Страница 3 из 9
Нет, я, естественно, хорошо знаю и белорусскую речь. Да и по-польски могу такое-этакое завернуть, иногда даже не зная точного перевода. Но родным считается не тот язык, но котором, если верить Юлиану Семёнову и радистке Кэт, кричат во время родов. Рожать, слава Богу, не всем дано. По-настоящему родным считается тот язык, на котором человек думает. А я думаю на русском. Не по-русски, что говорит о неких общих ментальных чертах нации, а именно на русском. И это факт, который можно скрыть от окружающих, но не от себя.
Но ведь важно не то, на каком языке человек думает, а важно то, что он думает. Человек частенько за внешними кажущимися благими делами скрывает дурные мысли и эгоистичные цели. И обществу в целом совершенно безразлично, на каком языке эти цели мыслятся. Потому что их цветовой окрас всегда серый или чёрный, и несут они в себе угрозу для всех. Как сказал когда-то Маккиавели: «Речь дана человеку для того, чтобы скрывать свои мысли». Цинично, но верно. Этот мир пропитан ложью, обманом и лицемерием. «Ярмарку тщеславия» я бы дополнил ещё и ярмаркой лицемерия.
А люди для этой цели придумали целую науку – словоблудие. Она имеет в верхах филиал, называемый демагогией. А словоблудие пользуется большим спросом во многих сферах человеческой деятельности. В особенном фаворе словоблудие там, где присутствует политическая идеология и экономическая выгода.
В некоторых отраслях широко применяются слова-перевёртыши, заимствованные из других языков. По разным причинам и для разных целей. Вот, хотя бы, взять медицину. Нет, психиатрию и психологию лучше не трогать. Там не один чёрт ноги себе переломал, пытаясь разобраться в том, что они начали, а люди подхватили и усовершенствовали.
Вот, возьмём, например, слово «метеоризм». Можно подумать – какое красивое космическое слово! А на деле? Так и наша жизнь – сплошной метеоризм.
Человечество постоянно пучит. Видимо, от того, что регулярно срываемся и объедаемся разной гадостью. Иногда локально, а иногда массово. Так, объевшись фашистской идеологией, Германию сначала вздуло от собственной арийской гордыни, а потом на весь мир взорвало. И последствия этого взрыва были чудовищны. И несмотря на ужас и жертвы, вонь нацистского метеоризма до сих пор чувствуется в атмосфере, а есть и те, которые вдыхают эту вонь с нескрываемым наслаждением.
Германию, почему-то, вообще часто пучит. Ладно, не пучит, но пучило. Сначала кайзера взорвало, потом Гитлера. Дело, видимо, в том, что оба страдали национальной и личной хронической гиперрексией амбиций. Подобная болезнь губительна для любого больного и несёт в себе не только потенциальную, но и реальную угрозу для окружающих. А психологическая гиперрексия для правителя оборачивается катастрофой для всего мира.
А бывает, что пища кажется вполне здоровой и полезной, но всё равно пучит и взрывает. Кто виноват? Повар? Возможно. Наша неразборчивость в еде? Скорее всего. Так случилось в 17 году прошлого столетия. Внешне красивый рецепт немецкого (!) кулинара привёл к массовому отравлению и трагедии не только русского народа.
Это из крупных примеров социального метеоризма. А по мелочи мировой социум подвержен этой хвори постоянно. У человечества перманентное состояние метеоризма. Идеологические газы бродят по всему земному телу, потом в каком-то месте скапливаются и взрываются. Правда, в некоторых местах получается их стравить по-тихому. Точнее, удавалось. Сегодня весь мир так вспучило, что вот-вот где-то рванёт. Где точно, никто не знает. Но существует вероятность, что за взрывом последует цепная реакция. И это не может не волновать всех мыслящих, честных, не равнодушных людей, для которых их дом – Земля.
А я тоже, как и мой далёкий родственник, в некотором роде космополит. Хотя и считаю себя патриотом. Патриотом в том смысле, что люблю родные края. Где родился, вырос, живу и где, надеюсь, умру. Где родились мои родители, дедушки и бабушки. Поэтому, если быть точным, я патриот-абориген. Я не представляю себе жизнь в другой стране. Я просто таким уродился.
