Страница 9 из 12
Показалось ли, но Рио слегка смутился.
Нет, вряд ли.
Перестала пялиться и отвела взгляд от его лица.
– Я пойду мыться. А потом в столовую. И у меня ещё очень много дел на сегодня. Костюм нужно подшить.
– Костюм? – Казалось, из всего сказанного, Рио удивило только это. – Какой костюм?
– Мой…
– А, да, я отдал ему форму моего брата, поступающего в следующем году. А Тарну ещё закажем. Не проблема, – оправдался Чилард, почесывая легкую щетину на подбородке.
Тэрион обиженно насупился и обернулся к другу.
– И ты мне об этом не сказал?
– А что? Должен? – удивился Рени.
Я, кстати, тоже.
Все присутствующие, не сговариваясь, уставились на кронпринца, негодующе застывшего подле спинки дивана и, собственно, меня.
– Не то, чтобы должен… – начал было оправдываться Рио. – Просто я не знал, вот и все.
– Я ушёл, – буркнула я.
Не стала терять время и поспешила обратно в комнату, чтобы захватить с собой все необходимые принадлежности.
Душ! Я наконец смогу принять душ, как настоящий человек! Ура!
Прибыли мы на место довольно быстро.
Правда, пришлось выбраться наружу через окно. Сделала это, а заодно устроила Буля на спине. Для моего узенького хилого плеча – он слишком великоват оказался.
Плотно прикрыла створку с помощью его крюка. Просто в оконной раме кобольд уже успел проковырять небольшие отверстия, чтобы легче было открывать и закрывать. Умный проныра, не то слово.
Поудобнее устроила под мышкой рулон из полотенца со сменной одеждой и куском мыла в стеклянной шкатулке.
Переобуваться не рискнула, в смысле, не хотела попадаться драконам на глаза. Не то в этот раз точно заставят играть в любимейшую игру учеников ДУМО – фанты, игра на желания, записанные на бумажке. И вообще, уж не на спор ли шутники-драконы решили покормить уток магическим зерном?
Но зацикливаться на этих мыслях не хотелось. Отвлеклась, глядя себе под ноги и по сторонам.
Впереди пришлось немного пропетлять через садик, высокую изгородь, пройти по тропинке к ещё одному зданию отчего-то мне незнакомому и свернуть вдоль мрачного рельефного фасада, внезапно возникнувшего почти перед самым носом. Обогнув его, я обомлела от увиденного: перед глазами раскинулся маленький прудик, словно специально обложенный овальными камнями по краям. А позади него ввысь взмывал обломок скалы, как бы отгораживая это причудливое место от остальной территории ДУМО.
Отчетливо слышалось журчание воды и тихое бульканье. Свежий, высокогорный воздух сейчас стал отдавать тиной. Пригляделась и приоткрыла рот от изумления. По скале стекала вода тоненькими ручейками, расцвечивая камень разными оттенками от серо-коричневого до темно-зеленого. Красиво – да, но к моей проблеме не применимо.
– Гляди, кносик, – хохотнул кобольд, выглядывая у меня из-за спины. – Ры-ы-бка. – Позвал он, пуская слюни мне прямо на плечо.
Проследив взглядом, куда указал Буль, я заметила юркнувшую под зеленый лист кувшинки красную рыбку размером чуть больше малька, где-то в пол ладони.
– Эй, – возмутилась я и спустила врунишку вниз.
– Ты, что ли, думаешь, я тут буду купаться? – удивилась я. – В пруду, среди рыб и кувшинок?
– Не… – кобольд махнул рукой. – Это я так показал, идем, в доме есть душ и глубокая чашка, поплюхаться. Чур, чашка моя. Ты всё равно туда не залезешь. Она размером с небольшой тазик.
– Не знаю, о чём ты. Поэтому давай разберемся, когда наконец доберемся до места? – попросила я, следуя за босым Булем, засеменившим к зданию с высокими стенами и маленькими окнами, больше похожими на форточки.
– Уже почти дошли, – он взобрался на меленькое крыльцо и махнул рукой. – Эту дверку почти никогда не запирают в отличие от парадной, – похвастал он.
Что-то с каждой секундой эта идея мне стала нравиться всё меньше и меньше. Тем более на сегодня я уже и так успела натворить дел и наказание получила, из-за которого сейчас вынуждена жить непонятно где.
