Страница 7 из 80
— Ты не чужак, — совсем по-человечески вздохнула Твайна. — У хозяек островов перед тобой еще более серьезные обязательства, чем перед Квайрой и я готова к ним присоединиться. А из гнезда меня изгнали после моего добровольного отказа принять суд Квайры — всех обязательств вассалитета это не разрывает. Сложилась вообще очень запутанная ситуация, — смутилась Твайна, по ее лицу было видно, что магичке ужасно неудобно об этом говорить. — Мы были уверены, что Квайра мертва, и все наши обязательства перед ней исчезли. Но, оказалось что это не так… однако, донести тебе на нее словом или делом мы не могли. Поверь, тут все очень запутано, в истории нашего мира было множество разных прецедентов… в данной конкретной ситуации мы имеем право сами судить Квайру. И даже напасть на корабли Урв-шера. Но не разделаться с ней с чужой помощью. Донос был бы истолкован именно так. А испытание правды на суде не дало бы возможности скрыть истину, магия бы не дала соврать. С очень плохими последствиями для нас, не говоря уже о том, что на суде все наши обвинения в адрес Квайры стали бы ничтожны, как у клятвопреступниц.
— Донос совершенно исключен. Но намек для того, кто умеет думать, мы могли себе позволить, — подала голос молчавшая до того Мейрр. — Говорить очевидные факты не запрещено.
— Именно, — согласилась с подругой Твайна.
— Вот оно что, — сделал я большой глоток из кружки и закусил бутербродом с ветчиной, не почувствовав его вкуса — настолько задумался над словами магички. — Поэтому вы просили Квайру у тельнор. Вы хотели ее обвинить и судить сами. Этого Урв-шер и боялся, поэтому не отдал вам хозяйку Вэнлая.
— Верно, — подтвердила Твайна.
— А затем вы пошли к Юле мириться и подарили ей гребешок, — добавил я. — Кстати, спасибо за подарок, вещь замечательная. И заодно рассказали ей о заговоре, а информация дошла до меня.
— Нет! — резко возразила Твайна. — О заговоре во время разговора с твоей женой мы молчали, это был бы такой же донос. Мы просто мимоходом сказали ей, что Твайна до сих пор хозяйка Вэнлая. И что тельнор не отдают нам ее с корабля, а сторонниц у нее до сих пор хватает. Это всем известные факты, только и всего. То, что кто-то из вас сделал из них верные выводы — не наша вина.
— А еще мы с Клейнн и Вейсс и в самом деле хотели сделать тебе приятное в постели в знак нашей признательности за спасение гнезд, — серьезно заявила Мейрр. — И хотим. Но твоя Юля против.
— Ясно, — усмехнулся я. — Твайна, а почему ты не намекнула раньше о заговоре Макарычу, пока я приходил в себя? Вы же с ним близки, это не секрет.
— Я пробовала, — махнула рукой магичка. — Но Боря больше военный, чем политик. Он был очень озабочен свалившимися на него делами и весь задерган: надо было срочно организовать госпиталь для раненых и охрану для пленных, собрать и инвентаризировать трофеи, разобраться с техникой и ее ремонтом, срочно закупить боеприпасы. Не считая проблемы бегающих по лесам магов. Он просто отмахнулся от меня — сказал, что все остальные проблемы решим позже, когда восстановим боеспоспособность самообороны, зачистим Авалон от недобитков, и ты станешь чувствовать себя лучше. Даже когда я сказала ему, что отказ Урв-шера предоставить бойцов дляучастия в операции против партизан — нехороший знак, он лишь поморщился: мол, потом разберемся. Вот мы и оставили его в покое. Хорошо, что ты догадался обо всем сам, и сделал правильные выводы. Когда ты нам выдашь Квайру на суд, ярл?
— И что вы собираетесь ей предъявить?
— Гибель эскадры и оставление островов беззащитными. Грубое нарушение интересов вассалов, повлекшее их гибель. Ложь и скрывание фактов при создании союза. Предательство ваэрия как вида и сотрудничество с врагом.
— Последнее тут каким боком?
— Квайра позволила взять себя в плен вместе с кристаллом, — пожала плечами Твайна. — А ведь она могла бы успеть выкинуть его за борт. Впрочем, без кристалла ее в живых бы и не оставили — кому она такая нужна? А вот хозяйка острова с кристаллом — совсем другое дело. Можно заставить перевести ее со счета все канделыврагу или закупать артефакты с магией ваэрия из нашего мира для тельнор. Вэнлай богатый остров, а кристалл — ключ к нему.
— Сурово. Но не лишено логики, — согласился я.
— Обвинения против Квайры можно долго перечислять, у нас составлен целый список, — с готовностью ответила Твайна. — Ей даже семья и сторонницы не помогут, мы все сделаем как нужно. Все хозяйки против нее.
— А что будет с Квайрой после?
— Я думаю, мы дадим ей возможность попрощаться с мужьями и самой выбрать достойный способ ухода из жизни, — хмыкнула ваэрия. — В конце концов, у нее были прошлые заслуги, да и раздражать ее сторонниц не стоит. Пусть тебя эта проблема не беспокоит, ярл, вопрос с Квайрой закроется через несколько дней. Когда мы ее сможем забрать в гнездо?
Я допил чай из кружки и молча встал из-за стола, подойдя к окну. Посмотрел на пыльную дорогу, часового у крыльца штаба, колышущиеся на легком ветерке ветви пальм в роще неподалеку, чувствуя как взгляды обоих магичек жгут мне затылок.
— Никогда, — повернувшись лицом к магичкам, наконец, ответил я. — Я вам ее не отдам.
— Это неразумно, ярл, — отмахнулась Твайна. — Мы с остальными хозяйками уже все решили и…
— Кто командует на Авалоне? Вы или я?
— Конечно ты, Саша. Но будет лучше для всех, если…
— Твайна, не забывайся! — я уставился взглядом прямо в лицо магичке. — Я ценю тебя, твою помощь и советы. Я готов учитывать интересы всех ваэрия Конфедерации, на всех островах и твои — в первую очередь! Но окончательные решения здесь принимаю я и только я! Не ты, не Мейрр, не Макарыч, не кто-либо еще. Не пытайся мной манипулировать, выйдет себе дороже! Я и так очень недоволен сложившейся ситуацией и вашим сокрытием заговора. Мы поняли друг друга?
— Да, господин, ярл, — все же опустила взгляд Твайна.
— Вот и замечательно. Вы с Мейрр свободны, вопрос с Квайрой решу сам. Когда понадобитесь, я вас вызову.
Когда дверь за магичками закрылась, я устало закрыл глаза, облокотившись спиной об стену… что за день сегодня такой гадский, а? Еще рука в гипсе разболелась некстати, ёшкин кот. Мало того, что отношения с Урв-шером испорчены, так теперь у меня и с магичками наметились контры. Теперь что, каждый суслик на Авалоне считаем своим долгом либо вовсе не обращать на меня внимания, либо внаглую мною манипулировать? Когда это я успел так обделаться, интересно? Осталось еще с Макарычем поругаться… что вполне вероятно, если майор примет сторону магичек.