Но ни в коем случае не осуждаю тех, кто куда-либо выехал на ПМЖ. Любой землянин имеет право жить в любом уголке земного шара. Не любой, правда, имеет такую возможность. Но на возможность ещё требуется желание. «Так выпьем же за то, чтобы наши желания совпадали с нашими возможностями!» У меня эмигрантских желаний не было никогда. В отличие, кстати, от моих далёких предков.
И если уж совсем начистоту, то сперматозоиды Потоцких находили подходящие яйцеклетки по всему миру. Это если грубо генетически. Ведь именно этим гордятся потомки-снобы древних и знатных родов.
А патриотизм, как национальная черта, вещь лукавая, глупая и опасная. Как сказал Генри Лоусон: «Патриотизм – причина всех бед на земле; именно патриотизм ведёт к войнам; это ложное чувство, порождённое невежеством, заставляет людей гнуть спину, умирать с голоду и проливать кровь ради покоя и удобства их никчемных господ».
Мои дедушки и бабушки родились в Польше, а умерли кто в Советском Союзе, а кто уже и в Беларуси. А прадедушки и прабабушки родились и умерли в Польше. И, естественно и вполне закономерно, считали себя поляками. Вот такая оказия. Живя на одной территории, мои предки являлись подданными Польши, Советского Союза и Беларуси. Это из последних колен. Я, кстати, тоже ещё родился в Советском Союзе. Перед самым его крушением.
Мне 35 лет. Об этом возрасте можно сказать так же, как о стакане, который то ли наполовину полон, то ли наполовину пуст. Для кого-то уже 35, для кого-то ещё 35, а для меня просто 35.
Роста я чуть выше среднего, телосложения спортивного, но не борца сумо, брюнет, но не жгучий. Из особых примет могу сообщить, что я разносторонне развит. Буквально. Как умственно, так и физически. Правда, с переменным успехом.
Если поверить, что одно полушарие мозга отвечает за логику, а второе – за творчество, то я с детства был склонен как к первому, так и ко второму. Последнему, правда, отдавая предпочтение. Однако, как первого, так и второго было у меня умеренно, но не в избытке, поэтому ни по частям, ни в целом мозг мой в гении не годился. Если, конечно, гениальность следует искать исключительно там. Как бы там ни было, я на свой мозг не в обиде, а очень даже в благодарности, что он именно такой, какой есть.
Только меня, вот, мучает один вопрос. Если, предположим, с логикой и творчеством мы разобрались, то как быть с юмором? Кто отвечает за чувство юмора, если оно, всё-таки, чувство? И как быть с остроумием? Чувство юмора есть почти у всех, но оно разное, а вот остроумие встречается гораздо реже. Потому, видимо, и не пользуется массовым спросом?!
Говоря же о своём физическом разностороннем развитии, вынужден констатировать, что там вообще всё запутано. Пишу я правой рукой, а, например, бросаю камень или толкаю ядро левой. Гвоздь могу вколотить легко и проворно с любой руки, но сподручнее с правой. А если взять бокс, то ударная левая. С ногами та же фигня. По мячу мог ударить – будь то штрафной или угловой – любой ногой, но сильнее, всё-таки, получался удар с правой. В каратэ, когда в детстве немножко занимался, в прыжковом ударе ногой толчковой служила левая, а ударной правая. В ударе «ножницами» всё было наоборот. Одним словом – кавардак!
Но это всё увлечения детства и юности. Неизменным осталось одно – стремление к знаниям, к постижение тайного и сокровенного. Если сказать примитивно, то меня, как в том «Ералаше», интересует не столько аксиома, что две параллельные прямые не пересекаются, сколько вопрос – почему? Или, если чуть сложнее, то что является квинтэссенцией знаний? Где заключена главная мудрость жизни? В чём она?
И вот только теперь я начинаю к этому приближаться. Такое ощущение, будто раньше кто-то от этих знаний отталкивал и оттеснял, а потом, по неизвестным причинам, позволил атомам пятой стихии проникать вовнутрь. Мол, на, получай, если тебе не нравится уравновешенная жизнь законопослушного обывателя. Хлеб есть, зрелищ навалом, в семье полный ажур. Нафиг тебе это? Чего тебе неймётся?