Страница 23 из 52
— Знаю, — вслух произнес, привлекая внимание ушастого демона; кот приподнял морду и уставился на меня подозрительным взглядом пронзительных глаз, — ты побудь рядом с ней. Мне надо найти виновного, кто наложил на нее проклятье. Обещаю, я спасу ее.
— Мрряу, — мурлыканьем ответил кот, словно понимал каждое мое слово. Затем зарылся мордочкой в свои пушистые лапки и завибрировал телом, издавая монотонное мурчащее звучание. Я видел, как вокруг Анны образовывался защитный купол, которым кот покрывал их обоих, пряча от глаз остальных. Моя Анна… она исчезала из виду вместе со своим защитником, который стал преданным только ей.
Я наклонился к девушке, вглядываясь в ее, будто спящее лицо, ни единого намека на то, что она спала или притворялась. Побледневшие щеки, которым так шел румянец, пугали меня, и я желал скорее вернуть ту естественность, которой Анна – любовь моя, обладала. Я прильнул к ее губам, все еще ощущая их вкус и сладость, но этого мне оказалось мало. Поцелуй слишком вымученный, и я не желал расставаться с ней. Но пора навести серьезный рейд по Царству и найти виновного. А лучше всего созвать своих родных и поставить перед фактом.
***
Вся семья в сборе и все недоумевали от моего приказа сиюминутно собраться в главной зале. Отец и мать сидели во главе стола, так полагалось испокон веков, а дальше уже восседали по степени родства. Авраам как обычно заявился позже всех и вальяжно уселся в дальний угол, ибо никогда не принимал все семейство. Как он любил говорить: не переносил их на дух.
— И что за срочность, Соломон? — хмыкнул он, разглядывая свои черные ногти, словно они были куда интереснее, чем произошедшее в моем замке. Я стоял, потому что просто сидеть не хватало терпения. Во мне неумолимо бурлила ярость, которую выместить было нельзя, так как виновный все еще не обнаружился. Зашли последними служители Царства. Поклонившись моим родителям, они встали рядом со мной. Авраам засмеялся, на что получил в ответ от меня гневный взгляд и мысленное предупреждение.
— Семья, — начал я, принимая на себя взгляды демонов, — Анна – моя жена и ваша королева сегодня пала под проклятье, — как только я произнес эти слова, меня одолел холод. Каждый присутствующий оставался непроницаемым, только Авраам нахмурился и привстал.
— Что значит «пала от проклятья»? — заволновался дядька. — В каком смысле, Соломон? Она же теперь твоя жена, кто осмелился так открыто проявлять неповиновение?! — гневно прорычал он.
— Гоблины устроили бунт. Мы вернулись в замок, кх-м, — я не хотел вдаваться в подробности, где мы были ранее. Не думаю, что Аврааму понравится, что я показал своей королеве его личное пристанище. — Кто-то пустил слух, что я выбрал в жены девушку с душой, и теперь не перерожденные требовали исполнения пророчества.
— Это бред – пророчества не существует, — фыркнул мой отец, всплеснув рукой и твердо ударив кулаком по столу. Раздался оглушительный звук, и теперь все внимание было на моем отце. — Я не устану повторять: пророчество всего лишь выдумка, чтобы облегчить страдания гоблинам. Их пограничное состояние не зависит от земной, да какой угодно, души. А тот, кто пускает слухи по Царству, вскоре навлечет на себя гнев демонов. Никто не станет терпеть подобные вероломства, Соломон. Пора уже разобраться с гоблинами и поставить им ультиматум – либо они живут среди нас, либо пусть исчезнут навсегда.
— Отец, — оборвал тираду родителя, и мама меня поддержала, накрыв ладонью кисть отца, тем самым успокаивая его пылкий темперамент. — Гоблины не могут жить среди демонов, ты ведь сам знаешь об этом. Никто не ставил запретов, но они мучаются от пограничного состояния и готовы пойти на все. Но я уверен, что дело не в них, — фыркнул я, начав расхаживать туда-сюда и задумываясь, стал сопоставлять факты. — Нас с Анной выманили, и предлогом стал бунт. Кому-то на руку подобное происшествие.
— А своих невест ты не подозреваешь? — ехидно заметил Авраам, зыркнув на меня. Я застопорился. — Что? Неужели думаешь, что демоницы так просто оставят сам факт, что какая-то неместная мадам очаровала твое бездушное сердце? — недоумевал дядька.
