Страница 8 из 16
Трудно было передать словами то, что они только что пережили. Уже начало их экстремального и неожиданного приключения не предвещало ничего хорошего. Надо было, как-то возвращаться домой и стараться обойти всевозможные капканы, поставленных на них и таких же молодых людей, как они.
В плену густых ветвей
Немного отдохнув и слегка просушив одежду и приведя себя в относительный порядок, они продолжили свой путь по лесной дороге. Надеялись выйти по ней к ближайшему шоссе или железнодорожной станции, к любой остановке городского или пригородного пассажирского транспорта.
Прошли несколько километров без приключений и неожиданностей, и это их порадовало. Но дорога ушла в густой осинник. Небольшие деревья, но с густой пышной разноцветной листвой росли не только вдоль, но и поперёк дороги. Студенты, переглянувшись, решили не останавливаться.
Взявшись за руки, они решили протиснуться сквозь живую стену, состоящую из плотных пёстрых кронов. Такое обилие веток и разноцветной, яркой листвы на молодых, как бы, осинах, конечно же, удивило дендрологов. Редкое явление, если возможное, вообще.
Студенты старались двигаться осторожно и не торопливо, чтобы не повредить веток молодых деревьев. Как будто, это им удавалось. Но вдруг настал неприятный и совершенно непредвиденный момент. Низкорослые и густые осины вдруг так обхватили своими ветвями ботаников, что двигаться дальше по дороге Паша и Юля уже не могли. Даже освободиться от таких крепких объятий они не имели никакой возможности.
– Мне кажется, что они просто нас держат, Паша, – констатировала неприятный факт Морозова. – Эти своеобразные осины, каким-то, невероятным образом, проглатывают нас.
– Не паникуй, Юля, – Погодин старался успокоить свою подругу. – Они на самом деле переносят нас в какое-то другое пространство. Не думаю, что это не так уж страшно и опасно. Мы ведь имеем дело не монстрами, а маленькими осинами.
– Но мне кажется, что и деревья могут быть монстрами. Никак не ожидала такой агрессии от осин, то есть этих небольших деревьев, похожих на них. Не могу пошевелить ни руками, ни ногами, ни головой.
– То же самое творится и со мной.
Больше уже ничего они не успели, не смогли сказать друг другу. Образно сказать густая и плотная листва осин поглотила ботаников и стремительно перебросила совершенно в иное место, в чахлую степь. Она была почти голой и только местами на большом пространстве росла повядшая, желтеющая трава. Да ещё и сильный ветер, который сразу же сбил студентов с ног.
Сидя на серой земле, почти лишённой растительности, Павел и Юлия обратили внимание на то, что в поле их зрения не имелось ни одной осины. Вообще, в пыльной и ветреной степи они не видели никаких деревьев. Правда, ничего особо вокруг не разглядывали, ведь сильный ветер превратился в бурю. Невозможно было поднять голову. В глазах – пыль, дышать было почти невозможно.
Но не прошло и получаса, как ветер прекратился, и над дендрологами, в небесах, засияло яркое и большое солнце. Они встали на ноги, стряхивая с себя кучи серой и сухой массы, с трудом очистили, как могли, глаза и ноздри, прокашлялись.
– Надо продолжать путь, – сказал Погодин. – Оставаться в этом гиблом месте нельзя, Юлия. Опасно.
– Но куда идти, Паша? – Морозова находилась в растерянности. – Мы сейчас с тобой находимся, вообще, неизвестно где.
– Тропа, всё равно, куда-нибудь, выведет. По ней ведь, наверняка, кто-то ходил.
– Дай бог, чтобы это были люди.
Павел обнял её за плечи. Он не знал, как её успокоить, убедить в том, что не всё ещё потеряно. Студенты пошли по довольно широкой тропе. Их мучила жажда и голод. Но пить, конечно, хотелось больше, чем есть. Шли медленно, очень часто отдыхали.
