Страница 36 из 64
— У меня нет опыта, — сипло промямлила в ответ.
— Зато у меня его предостаточно, — провёл языком по уху, а второй рукой поглаживал по бедру. — Может, ты подаришь мне своё внимание? Я буду аккуратным, обещаю.
Голова закружилась. Я и мечтать не смела о таком предложении со стороны самого красивого парня в этой комнате. Да какой там в комнате! Самого красивого во всём мире! Неужели это всё наяву?!
— Хорошо, — кивнула ему, и он тут же встал с дивана, взяв меня за руку.
— Нэйт, может не стоит?! — окрикнул его Фред.
— Отвали. Я занят, — бросил ему Нэйт, выводя меня из комнаты и ведя на второй этаж.
Мы зашли в одну из спален, и он мгновенно прижал меня к стене, прикрыв за собой дверь.
— У тебя такие глаза красивые, Лесли. Их я точно запомню надолго. Ты словно разговариваешь взглядом, — прошептал он и прильнул к моим губам.
Ноги подкосились, в ушах появился гул, тело словно пульсировало. Нэйт провел языком по моим губам, рукой сжимая мне шею. Неуверенно приоткрыла рот, и он со стоном углубил поцелуй. Всё вокруг перестало существовать. Я безумно хотела его. Безумно хотела, чтобы первым мужчиной был именно Нэйт. Неужели моим парнем станет такой красавчик?! Боже, мне не верилось, что всё это происходило здесь и сейчас.
Не отлипая от моих губ, начал подталкивать меня к постели. Уложив и нависнув надо мной, левой рукой шарил по всему моему телу. Везде, где он касался меня, становилось неимоверно горячо. Я таяла под его ласками.
Нэйт стянул с меня и с себя всю одежду, что-то бормоча себе под нос.
— Расслабься, милая, — прохрипел он, надев презерватив и припечатав меня к кровати. — Я буду предельно аккуратным, — вновь прильнул к моим губам. — Посмотри на меня, милая, — словно умоляя, попросил он.
Открыла глаза, перед которыми от возбуждения и неимоверных чувств, полыхавших внутри меня, всё плыло. Нэйт всматривался, словно искал что-то. Аккуратно провёл ладонью по моей щеке и резко толкнул бёдрами в меня. Боль пронзила тело. Я зажмурилась, но он остановился и начал медленно и нежно целовать мои губы, щёки, кончик носа, что-то бормоча себе под нос. Я начала расслабляться, осознав, что в данный миг была центром его мира. Он был со мной. Он выбрал меня. Я лишилась девственности с парнем, в которого влюбилась с первого взгляда. А значит, не зря я ждала до восемнадцати, чтобы подарить этот миг именно ему.
М-да. Начиналось всё достаточно многообещающе, но потом градус страсти понизился. Не знаю почему, но всё как-то стихло во время секса. Натан словно потерял связь с действительностью, впав в алкогольный транс. Двигался, как робот. Я бы описала свой первый секс одним словом: смазанный. Ни искры, ни пожара, ни оргазма. Он просто сам закончил и, поцеловав меня, встал и начал одеваться. Молча. А потом взял свой телефон и сфотографировал простыню, на которой всё это происходило. Вот тогда что-то щёлкнуло в моём мозгу, но чёрт подери, не до конца! Я была одурманена им, не иначе. Как ещё можно объяснить такую тупку с моей стороны?!
На следующий день, приехав к ним на очередную тусовку, обнаружила их за игрой в приставку. Я, как самая тупая и наивная дурёха, старалась сесть поближе к Натану, прикоснуться, обратить его внимание на себя, заговорить с ним. Короче, я максимально навязывалась ему, а он продолжал пить. Он, конечно, поздоровался со мной и назвал «милой», но никаких тёплых объятий и горячих поцелуев не последовало. Вся компания странно посмеивалась и шепталась, глядя на меня. Но и тут я подумала, что они всего-навсего завидовали мне. Господи, это ж надо было быть такой идиоткой! Просто образец недалёкой и неопытной дурилки!
Тот день и вечер я провела в бесплодных попытках оказаться ближе к этой звезде. Так и не добившись его внимания, уехала обратно. А на следующий день домой вернулся и он. Я хотела успеть его проводить, но не сложилось. А не сложилось, потому что рано утром мой телефон стал разрываться от разных сообщений в социальных сетях и мессенджерах. Они сыпались на меня буквально каждую минуту, если не чаще. Я не успевала прочитать одно, приходило другое, следом ещё десяток. И все они были оскорбительные или насмешливые.