— Не надо так называть Аню, — рявкнул на мужчину, осаждая его гнусный язык. — Девушка не заслуживает такой расправы.
— Это ты так считаешь, но не демоницы. А особенно, я бы обратил внимание на Азаду, — кивнул дядька, будто сам у себя поставил галку напротив имени претендентки.
— Зачем ей это? — сцепив руки на груди, я ждал объяснений.
— Нет, Авраам, — встряла мама, как только дядька открыл было рот, чтобы выдать очередной монолог. — Замолчи и не смей, — ее приказ прозвучал настырно.
Я удивился такой реакции матери, явно скрывающей от меня что-то важное. Вся семья притихла и даже Хранители.
— Я хочу знать, что происходит, — сказал, как отрезал, покосившись сначала на мать, затем отца и уже в последнюю очередь на Авраама. — Если вы что-то скрываете от меня, и это касается освобождения моей Анны от проклятья, учтите, что мой гнев куда страшнее, чем ваши вместе взятые, — моя фраза хлестала каждого, а темная дымка, исходившая от меня, постепенно заполонила весь зал. Родные напряглись и стали переглядываться.
— Успокойся, Соломон, — Хранитель подошел ко мне, и, положив руку мне на плечо, продолжил: — мой Лорд, проклятье, наложенное на Анну, исходит от не перерожденных. Вы заблуждаетесь, если считаете их непричастными.
— Нет. Я отказываюсь в это верить. Я сам лично… своими глазами видел свиток в ваших хранилищах. Пророчество есть и хватит уверять меня, будто это очередная уловка держать все под контролем, — я сорвался. Вся моя выдержка канула в лету. Грудь сдавило, и хотел бы я прямо сейчас видеть Анну, чтобы успокоиться. Я сделал вдох и выдох, чтобы усмирить пыл. Мать и отец сидели с каменными выражениями лиц, чтобы я не смог прочесть их. — Вы все свободны. Если в семье не принято говорить обо всем важном, тогда прямо сейчас я разрываю с вами любые связи, — мое заявление оказалось встреченным бурно. Отец вскочил и наставил указательный трясущийся палец.
— Как ты смеешь отрекаться от родных, Соломон?! — взревел он.
— Или правда, или – это конец, — я настаивал на своем, не давая слабину. Отец оставался при своем и замолчал. — Тогда уходите. И, я надеюсь, никто из вас не прикладывал к проклятью руки, иначе…, — дальше не было смысла продолжать фразу, каждый понял мой посыл.
Семья постепенно рассосалась в огромном зале, испаряясь в пространстве и оставляя лишь следы серой нити. Остались Авраам и старший Хранитель, которому я доверял с самого своего рождения. Старик был мной недоволен, я чувствовал это за тысячу верст, но мне было все равно. Сейчас главное – моя девушка, ведь по моей вине Анна сейчас подверглась нападению.
— Авраам, уходи, — тихо промолвил я, грузно рухнув на стул и зарывшись в свои ладони. Я стал тянуть волосы назад, причиняя боль. Я просто хотел чувствовать, хотя бы немного, но без моей королевы я снова становился тем демоном, которым я был до встречи с ней.
— Соломон, посмотри на себя, — запричитал дядька, — ты стал слабым. Потому нам запрещено любить земных девушек. Мы оживаем рядом с ними, — он ошеломил меня, и я тут же посмотрел на Авраама, подозрительно сощурив глаза. — Не надо сейчас сканировать меня, будто я превратился в чудище. Увы, такой способности у меня нет, в отличие от тебя, мой друг, — засмеялся он.
— Я не верю ни единому твоему слову, — прыснул я.
— А зря, — игриво и лукаво ответил дядька. Хранитель фыркнул, обратив на себя внимание нас обоих.
— Хватит уже юлить вокруг да около. Скажи ему, Авраам, — настаивал старик, который тоже присел рядом со мной. Я ощутил волнение, которое покрыло меня с головой. Что такого скрывала вся моя семья, раз даже я – их Тёмный Лорд, не был удостоен знать правду.
— Пророчество уже давно исполнилось, — уныло бросил Авраам, опустив глаза в пол. — Моя жена – землянка, ради которой я отказался от жизни демонов тут в царстве. И я теперь вынужден держать удар на себе, чтобы спасти её душу. Гоблины не желают сами становиться одними из нас – это их выбор, а до тех пор, пока они сопротивляются, моя Лола страдает в мире, который не подвластен никому. Вдали от меня… Соломон. Поэтому мне нужна была Лунная пыль, либо твои способности.