Страница 7 из 12
Это удивительное явление продолжалось недолго. Туман постепенно рассеялся, значительно медленней, чем образовался, но после него не всплыл прежний пейзаж поляны, освещаемой Луной, и леса, деревья которого кажутся синими от темноты. Странно, но перед ним уже стоят палатки, шатры и навесы, а под ногами у него серая дорожная пыль. Одно осталось неизменным – ночное небо над головой с теми же звёздами, и с той же полной и светлой Луной. Он снова оглянулся, но позади него в бесконечную даль уходят те же палатки, навесы и шатры, напоминающие цирковые, в которых проходят представления. Константин понял, что он оказался на территории какого-то цирка, который не должен находиться так далеко в лесу, и который не мог появиться из тумана. Ведь он ясно видел перед собой чистую поляну, вокруг неё густой лес, а теперь вместо этого цирковое поселение. В эту секунду в голове Константина резко возникает жуткая боль, от которой он упал на колени, и, упираясь на левую руку, продержался в сознании ещё немного, а после распластался на животе и потерял сознание.
Это первый в его жизни обморок, который больше напоминал обычный сон. Он даже видел сновидение, словно спит дома в своей пастели. Сновидение это было о жене Константина, о тех временах, когда они были ещё вместе. Они никогда не ходили ни в рестораны, ни в кино. Константин и Оля в свободное время гуляли в городском парке, в жаркие дни плескались на пляже, часто ходили на танцевальные вечера, а ночью иногда они забирались на крышу своего дома и засыпали под звёздами. У супругов Моховых была одна общая страсть к искусству, в частности к театру. В зрительном зале Константин и Оля сидели на протяжении всего представления с одинаковыми выражениями на лице: восхищения и потрясения, но полного умиротворения от театральной атмосферы.
В один прекрасный вечер Оля и Константин возвращались домой и делились свежими эмоциями от театральной постановки. Они никогда не заказывали такси, а предпочитали прогуливаться до дома пешком. И всегда шли обходным путём, потому, что им нравилось гулять по ночному городу и бурно что-то обсуждать, при этом они смеялись и кричали на всю улицу.
В тот роковой вечер всё было точно так же, они уже подошли к своему дому, где дорогу им перегородил человек в чёрных штанах, кроссовках и куртке с капюшоном, закрывающим лицо. Он достал пистолет и потребовал все деньги и ценные вещи. Оля отдала ему свою сумочку, а Константин вытащил из кармана бумажник и протянул его грабителю. Константин всегда относился к таким людям с презрением, за свою карьеру он много раз встречал людей опаснее этого воришки, поэтому пистолета он не испугался. Когда грабитель отвлекся, засовывая бумажник в свой карман куртки, Константин набросился на него и попытался обезвредить. Но в борьбе грабитель смог выстрелить, он попал в левую ногу детектива, который тут же повалился на землю от дикой боли. Грабитель в спешке убежал, забыв про сумочку Оли, которую выронил в борьбе. Они вызвали скорую помощь и Константина повезли в больницу, а Оля поехала следом на своей машине. У неё на глаза наворачивались слёзы, она еле успевала за машиной скорой помощи, где лежал и страдал от боли её муж. Казалось, она выкинула из головы все остальные заботы и проблемы, и не заметила, что выехала на перекрёсток на красный свет. На полной скорости в неё врезается огромный грузовик, и переворачивает её машину.
Глава третья. Всё ещё живой
Константин медленно открывает глаза. Голова уже не болит, поэтому он мгновенно вскакивает на ноги. Тот же цирк, что и был до обморока, это не сон, это какой-то бред. Память вернулась сразу же, он хорошо помнит про ночные поиски в лесу и про густой туман, но так и не понял, как попал в этот цирк. На небе до сих пор была ночь. Звёзды удивительно большого размера, каких он никогда не видел. Луна тоже на порядок крупнее обычной, и находится она над головой. Значит, подумал Константин, время ещё позднее, и до утра нескоро. Он смотрит на свои часы и видит, что часовая и минутная стрелки неподвижно стоят на двенадцати, а секундная стрелка подходит к ним, и тоже застывает. Константин покрутил заводку часов, но ни одна стрелка так и не сдвинулась с места.
От этой странной аномалии, детектив сам долго не решался сделать первый шаг. Но нельзя было стоять на месте вечно, нужно куда-то идти. Но в какую сторону начать движение? Константин попытался разглядеть на горизонте хоть что-то, что подскажет ему о выходе. Но никакого забора, ни смены пейзажа, ни голых деревьев странного леса, ничего не было видно. Цирк казался невозмутимо большим, а то и вовсе бесконечным, и от того более жутким.
