Страница 8 из 259
Я пересёк пустое пространство, положил руку на колесо и уже приготовился было его повернуть вправо, когда сверху раздался тихий спокойный голос:
— На твоём месте я бы не стал этого делать.
Я резко повернулся, зашарил взглядом в поисках источника голоса. И обнаружил что со второго яруса что-то свешивается. Успел только сообразить, что это — две ноги. Кто-то сидел наверху, просунув ноги между прутьями (как они правильно называются — балясины?) и беззаботно ими болтал.
А в следующий миг что-то с ужасающей силой ударилось в дверь с той стороны и заревело.
Я знал, какой толщины должна быть эта дверь. И представлял, как она должна глушить звуки. Насколько же громко ревёт эта тварь там?!
Меня будто отбросило от двери, я сам не заметил, как оказался в двух метрах от неё. Нечто с той стороны продолжало реветь и колотить, но уже с меньшим энтузиазмом. Как будто почуяло, что я далеко, и теперь просто психовало, упустив добычу.
Я поднял взгляд. Теперь можно было рассмотреть сидящего на втором ярусе. Это был азиат, как и все азиаты — совершенно непонятного возраста. Одет точно так же, как я. Не побрезговал и фуражкой, только нацепил её набекрень, и всклокоченные чёрные волосы торчали из-под неё в разные стороны.
— Что это такое? — спросил я, указав дрожащей рукой за дверь.
Азиат ел батончик, челюсти его непрестанно двигались. Но как только я задал вопрос, он перестал жевать и прислушался к звукам и ворчанию за дверью.
— Шатун, — спокойно сказал азиат. — По-вашему.
— По… нашему? — И тут до меня дошло, что мы говорим на русском. — А. Ты — типа, тот редкий японец, который знает русский?
— Да тут скоро и ты полиглотом станешь, — усмехнулся японец. — Здесь мозги начинают иначе работать. Все слова, что слышишь, мгновенно запоминаются. В принципе, часок поболтаешь с любым — и считай, что разговорный уровень у тебя в кармане. С любым можно заговорить на любом языке — тебя поймут. Проблемы с пониманием только у новичков — и то не долго.
— Это как так?
— Как-то так. — Японец говорил с лёгким неуловимым акцентом, чуть медленнее и чётче, чем надо, произносил все звуки. — Если тебя это удивляет, поверь на слово — завтра у тебя появится в сто раз больше причин для беспокойства.
Многообещающе. Впрочем, угрозы в голосе азиата не слышно. Уже хорошо.
— Тебя как зовут? — спросил я.
— Сайко. А тебя?
— Меня — Крейз.
Я впервый произнёс вслух своё новое имя. Прислушался. Ничего так прозвучало. Уж получше «Сайко».
— Крейз! — фыркнул Сайко.
— Ничего смешного. Это имя носил…
— …величайший воин моего народа, — подхватил Сайко. — Постарайся не опозорить его. Знаю, друг. Ты, вроде, еду искал? Вот. Хочешь протеиновый батончик? Ничего другого не найдёшь, кухня закрыта до утра. Вот тебе бесплатная мудрость: если любишь перекусить ночью — делай припасы днём. Как тебе?
— Как мне что? — спросил я и поймал сброшенный батончик. — Спасибо.
— Пословица, которую я только что сказал. Мне кажется, очень красиво звучит на вашем языке. Почему бы не сделать её… крылатым выражением?
Я мысленно повторил «мудрость» про ночной перекус и припасы днём, пожал плечами:
— Так себе. У нас другая есть, на ту же тему: «готовь сани летом, а телегу — зимой».
— Ай, опять эта телега! — поморщился Сайко. — И что она вам всем так сильно нравится?
— Да нам вообще по барабану, — признался я. — Мы так не разговариваем.
Батончик интересовал меня больше этого разговора. Он был завёрнут в простую серую бумагу. На вкус — как протеиновый батончик. С орехами. Слопал я его за несколько секунд, желудок только поворчал, что мало.
— Первое время будет постоянно хотеться есть, это адаптация, — сказал Сайко. — Через недельку привыкнешь.
— А мы здесь вообще надолго?
— Да можем хоть завтра уйти, — усмехнулся Сайко.
— И-и-и… что нас останавливает?
— Конкретно тебя, Крейз, останавливает тот шатун, что беснуется за дверью. О, да их уже двое… Кажется, этой ночью ты тут не единственный новичок. Но уж совершенно точно — самый любопытный.
Я на несколько секунд отвлёкся, уставился на дверь, за которой рычали теперь на два голоса.
— Что за «шатун»? — спросил я, подняв голову.
Спросил у пустоты. Сайко там не было. Я не слышал сверху ни звука, не слышал, как хлопала дверь. А ярус был совершенно пуст.
Сайко исчез так же внезапно, как появился.