Вдруг они издали увидели небольшое деревянное строение оранжевого цвета. Оно совершенно не вписывалось во всё происходящее. Человеческое жильё в почти безжизненном степном пространстве? Странно и даже нелепо. Но какая разница! Это маленький домик давал им пусть слабую, но надежду на спасение.
Они ускорили шаг и без труда прочитали надпись над дверью здания на русском языке. Крупными чёрными буквами на красном полотнище было написано: «Кафе «Просторный гроб». Довольно странное и жутковатое название. Но большинство людей живут со своими причудами.
Возможно, хозяева заведения таким вот оригинальным способом пытаются привлечь внимание редких путников к своему заведению. Значит, люди по этой тропе пусть редко, но, всё же, проходят. Иначе бы ни существовало бы в этих унылых краях одинокого кафе.
Дендрологи подошли к одноэтажному домику, перед которым стояло несколько столиков. Молодая симпатичная женщина, лет тридцати в синем платье и светло-розовом переднике, с белым чепчиком на голове выставляла на стол блюдо со сдобными булочками, покрытыми сахарной пудрой. Потом ещё одно. На нём лежали тушки двух обжаренных тол небольших цыплят, то каких-то других птиц. Хлеб, соль, горчица и перец уже находились на столе. Здесь же стоял и графин с соком красного цвета.
Она, приветливо улыбаясь, повернулась к ним лицом. Широкое, добродушное лицо. Но в глазах Павла вдруг появился страх и удивление. Правда, он сел за столик следом за Юлией, не разделяя её радости.
– А я вас ждала, – сказала хозяйка кафе. – Денег мне ваших не надо. Ешьте и пейте за счёт моего заведения. Мне просто надоело долго находиться в одиночестве. Две недели не было никаких посетителей. Меня зовут Валга.
– Нет, вы – не Валга, – прошептал Павел. – Вы, точнее, ты – моя родная сестра Нона.
– Какая ещё Нона! – возмутилась хозяйка заведения. – Ешьте и уходите отсюда, пока я не разозлилась.
Рука Юлии потянулась к графину с соком или напитком.
Она даже успела налить немного жидкости в свой стакан. Но по мрачному выражению лица Павла поняла, что пока ничего не стоит здесь принимать в пищу.
– Мало ли проживает на Земле похожих друг на друга людей, – примирительно сказала Валга. – Но мне кажется, не ты, Павел, ни Юлия, никак не ожидала встретить здесь какую-то Нону. Или я не права?
– Вот видишь, Валга, ты, оказывается, знаешь наши имена, – сказал Погодин. – Откуда в тебе такой дар предвидения?
– Я хорошо знала Пашину сестру, – сказал Морозова. – Она была геологом. Год назад вся экспедиция погибла под каменным завалом, в горах.
– Ни одного тела не удалось найти, – с грустью сказал Павел. – Это гигантский завал, который не удалось разгрести, стал их общей могилой.
– Так, наверное, они тоже где-то здесь, – предположила владелица кафе. – Поле-то огромное. Но гор в этих местах никогда не наблюдалось. Я так предполагаю. На самом деле, я – Валга.
– Значит, я ошибся, – махнул рукой Павел, наливая и себе в стакан красной жидкости. – А что это у вас, Валга, за сок? Томатный? Жажда мучает, и пить хочется.
– Так это ещё лучше и питательней, – сказала Валга. – Это человеческая кровь. Свежая. Мои рабочие пару столитровых фляг утром доставили.
Из рук Юлии выпал стакан с кровью. Благо, что ни она, ни Павел не успели сделать и глотка. Сдобные булочки стал разламываться. Из них поползли жирные белые черви. Птичьи тушки тут же превратились в чёрные кости, которые мгновенно рассыпались.
Рухнул и домик. Буквально на глазах он стал ветхим гробом.
Да и перед ними уже стояла не красавица Валга, очень похожая на погибшую сестру Павла, которую звали Ноной, а скелет. На нём висели обрывки ветхой одежды.
– У меня настало время дневного сна, – проскрежетал зубами скелет, направляясь к гробу. – А мои работники с вами разберутся. Скоро станете такими же, как я. Это вам понравится. Не сомневайтесь!