Он направился просто прямо, пологая, что к чему-нибудь выйдет. По пути он трогал землю, трогал палатки, всё казалось совершенно обычным, но очень старым. Пройдя несколько минут в одном направлении, Константин так ни к чему и не пришёл. Начала развиваться паранойя, потому что цирк кажется нескончаемым и жутко одиноким. Постепенно шаг превратился в бег, который так же ничего нового не открыл. Началась отдышка, но больше от страха, нежели от бега. Ничего хорошего это место не предсказывало, такого нигде раньше встречать не приходилось. Он одинок, как будто очутился на необитаемом острове, содержание которого не хочется представлять.
Одиночеству Константина пришёл конец, когда он услышал чьи-то голоса, чей-то разговор, который звучал как гул небольшой компании. Сначала было непонятно, откуда шли эти голоса, но позже Константин увидел приближающийся свет. Этот свет был не от фонариков, скорее от факелов. Излишняя осторожность заставила его спрятаться за палатку и наблюдать со стороны на приближающихся людей. Константин, затаив дыхание, ожидал их появление, и вдруг он увидел шестерых, которые проходили недалеко. Они все были одеты в цирковые наряды с факелами в руках. «Наверняка они состоят в труппе этого цирка», – подумал Константин, и уже собирался выйти из укрытия, чтобы попросить их о помощи и задать пару вопросов. Но его остановило одно зрелище: две женщины из-за чего-то вцепились друг в друга, и началась драка. Остальные взялись их тут же разнимать. Зачинщицу драки оттолкнул высокий мускулистый мужчина, отчего та упала на землю. Когда она снова поднялась на ноги, другой мужчина подошёл к ней и глубоко выдохнул на факел. Огромная струя огня моментально подожгла эту женщину, и с пронизывающими всё нутро криками, она сгорела. После неё не осталось ничего, даже пепла. Все остальные продолжили свой путь и скрылись за палатками.
От увиденного Константин онемел и впал в шоковое состояние. Он и в мыслях не мог себе такого представить. Подобную жестокость он не встречал ни разу за всю свою карьеру частного детектива. Он сидел и глубоко дышал, как после длительного бега, потому что сердце его колотилось с бешеной скоростью от страха, удивления и чувства абсолютной беспомощности. Теперь ему никуда не хотелось идти, он, словно, прилип к месту, на котором сидел.
– Что это за место? – прошептал Константин.
От страха у него начался озноб, он весь дрожал, хотя эта ночь достаточно тёплая. Каждую секунду он оглядывался по сторонам в надежде никого не увидеть. Он даже поджал под себя ноги, чтобы меньше бросаться на глаза.
Константин просидел так около десяти минут. Его сердце уже успело успокоиться, дыхание выровнялось, оглядывался он всё реже и почти полностью выпрямил ноги. Он устал задавать себе одни и те же вопросы, на которые у него всё равно не было ответов. Поэтому мысли его подменились воспоминаниями об Оли, о совместных счастливых днях. Константин всегда в сложных и отчаянных ситуациях вспоминал её. Эти тёплые воспоминания придавали ему силу и надежду на благополучный исход. Но в этот раз всё было хуже любого возможного поворота событий. Нет никакого плана дальнейших действий, даже самого отчаянного и глупого. На лице Константина выступала сильная усталость, его клонило в сон, и ужасно хотелось есть. Теперь он жалеет, что не послушал совета лучшего друга и жителей глухой деревеньки. «Я сам себя сюда затащил», – подумал он, и хотел дальше себя ругать, но его мысли остановил шум чьих-то шагов. Они были настолько близки, что Константин решил не шевелиться, чтобы не выдавать своё присутствие. Эти шаги напоминали не гулкий топот, скорее плавные шорохи. Пульс снова зачастил, и Константин был уже готов побежать со всех ног, как в следующую секунду из-за палатки, за которой прячется продрогший от испуга частный детектив, медленно, опустив голову, выходит огромный лев. Он издаёт немного похрапывающий звук и что-то вынюхивает на земле. Сердце Константина забилось ещё с большей скоростью, страх наступил такой, что хотелось кричать, дыхания не хватало, а то, что осталось, было настолько громким, что главной заботой в эту секунду стало именно оно. Он прикрыл ладонью нос и рот и пристально следит за проходящим мимо львом, чтобы в нужный момент успеть сорваться с места. Он даже выбрал подходящее направление для возможного забега. Лев, не меньше трёх метров в длину, останавливается и начинает выкапывать что-то. Он стоит всего лишь в пяти метрах, и Мохов успел взглядом ощупать эту мощь и силу. Казалось, только пушистая грива продлевает ему жизнь, которая закрывает ему видимость по сторонам. Константин решил использовать этот момент, чтобы спрятаться, но случайно его нога соскользнула и чиркнула по земле, когда он перемещался. Шум получился достаточно громким, поэтому Константин даже не оглянулся посмотреть, услышал ли его лев, а с бешеной скоростью рванул прочь.