Однако, к тому моменту, когда я горько вздохнула, Буль уже умудрился дернуть крюком за ручку и, кряхтя, открыть дверь.
– Эй, чаво застыл, помогай давай, – проворчал он.
Оглянулась по сторонам, вроде бы никого. Тишина, и даже насекомые здесь стрекочут как-то по-особенному тихо.
Неприятные предчувствия заставили вздрогнуть, но я всё-таки отважилась помочь Булю.
Открыла дверь пошире, принюхиваясь к представшей взору темноте. Хм. Пахнет деревом и разными цветочными ароматами. Но не сильно. Больше, конечно, деревом. И ни сырости, ни запаха плесени.
– И что здесь?
– Что-что? Ванная комната на первом этаже, идем, – подгонял меня кобольд. – Не то так и постареть можно, пока ты отважишься зайти внутрь.
Не знаю зачем, но я решила снять тапочки, как никак, а ходила в них по улице, хоть и по чистым дорожкам. Но пыль и мелкую земельную крошку никто не отменял. Ещё шаг, и под моими босыми ступнями еле слышно скрипнула половица.
– Буль, – позвала я шепотом. – Ты точно знаешь, что здесь никого?
– Да не дрейфь, говорю никого, значитса никого. Моя чуйка меня ещё ни разу не подводила.
Ага, его чуйка. Ему хорошо, он кобольд. Щеки надул и исчез на месте, благодаря врожденной способности становиться невидимым. Так сказать, охранный инстинкт. А мне что сделать, если вдруг застукают с поличным?
И вот, уже в который раз за день я совершила очередную оплошность, махнула рукой на внутренние предостережения и доверилась незнакомому человеку, точнее хитрому кобольду.
В общем, плюнула на страх быть застигнутой врасплох и зашла внутрь, плотно закрыв за собой дверь. Вначале помыться, а потом бояться буду. Иначе зудом вся изойдусь и изведусь. А если ещё и спать лягу грязной, то не уверена, что лунатить не начну в поисках тазика, воды и щетки с мылом. С меня станется. Как-то раз ночью на мельницу к брату заявилась. Стою, значит, сплю у него над душей, бормочу себе под нос про какие-то плюшки, которые мама собиралась испечь с утра, если старшой муку принесет.
Да, с меня ухохатывался весь дом, когда я в ночнушке и босиком, братцем и мешком муки заявились под утро. Как и положено, первые месяца – два, братья дежурили у меня под дверью, пока им не надоело.
К слову, спалось мне тогда очень и очень сладко.
И я втайне надеялась, что в этот раз как-нибудь обойдется без наказаний. Хватит. Молния два раза в одно и то же дерево не бьет. Кажется…
Правда, когда я добралась до места назначения, и кобольд зажёг магический свет в плафонах светильников, то я встала, как вкопанная, словно громом поражённая. Или уже сразу молнией.
– Э-это чей д-д-дом? – начала заикаться я, глядя на золотую раковину и мраморные стены ванной комнаты.
Широко раскрыв глаза, я таращилась на огромное зеркало в половину стены, установленное над рукомойником.
– Директорский домик, – миленько пропел негодяй по имени Буль.
– Т-ты, – начала было я стучать зубами. – В своем уме?
А в мыслях уже успела двадцать раз проститься с ДУМО и мысленно скривиться из-за собственного внешнего вида.
Лохматая пегая мочалка на шесте с балахоном, к тому же чумазая – смотрела на меня в отражении стекла.
– До-о… – протянул злорадно кобольд. – Да ты не боись. Говорю ж, директорочка сча нетути. Так чаво дом один в нашем распоряжении.
– Н-да, – вырвалось у меня непроизвольно.
Вообще-то это я негодовала из-за собственного внешнего неряшливого вида. И снова внутреннее я заставило меня горделиво вздернуть носик и поворочать личиком перед зеркалом.
– И вовсе не уродлива…
– Чаво это? – удивился кобольд, обнюхивая помещение. – Ванная как ванная. Хорошая, а главное чистющая и пустая.
Я чуть не поперхнулась, поняв, что чудом не проговорилась.
– А, да… Хороша, слов нет.
– Так ты и не болтай. Давай, налей мне чашку и отверстие закупорь. Я поплюхаюсь, потом ты. И чур не подглядывать.
– Ага, к тебе это тоже относится, – я скосила недоверчивый взгляд к наглой мелкоте, стоящей у моих ног.