Страница 122 из 123
Эпилог в котором анонсируются перемены
— Ну что, дорогой Юрий Константинович, можно вас поздравить с повышением? — бодро начал есаул Семенов прямо с порога кабинета.
— Как я понимаю, покамест сие только слухи, — рассеянно буркнул с хозяйского места Корнилов.
— Уже нет, — покачал головой гость. — Вот, извольте ознакомиться: копия приказа о вашем переводе, — на стол перед заместителем начальника Федоровского кадетского корпуса легла официального вида бумага. — Подполковничьи эполеты, полагаю, не замедлят за оным переводом последовать… Смотрю, вы не рады? — прищурился Семенов.
— Только-только здесь разобрался, что к чему, — не то развел руками, не то обвел жестом служебное помещение Юрий Константинович. — Разгреб завалы… К личному составу присмотрелся… Ну и потом, Федоровка — заведение с именем, а сия спецшкола, несмотря на высочайший патронаж — ну, такое… — пренебрежительно кивнул Корнилов на предъявленный ему документ. — Откуда она вообще взялась на мою голову?
— А тут скажите спасибо вашим юным сорвиголовам! — хмыкнул гость.
— Кадетам?
— Им самым. Похоже, кое у кого на их счет таки истощился запас терпения. Шутка ли, разгромить гробницу Первого Императора Поднебесной!
— Ну, допустим, не саму гробницу, а лишь музей при ней… И китайцы же, вроде, заявили, что никаких претензий к моим орлятам не имеют?
— Китайцы, может, и не имеют, а вот Собственная Его Императорского Величества канцелярия, в лице III оной канцелярии Отделения…
— Так сие Александр Русланович воду мутит? — нахмурился хозяин кабинета. — Вот уж от кого не ждал…
— Молод еще ротмистр, чтобы самостоятельно что-то подобное мутить, — скривился Семенов. — Посерьезнее его нашлись люди. Сама-то идея, что к не в меру талантливым ребятам нужен особый подход — и, соответственно, особый контроль — давно витала в астрале… А тут в очередной раз ваши лихие первокурснички отличились. Вот и сошлось одно к одному…
— И кого из кадетов туда забирают? — спросил Корнилов.
— Полагаю, вы мне и сами без труда назовете подходящие кандидатуры. Но вот полный список первого набора курсантов, — к столу подплыла еще одна бумага. — Кстати, из двенадцати человек — шесть федоровцев. Сие, я вам скажу, подлинный триумф Первопрестольной! Даже из Борисовской Академии берут всего троих!
— Шесть федоровцев, говорите? — не без любопытства взяв в руки документ, Юрий Константинович углубился в чтение. — Ну, Огинский-Зотов и Муравьева с их полулегальными фамильярами и прочими… особенностями — понятно, — пробормотал он. — Не можешь запретить — возьми под контроль, так? — поднял Корнилов глаза на гостя.
— Очевидно, так, — кивнул тот.
— По Змаевич, как выявленному Мастеру големов, тоже никаких вопросов, — вернулся к списку заместитель начальника корпуса. — А вот как сюда попала Воронцова? Просто за счет громкой фамилии? — снова посмотрел он на собеседника.
— Полагаю, за счет фамильного перстня, — предположил Семенов. — Сие же не просто украшение — кому попало такой артефакт служить не станет. Только наследнику рода. По мне, так он вполне стоит духа-фамильяра.
— Ну, положим, — помедлив, согласился Юрий Константинович. — А Ясухару и… хм… Иванова? Они же у нас иностранные подданные. А спецшкола, насколько я понимаю — проект отнюдь не публичный?
— Как мне нашептали, Его Высочество Младший Царевич Дмитрий собственноручно внес в список сии имена, — поведал Семенов.
— В самом деле? — приподнял брови Корнилов. — Ну что ж… А раз уж зашел разговор: случайно не в курсе, мою персону на пост начальника сего интерната для молодых гениев кто сподобился предложить?
— Вот чего не знаю, того не знаю, — последовал ответ.
— Ладно, посмотрим, кто тут у нас еще… — вернулся к списку Корнилов. — Так, борисовцы… Молодой граф Бестужев-Рюмин, молодой князь Гагарин — оба ожидаемо… А госпожа Перовская кто такая?
— Как говорят, весьма одаренная девица. И при том — незаконнорожденная дочь графа Алексея Разумовского. Последние — уже отнюдь не слухи.
— Ясно. Идем далее. Диана Цой из Хабаровска. Та самая?
— Совершенно верно, — подтвердил Семенов. — Необычайно талантливая юная целительница. Как утверждают знающие люди, прям вот будущая новая Анна Глинская.
— Даже так? Что ж, добро… Новосибирец Мартынов — краем уха слышал о сем молодом человеке. Мастер артефактов с аллергией на магию — сие же про него?
— Абсолютно точно.
— Бедный юноша… А Заикин Станислав, последний в списке — кто таков? В первый раз вижу сию фамилию.
— Должно быть, потому, что он такой же Заикин, как царевна Златослава — Иванова? — с ухмылкой заметил Семенов.
— Еще один иностранец?
— Не угадали.
— Кто же тогда?
— А вот примете под свое начало спецшколу — и узнаете, — осклабился гость.
— Михал Андреич, давайте только без этих ваших штучек, — поморщился Корнилов. — Я же в любом случае сие выясню — и всяко до вступления в должность! Просто служебное время придется потратить.
— Добро, — легко уступил Семенов. — Помните, как и когда мы в Конвое получили сведения о Южном Шаолине?
— Конечно.
— А от кого — помните?
— От паренька-перебежчика, тот еще заикался все время… Что, сие он и есть? — догадался Юрий Константинович.
— В точку! — подтвердил Семенов.
— Могли бы псевдоним и пооригинальнее дать, — покачал головой Корнилов.
— Насколько мне известно, он сам себе его выбрал. К тому же, заикание мы ему вылечили.
— Ясно… — бросил Юрий Константинович. — Что ж, команда подбирается… незаурядная, — заключил он. — А что по преподавательскому составу?
— Оный покамест не укомплектован. Но решено, что вместе с вами переходит поручик Чубаров…
— Елисей Елисеич? — удивился Корнилов. — Вот уж с кем простился бы без сожаления!