Страница 25 из 41
Глава 43
Сергей твёрдо решил, что отныне Даша с дочкой будут жить в его доме. Он лишь на время придумал предлог, прикрываясь здоровьем Элины, и тем самым, играя на чувствах Даши. Сейчас она живёт у него от безысходности, но он сделает всё возможное и не возможное, чтобы завоевать сердце своей мечты и сделает её счастливой. Он сделает так, что она не захочет покидать этот дом, не захочет покидать его! Он так решил, но не учёл того, что эта затея не понравиться его дочке. Не понравиться, что он ещё кому-то уделяет своё драгоценное внимание. Ей не понравиться присутствие в доме посторонних людей. И она, едва обнаружив нежданных гостей, приступила к выяснению отношений.
— А ты кто такая? — без малейшего гостеприимства начала она, едва войдя в свою комнату и обнаружив там чужую девочку.
— Меня Эля зовут, — вежливо ответила гостья.
— Да мне до лампочки как тебя зовут! — хмыкнула Дарья, бросив рюкзак на кровать. — Меня интересует, что ты здесь делаешь?!
— Дядя Серёжа пригласил меня и мою маму в гости, — начала было объяснять Элина, но Дашка бесцеремонно прервала её, не дав закончить.
— А что ты в моей комнате делаешь?!
— Я здесь спала, дядя Серёжа сказал, что я буду здесь жить.
— Ага, будешь! Ещё чего! — девочка презрительно смерила гостью не милостливым взглядом, заметив её не дорогую одежду и худощавое телосложение. — Ну, чё встала? Давай иди отсюда! — хозяйка грубо указала на дверь.
Возразить Эля не смогла, потому послушно направилась к двери. Вообще-то по своему характеру она была общительной и дружелюбной девочкой, но после случившегося, сильно замкнулась в себе. Её детскому сердечку слишком многое пришлось пережить: потерю отца, смерть друзей, тяжёлую болезнь. Да и не успела она ещё вернуться к привычной жизни.
— Уже познакомились? — поинтересовался Сергей, вошедший в комнату, как раз в тот момент, когда Эля собралась выходить.
— Угу, — недовольно буркнула Прохорова, одарив отца недовольным взглядом.
— Эля, — обратился Сергей к гостье, — иди вниз, там тебя мама ждёт к обеду! — девочка послушно вышла, и Дашка тут же начала выяснять отношения с отцом.
— Папа, я ни хочу, чтобы эта девочка жила здесь! — она жалобно посмотрела на отца, в надежде на то, что он непременно с ней согласиться и не позволит больше не желанной Элине не то, что проживать в комнате капризной хозяйки, но и в доме в целом. Но сегодня ситуация была не на её стороне. Как бы Сергей не любил свою дочку, но он ни за что не позволит ни ей, ни кому другому разрушить то, что он пытается построить долгие годы.
— Дашенька, — ласково начал он, обняв дочь за плечи и усадив на кровать, сам же сел рядом, — я очень тебя люблю, и ты это знаешь, но в этот раз я вынужден отказать тебе в твоих капризах.
— Это не капризы, папа! — возмутилась Дарья, явно не ожидавшая такого поворота событий. До этого он всегда шёл у неё на поводу. — Я просто не хочу, чтобы она и её мама жили здесь! Я ни хочу делить тебя ни с кем!
— Глупенькая моя, — он чмокнул дочку в лоб. — Я люблю только тебя. Ты моя дочь, единственная и любимая, и это ничто не изменит!
— Изменит, — не уступала она, — если эта девочка будет жить здесь, ты и её полюбишь, а потом влюбишься в её маму, и я отойду на второй план! Я знаю, так всегда бывает! У Таньки из моего класса папа тоже женился на другой женщине, и про дочь забыл, а когда у них свой ребёнок родился, он её вообще к маме отправил. Но у неё мама есть, а у меня ни кого не будет! — она говорила это так серьёзно и с таким страхом, что у Сергея защемило внутри.
Господи, как же он для неё важен, она его не просто любит, она его боготворит! Разве можно менять такую любовь на призрачное счастье с совершенно посторонней женщиной. Может, отказаться от этой идеи с завоеванием Даши, и продолжить жить так как жили раньше. Но как об этом сказать Даше, он уже сделал первый шаг к своему счастью, а, отступив назад, он сделает несчастным не только себя но ещё и Дашу, а вместе с тем и маленькую Элю. Он причинит боль девочке, которая и так уже достаточно пережила горестей и потерь за свою не долгую жизнь. К тому же, Дашка уже взрослая девочка и если ей всё хорошенько объяснить, она поймёт.
