Страница 143 из 151
Генерал-губернатор расхаживал по кабинету, всем своим видом выражая искреннюю обеспокоенность. Не далее, чем сегодня утром, к нему примчался доверенный солдат-курьер из Монтерея, принеся за собой не самые лучшие новости. Хотя это как посмотреть… Возможно, что это станет ему только на руку… Офицер сделал ещё несколько маленьких шагов и наконец остановился, задумчиво теребя подбородок. Что же… Если верить последнему посланию от его союзника, то всё складывается как нельзя лучше. Похоже, удача сопутствует ему. Осталось только самое главное — вернуть последнюю статуэтку и завершить последний этап плана. Будь проклят тот вор, что украл её, ведь теперь каждая секунда на счету…
Дул лёгкий ветерок, шурша листьями зеленеющих деревьев и срывая слабые, пожелтевшие листья. Деревья густо росли вокруг маленькой поляны посреди леса, закрывая своими пышными кронами её от посторонних глаз. У корней дерева, на широком стволе которого были вырезаны две, переплетённые между собой буквы «D & R», удобно расположились двое людей, сидящих очень близко друг к другу. Мужчина полуобнял женщину, которую он так усердно хотел забыть, но так и не смог… Возможно, и было время, когда он верил, что именно она виновата во всех его несчастьях, но теперь всё было иначе. Ведь, как известно: от ненависти до любви один шаг… Девушка внимала каждому его слову, слушая такой родной, но уже давно забытый, низкий тембр голоса. Сколько лет прошло?.. Неужели семь?.. Такого не могло быть… Неужели можно было продолжать жить, не слыша этого любимого голоса?.. —…именно тогда я и получил то злощастное клеймо. Они, видимо, посчитали, что если я нахожусь на этом распрекрасном пиратском острове, я тоже пират… Всё выяснилось только, когда дело было сделано, — рассказывал Раймонд. — Забавно, но это даже в какой-то мере помогло мне в карьере. Да, конечно, теперь приходилось носить повязку не руке, чтобы не раскрыть себя, но, узнав об этом прискорбно инциденте, король даже выдал мне некоторые привелегии. Как я оказался в Калифорнии ты, разумеется, знаешь, — он ненадолго умолк, — ведь ты тогда плыла на одном корабле со мной. — Индианка смутилась. — Может быть, ты уже и не помнишь своей светской жизни… — Я не хочу вспоминать об этом, — оборвала его Дельфина и он, усмехнувшись своим мыслям, продолжил: — Итак, я оказался здесь. Назначенный на новую должность, будучи отдалённым от всего, кроме своего будущего, я «закрылся» в гарнизоне. Потом я не раз искал тебя, осознав, что сделал, но тебя не было нигде. А после того, как я… был убит одним человеком, — индианка удивлённо вскинула брови, — искать тебя стало значительно проще. Все считали, что я мёртв и в данный момент это было даже моим преимуществом. Я выудил у одного местного недотёпы накидку с серым капюшоном, чтобы не выделяться на фоне остальных… Через два месяца мне стало известно, что в Калифорнию прибыл мой брат Иаго, с которым у меня… давние разногласия. И тогда я решил, что пора мне выходить из тени… Так я и решил стать Бриллиантом. Это «имя» появилось из-за игры слов в английском: «Raymond» — «Diamond». В одну из последующих ночей мне удалось проникнуть в форт незамеченным и выкрасть оттуда моего жеребца. Тогда я встретил пару-тройку солдат и запустил о себе слухи. Конечно, мой брат, узнай он обо мне побольше тогда, с лёгкостью бы выяснил личность Бриллианта. Но он и предположить не мог, что это буду я. Вскоре благодаря слухам я вышел на след Барсука. С этим человеком я хотел связаться ещё на своём посту, но не успел… Углубляясь дальше в корень вопроса, я всё больше утверждался в своём мнении: Барсук — это мой бывший друг — Габриэль, а при встрече мои сомнения окончательно развеялись. Со временем я вошёл к нему в доверие и всё шло, как надо, до тех пор, пока я вновь не столкнулся с моим братом. Мне пришлось обмануть его, заверив, что я — Бриллиант — на его стороне. Тогда мне казалось, он верил мне… Мы с Барсуком заманили Иаго в Монтерей, где его схватили. Тогда нам было нужно только одно, — чтобы он выдал нам все нужные сведения, а выудить их из него могла лишь давно утраченная им сестра Ханна Веласкес. Потом Иаго каким-то чудом удалось убежать, но он ведь не знал тогда, сколько яда уже было в его организме, поэтому, очевидно, потерял сознание на обочине дороги, — он говорил об этом холодно и безэмоционально, из-за чего Дельфине стало не по себе, однако она всё равно интуитивно жалась к его плечу. — Наконец мы перешли к главному этапу плана — окончательный захват Калифорнии. Барсук выдал себя за генерал-губернатора, а старого мы просто убрали с дороги на некоторое время… Серкио Мартинес был полезным человеком, но он умер, так же, как и лжесудья. Настоящий королевский судья несколько месяцев назад вернулся в Испанию, но что он собирается делать дальше мне пока неизвестно. Через месяц после становления нового губернатора очнулся Иаго, но и в тот же день у нас выкрали золотую статуэтку Барсука. Без неё план не завершить, а на изменение деталей уже абсолютно нет времени, — заключил бывший командир. Слушательница вздохнула. Вот и всё… Он рассказал ей всё… Но что она могла рассказать ему?.. — Что случилось с твоей сестрой? — спросила девушка прежде, чем начать свой рассказ. — Она всё так же находится в Монтерее, а больше мне ничего не известно, — равнодушно произнёс Раймонд. Дельфина грустно вздохнула и, чувствуя на себе его взгляд, начала рассказывать…
