Страница 70 из 92
- Неплохо устроился, нас недельку потерпишь, потом мы уедем.
- Анфиса, давай переедем на эту неделю в другое место, здесь нам втроем будет тесно.
- Ты что, богатый?
- Нет, - он вспомнил о деньгах Флоры. - Но на неделю можем снять жилье лучше и ближе к морю, а потом зарплату получу, мне хватит.
- Согласна, - сказала Анфиса.
Платон посмотрел в окно: Эльвиры во дворе не было. Он сбросил свои немногочисленные вещи в сумку, взял сумку, и они вышли со двора, открыв двери в воротах, не сказав хозяйке ни слова. Белла услышала стук двери, она была почти уверена, что все семейство покинуло ее дом и двор, но с места не сдвинулась.
За воротами беженцы вздохнули свободнее, и Анфиса поняла, что не хочет уезжать без Платона домой, и в то же время понимала, что детектив Лис в покое их не оставит. А это было совсем непонятно.
- Платон, надо снять жилье на длительный период, мы с тобой останемся, - сказала Анфиса бодрым голосом.
- Анфиса, не спеши, не смеши, давай неделю проживем, а там видно будет.
Они сняли номер в новой гостинице, но не янтарный, однако все местные удобства были гарантированы. Одно к одному, они отдохнули, умылись, переоделись и пошли в местное кафе. На первом этаже в фойе гостиницы они увидели дядю Сидора! Анфиса закусила нижнюю губу от неожиданности, а Платон присвистнул, один Женька обрадовался, он вырвал руку из руки матери и побежал к дяде Сидору.
- Вот те раз! - воскликнул Платон и повернул назад в номер за своими вещами.
Анфиса пошла за ним. Платон ее резко остановил, покачал головой и почти побежал за своими вещами в номер. Женька уже сидел на коленях дяди Сидора и что-то ему оживленно говорил. Через пару минут мимо них пробежал Платон со своей сумкой, они его не останавливали. Анфиса была уверена, что он побежал к Белле. Дядя Сидор снял янтарный номер, а кто бы в этом сомневался! Оплаченный Платоном номер остался не занятым в первую ночь. Что стало с янтарными часами, которые Анфиса приобрела вместе с Платоном, непонятно, но они не полюбили ее в паре с дядей Сидором.
Возникало ощущение, что янтарные часы оттаскивают ее от него, они не давали ему к ней приблизиться. Мало того, и Женька не мог подойти к нему. Ночью особенно сильно ощущалось поле недовольства в комнате. Комната и весь янтарный номер словно поставил цель выгнать из себя Анфису и Женьку.
Утром Анфиса с сыном пошли в номер, снятый Платоном. Он сидел один в номере и смотрел на дверь. Когда Анфиса с Женькой вошли в номер, он вскочил с кресла:
- Обязательно надо было ночевать в его номере?!
- Но ты ведь убежал сам!
- Я вернулся.
- И мы вернулись. Мир, - сказала Анфиса и поцеловала его впервые за длительный период.
Родион привез редкую березу. Анфиса проработала внешний вид гарнитура и сказала, что он принадлежал потомкам боярыни Морозовой. Ей поверили. Анфиса, посмотрев на полуфабрикаты, вызвала Степана Степановича. Он, похудевший, но счастливый, явился перед ее глазами и вскоре запустил в производство комплект мебели на бывшей своей фирме: в результате каких-то махинаций, в которых сквозило имя Степана, фирма перестала принадлежать ему, но суд вернул ее Степану Степановичу, когда Анфиса приложила к этому руку.
Селедкин довел новый комплект с головами птиц до изумительного совершенства. Мебель сияла красивой поверхностью, сияли головы птиц на подлокотниках кресел. Все вздохнули, словно последнее время они и не жили на этой земле, а просто существовали без любимого дела.
'Дурное чувство - одиночество. И зачем Платон запустил нож в Самсона? - думала Анфиса. - Теперь сам плутает неизвестно где, неизвестно с каким именем и внешностью'. Со Степаном Степановичем личные отношения Анфисы плавно перешли в служебные отношения: и так бывает между бывшими любовниками. Они отдалялись друг от друга. У нее в последнее время фаворитом был Родион - из-за добычи антикварных предметов.
Платон не решился жить вместе с Анфисой и предпочитал жить в одиночестве. Он часто ходил на работу по одной и той же дороге. Однажды по пешеходной дорожке ехал автомобиль, он так внезапно вывернул из пространства, что Платон нервно отскочил в сугроб, пропуская автомобиль. Мужчина за рулем на него и не посмотрел.
Платон ходил пешком и невольно увидел отпечатки шин на утреннем нетронутом снеге. Все было так прозаично! Просто автомобиль стоял на обочине пешеходной дороги всю ночь, отсюда и возникла неожиданность его появления. На обочине дороги в ряд расположилось с десяток автомобилей под легким налетом снега. Он увидел место стоянки проехавшего мимо него автомобиля. Он мимоходом посмотрел на место стоянки машины, от которой вели следы шин на свежем снегу, и увидел белый длинный шарф, который больше напоминал след от протектора, чем шарф.