Я ничего не понимала. Сначала в голову пришло, что кто-то подшутил, где-то разместив мой номер телефона. Я никак не могла вникнуть в чём меня обвиняли знакомые и незнакомые люди. В итоге, написала Фреду с вопросом что, собственно, случилось. Вместо ответа он отправил мне видео. Открыв его, я забыла, как дышать. До сих пор вспоминая то мгновение, мне становилось дурно. На том видео мы с Натаном занимались сексом. Кто-то записал нас и выложил в сеть с моим номером телефона и предложением «развлечься с пышной уродиной». Как гласила подпись к видео, раз уж красавчик-спортсмен лёг со мной в постель, то и остальные могут не брезговать.
В тот миг вся моя жизнь, абсолютна вся, рухнула. Я жить не хотела. Мне дышать было трудно. При том физически трудно. Казалось, что огромный слон сел мне на грудь и не собирался вставать с неё. Мне писали даже мои друзья, как я тогда наивно думала о них, оскорбляя меня и называя «шлюхой на любителя».
Вечером того дня, когда родители вернулись домой, то по выражению их лиц, я поняла, что им тоже прислали это видео. У меня началась истерика. Даже плохо помню, как меня успокоили и уложили спать. На следующий день я наотрез отказалась идти в Универ. Я готова была бросить всё, лишь бы больше не видеть тех людей, которых считала своими близкими. Родители проявили понимание и терпение, не давив на меня. Они начали планомерно подчищать за этими уродами всё по сети, направляя гневные письма владельцам и администраторам сайтов, где это видео размещалось. Поскольку мои родители не последние люди в Портленде, то никто не хотел с ними связываться и удалял. Но убрав их с одного сайта, оно тут же появлялось на другом. Это казалось никогда не закончится, как какая-то мышиная возня. Но родители почти не спали, продолжая запугивать всех и спасать мою репутацию.
Я же всё это время просто лежала и глотала слёзы. Выключив телефон и компьютер, я только слушала музыку и ненавидела этот мир. Ещё начала стремительно худеть от таких переживаний. Я буквально таяла на глазах. Но мне было плевать на всё.
Когда в сети немного разгребли, то принялись подчищать листовки, которые кто-то распечатал и распространил по городу с моей фотографией и номером телефона. Потом папа сказал, что травля продолжится и мне необходимо уехать. Мама подняла свои связи и мне предложили Лос-Анджелес в качестве альтернативы. Решение было принято буквально одномоментно, я не сопротивлялась. В тот момент мне вообще было всё равно, я сдалась. Через месяц, досрочно сдав все тесты в Портленде, я уехала сюда и целое лето провела в одиночестве. Но спустя время я поблагодарила папу за такое мудрое решение. Переезд действительно помог не сойти с ума и начать новую жизнь без ненависти и насмешек в мой адрес.
А этого «добра» хватало с лихвой в Портленде. Когда я спустя неделю впервые вышла из дома в магазин, то в меня только ленивый не бросил презрительный взгляд. Казалось, каждый в городе теперь знал меня и считал своим долгом унизить.
Помню, как однажды одна пожилая дама бросила в меня реальные помои. Она выносила мусор и когда я проходила мимо её дома, достала из пакета нечто отвратительно пахнущее и кинула в меня. После того случая я отказалась выходить из дома до переезда. А отец по-своему наказал эту тётку. Хоть он и адвокат, и взрослый мужчина, и вообще вполне умеющий держать себя в руках и адекватно рассуждать, но, как оказалось, нельзя бесить его. Ночью он проткнул все четыре колеса её тачки. Даже не проткнул, а конкретно порезал. Затем довольный пришёл и поделился со мной. Он тогда явно пытался разбудить во мне злость, чтобы я начала защищаться. Не сразу, но она проснулась и больше не засыпала.
По сей день могла больно укусить любого, кто косо посмотрит на меня. Или если просто встала не с той ноги. Я перестала жалеть людей и давать им шансы. Вместо этого нападала первая. Научилась огрызаться, использовать людей, помыкать ими, а если надо, то и жёстко указывать на их место. Теперь я никому не позволяла унижать меня. Теперь я сама выбирала с кем проводить время и стоит ли данный субъект вообще моего внимания. Кто бы не пытался подкатить ко мне, я всех отшивала. Только я решала кто будет рядом со мной. Возможно, это страх, что раз кто-то проявил интерес ко мне, то за этим обязательно стоял скрытый смысл. Не знаю. Но я никого не подпускала ближе, чем на два метра. В барах, клубах, в универе, на улице — не важно. Разрешала угостить себя вкусненьким или сделать комплимент и до свидания.