— Маленькая моя девочка! — он ещё раз крепко поцеловал её. — Даже если я и женюсь на какой-нибудь женщине, то любить тебя меньше не буду. Ты всегда будешь моей маленькой принцессой! Даже если тебе будет лет сорок, я не перестану тебя любить! А Элю тебе обижать не стоит, она хорошая девочка, вот увидишь, вы с ней обязательно подружитесь.
— Тогда пусть она живёт в другой комнате! — пошла на некоторые уступки Дарья.
— Дашенька, понимаешь, Эле недавно сделали операцию, поэтому одну её оставлять нельзя!
— Такую же, как и мне? — поинтересовалась она, уже сочувствуя тому, что пережила Эля, учитывая собственный горький опыт.
— Гораздо серьёзнее, ей делали пересадку почки, а до этого она очень сильно болела! — объяснил отец.
— А что с ней было? — продолжала интересоваться девочка, и Сергей понял, что не всё потеряно.
— Она попала в аварию, — коротко объяснил он, не желая вдаваться в дальнейшие подробности. — Так что, Дашенька, смени выражение своего милого личика с грозного на приветливое, и прими Элю. К тому же, они тут не надолго, как только она поправиться, они уедут!
Сергей пошёл на маленькую хитрость, сказав, что Даша и Эля проживут в его доме не долго, искренне надеясь на то, что за это время его упрямая дочка смириться с их присутствием, а в лучшем случае примет их в свою семью. Он решил дать дочери время, но сам этого времени терять не стал. Едва маленькая Даша отвела Элину в сад, чтобы там показать все свои развлечения, как Сергей посетил комнату Даши.
Баженова естественно не ждала его визита, потому, зачитавшись найденной на полке книжкой, уснула. На цыпочках, чуть слышно, Сергей подошёл к кровати, осторожно присел на край кровати, но женщина по-прежнему спала, не подозревая о его присутствии.
Глава 44
— Какая же ты красивая! — любуясь ей, прошептал он. Её волосы каштановым водопадом разбросались по подушке, щёки были покрыты румянцем. Она спала тихо и спокойно, словно младенец. Ещё несколько минут Сергей любовался спящей девушкой, а, затем, не выдержав, поцеловал её кротким поцелуем в губы. И она, словно спящая красавица, открыла глаза.
— Ты? — испуганно прошептала она, и, поняв, что это действительно он, быстро села.
— Да, Дашенька это я, — усмехнулся он, глядя в её испуганное лицо. Словно им обоим по семнадцать лет, и он без спроса вошёл в её комнату, застав при этом почти нагой.
— Зачем ты пришёл? — вновь задала вопрос она.
— Поговорить, — коротко ответил он, затем, добавив, — почему ты всё время меня избегаешь. Что-то не так? Может что-то нужно?
— Нет ничего, спасибо, — культурно отказалась она.
— Чёрт возьми, Дашка, — не выдержав, он встал и начал ходить по комнате, иногда бросая взгляд на её лицо, — что происходит? Почему ты ведёшь себя так, словно мы с тобой никогда не были знакомы? Мы ведь учились вместе, а это нельзя забыть!
— А я хочу это забыть, — тут же ответила на его реплику она. — Потому что мне стыдно за те годы, и если бы можно было всё вернуть, поступила бы иначе. Я не обижала бы тебя, и никогда не променяла бы твою любовь на призрачное счастье в столице.
— Но можно всё изменить сейчас, потому что я всё ещё тебя люблю! — он снова сел на кровать, — и никогда не перестану любить! — он взял в свои ладони её лицо. — Слышишь, Абрамова, я тебя люблю!
— Ты ненавидеть меня должен, а не любить! — возразила она на его слова, но лицо из его рук не убрала. — Я же столько боли тебе причинила! Столько страданий!
— Что было, то было, — отмахнулся он, — давай жить сегодняшним днём! — он осторожно поцеловал её в губы и, не встретив сопротивления, сменил кроткий поцелуй на более страстный и настойчивый.