем деловом костюме, который стоил дороже многих машин. Он не выглядел молодо, но и не был старым. Он был вне времени, как идеальная холодная мраморная статуя, которую не трогали века. Его лицо было таким, о каком мужчины и женщины писали стихотворения, сравнивая бледную кожу с луной, а длинные черные волосы с водопадом ночи. Все это было точно, но меня всегда привлекали его глаза. Они были того же цвета, что и Желтое море, смесь темно-синего и желто-зеленого была такой красивой, что ты любил это, даже пока море топило тебя.