Прошло, как показалось Ранне, несколько дней, как она попала на это странное судно под названием: «Лазурная Волна». Капитан был очень добр к ней и выделил ей отдельную каюту на корабле, что было очень подозрительно. Девушка не привыкла доверять людям, поэтому такой жест милосердия очень её настораживал. К тому же, ей до сих пор было не понятно, кому принадлежал этот бриг. Это не пиратское судно — в этом она была уверена, ведь она ни разу не видела его в портах Тортуги и ни разу не слышала о судне с таким названием… Но если любезность капитана ещё можно было объяснить обыкновенным гостеприимством, то хорошее отношение матросов к их новому пассажиру было на редкость странным. Стоило только Ранне пройти мимо работающих моряков (она часто вела беседы с капитаном), как они начинали тихо перешёптываться и смеяться, указывая в её сторону пальцами. Сама же девушка объясняла этот факт тем, что она была единственной дамой на корабле, а помня суеверия многих моряков — «баба на корабле — к беде», — она не обращала внимания на них. До тех пор, пока всё не зашло слишком далеко… В один из дней, когда сеньорита как обычно гуляла по палубе, ловя приятные дуновения морского бриза, до неё вновь долетел этот приглушённый шёпот в её адрес. Но на этот раз морячка не упустила возможность услышать тему беседы. Она прикрыла веки и стала внимательно слушать голоса матросов. — Почему капитан до сих пор не высадил её? — возмущался один из моряков, в котором девушка узнала боцмана. — Верно! — поддержал его юнга. — Ведь, знамо дело: баба на корабле — к беде! Не понимаю, зачем он её держит? — Дурак ты, Жозе, — оборвал юнгу старпом — помощник капитана — и, кажется, дал ему подзатыльник. — Наш капитан, как всегда, весьма предусмотрителен. Шкипер всегда знает, чего он хочет, вот только попросить порой мешает благородство… Вся команда дружно захохотала на такое заявление старпома. Девушка, которая конечно же всё услышала и поняла, что имел в виду матрос, уже яростной фурией двигалась к кучке мужчин, ещё не ведавших, что их сейчас ждёт… Ранна подошла к беседующим матросам и с ожесточённым видом влепила наглецу-старпому пощёчину. Все остальные продолжали громко хохотать. — Сеньорита! Вы… Вы чего?! — возмутился моряк, потирая рукой ушибленное место. — Обсуждать мою персону, мистер Пьентоула, попрошу только в моём присутствии! — яростно ответила девушка, всё ещё озлобленно глядя на старпома. Не дождавшись от него ответа, она развернулась и хотела уже было уйти, но тут же почувствовала стальную хватку на своём правом запястье. Она вновь метнула грозный взгляд на мужчину, но тот был решительно настроен удержать её на месте. — Отпустите меня, сеньор! — потребовала она. — Нет уж, сеньорита! Вы ведь понимаете, что должны заплатить за свою грубость, не так ли? — он отвратительно усмехнулся. У Ранны аж дыхание перехватило от такой наглости. Некоторое время она молча взирала на своего пленителя пока наконец не спросила: — Есть ли у Вас честь и совесть, мистер Пьентоула? Вы не пираты, тогда зачем же Вам держать меня здесь и нагло обсуждать меня в не совсем правильных темах? — Сеньорита, Вы находитесь среди бандитов, — ответил ей Пьентоула. — Хоть Вы и правы: мы не пираты, однако и не каперы. Поэтому попрошу Вас всё же ответить за свою дерзость! Но старпом явно не знал, что перед ним сейчас не простая и беззащитная девушка. Она сжала свободную руку в кулак и со всей силы ударила своего оппонента по голове. Он пошатнулся и всё же разжал руку. — Чёрт побери! — вскричал Пьентоула, хватаясь за голову, а возле него тем временем уже возникла Ранна, вооруженная шпагой и пистолетом. — Что же, мистер Пьентоула, — она дерзко усмехнулась, наслаждаясь испугом на лице врага, — Вы не знаете, кого Вы подобрали в море. Я провела среди морских волков, почище Вас, всю свою жизнь. Вам не удастся просто так получить то, чего Вы желаете. Мотайте себе это на ус, — лезвие шпаги скользнуло по лицу моряка, — пока он у Вас есть. — Девушка вложила шпагу в ножны и уверенным шагом направилась к себе в каюту, будто ничего и не было. На палубе повисла гробовая тишина.