Агасфер. Вынужденная посадка. Том II

– Пока ничего конкретного, – признался Алдошин.

– Давайте меняться! Я дал вам свой кусочек «мозаики», выкладывайте свой! Будем думать вместе!

Алдошин без колебаний вынул из пластиковой папочки копию последнего листочка из записной книжки пилота, обнаруженного в следственном деле особиста Гонтаря.

– «Два плюс один, детали смотри в «med.» Ну, «med.» – это «медальон», понятно, – начал рассуждать вслух Берг. – Две стрелки, два направления… Очевидно, груз был разделен и спрятан в двух местах. Девяносто ярдов – расстояние, в метрической системе примерно девяносто пять – сто метров. Только от чего? От берега? От самолета?

– Самолет мы нашли, только не здесь. Примерно в полутора километрах отсюда, на глубине двенадцати метров. Расстояние метров сорок пять – пятьдесят.

– Минуточку, Михаил: самолет там, а вы ищете здесь. Почему?

– Искали и там. Пусто! Почему здесь? Потому что дно у Каменного пляжа очень интересное – почти сплошная каменная плита. Гладкая, как асфальт. Приливные течения, водосброс нескольких речушек, частые шторма… Ввели все это в компьютерную программу, попробовали рассчитать подводный дрейф – получилось, что за шестьдесят пять лет самолет отнесло отсюда примерно туда.

– Умно! Почти талантливо, – похвалил Берг. – Но «привязки» к конкретному месту я пока не вижу. Могу я поинтересоваться – откуда у вас страничка из записной книжки летчика?

Подумав, Алдошин рассказал про восстановленную им цепь событий зимы 1946 года, про следственное дело дознавателя, найденное в спецархиве. Берг слушал очень внимательно, не перебивая.

– Значит, «грумман» совершил вынужденную посадку в случайной промоине на ледяном панцире недалеко от берега. Летчики спрятали груз и попытались выбраться к русским властям, но попали в лапы японских солдат-окруженцев и были убиты. Часть личных вещей пилотов была присвоена сначала японским офицером, потом русским следователем. В частности, записная книжка, – констатировал Берг и внимательно посмотрел на Алдошина. – Будьте откровенны, Михаил! Это все, что вам известно?

Алдошин оглянулся на Морина, взглядом спрашивая его мнение. Тот пожал плечами.

– Пока все, Майкл, – покачал головой Алдошин. – Я сделал свой ход, теперь ваша очередь! Продемонстрируйте ваши «международно-признанные экспертные способности». Мы еще не разобрались с двумя железными инструментами, упомянутыми в медальоне. И с абракадаброй в третье строке. Кстати, Майкл, откуда у вас такое блестящее знание русского языка?

– Я русский по происхождению, Михаил. Прадед, ваш тезка, кстати, служил в одном из гвардейских полков в Санкт-Петербурге и покинул Россию в конце девятнадцатого столетия. Дед родился уже в Японии, женился на русской эмигрантке в Шанхае. Там же, в Китае, родился мой отец… Однако давайте отложим генеалогию, Михаил! Вы имя пилота-американца знаете?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «