Страница 141 из 143
– Спросить у них о гостях? – предложил Нед.
– Нет, молчите. Мы только посмотрим.
Где-то над головой раздавался голос муэдзина, похожий на песню птицы, он звал правоверных на молитву. Собирайтесь, друзья! Почтите землю неограниченных возможностей! Отпразднуйте независимость свободного предпринимательства!
– Стоп!
Двое мужчин, тесно прижавшись друг к другу, стояли под деревом, на котором весело пели дрозды. Нед посмотрел по сторонам. К северу был виден пост полиции, но около него не было машин. Нигде, казалось, их не было.
– Странно, – прошептал блондин на ухо Неду.
– Назад в дом! – Дуло пистолета больно уперлось в ребро. Оба повернулись и направились в сторону террасы так неторопливо, словно у них была уйма времени и они мечтали провести его вместе.
Уголком глаза – самым краешком периферического зрения – Френч увидел что-то, движущееся в направлении проезда и огибающее Уинфилд-Хауз с другой стороны. Блондин ничего не заметил.
За долю секунды Неду рассмотрел двух мужчин, идущих к сторожке, где находились морские пехотинцы. Один, напоминавший посла, был высок и грузен. Второй, в светлом костюме и ослепительно-белом галстуке, тянул его за руку, как непослушного пса. Это мог быть только Ройс Коннел.
Весьма характерно. Ройс спасает шкуру посла. Пусть все остальные погибнут. Для человека номер два главное – обеспечить безопасность номеру один.
Несправедливо, сказал себе Нед. Впрочем, на месте Ройса он сделал бы то же самое: сначала вытащил бы отсюда его превосходительство, а потом уже разбирался бы с похищением или как это еще там называется. На одно только мгновение ему вдруг захотелось поменяться местами с Ройсом. Но он знал, что его место здесь. Блондин остановился у входа в зал и тихо, как любовник, прошептал:
– Будь осторожен. Не заставляй меня причинять тебе боль.
В кустах рядом со сторожкой лежала, прижавшись к земле, группа людей. Ройс Коннел продолжал пригибать вниз голову посла Фулмера. Лейтенант морских пехотинцев распростерся на гравии рядом-с армейским лейтенантом.
– Все понятно? – строго спросил Коннел. – Никто не подходит близко к дому. Никаких подвигов. Никаких нападений. И, сэр, – обратился он к Фулмеру, – я разделяю вашу тревогу, но, сохранив спокойствие, мы получим шанс спасти ее или даже всех их.
– Перестаньте себя обманывать, – пробормотал посол.
– Я рассчитываю, что пучеглазый сделает ошибку, а Нед Френч ею воспользуется.
– Очень слабый шанс, вообще говоря.
– У нас связаны руки. – Коннел взглянул на двух офицеров. Проверьте, поняли ли приказ люди из квартирмейстерского корпуса, хорошо? Держитесь подальше от дома. От этого зависит жизнь всех, кто внутри.
Странный звук раздался в напряженной тишине. Офицеры смущенно отвернулись. Ройс понял, что посол тихо застонал от душевной боли.
Френч и блондин вошли в зал, словно скованные невидимой цепью. Фаунс уставился на них, нетерпеливо ожидая результатов. Так же нетерпеливо смотрели на них и все остальные.
В больших светлых глазах Лаверн застыл вопрос. Джейн, стоявшая рядом с ней, посмотрела на Неда с виноватым, грустным видом. Фаунс рявкнул:
– Где гости?
– Пока никого нет, – ответил блондин.
– Это какая-то уловка.
– Важные гости всегда опаздывают, – сказал Нед.
Он почувствовал, как напряглись мышцы блондина. Его рука описала дугу и пистолет со всего маху ударил Неда по зубам. Рот наполнился кровью из разбитой нижней губы. Нед понял, что нельзя даже поднимать руки, чтобы вытереть кровь.
– Правильно, – сказал Фаунс, – этот рот должен заткнуться. Назад к стене, полковник Френч. Что же, придется еще подождать, так?
От пистолета во рту остался привкус пороха. Он чувствовал, как по подбородку струится теплая кровь. Он втянул ее и проглотил вместе со слюной. Макс Гривс неподвижно стоял у стены рядом с Недом.
– Посол в безопасности, – прошептал Нед, почти не шевеля губами.
– Да и черт с ним, – ответил Гривс.
Но где же в самом деле гости? На совершенно пустой дорога, на ней не было ни машин, ни людей, как если бы... Нед снова втянул кровь. Как если бы район был заражен, подумал он, и небезопасен после ядерной катастрофы.
Нед моргнул. Рот начал болеть, губы и зубы ныли. Наконец он понял, что происходит снаружи.
Повсюду праздновали День независимости. Кое-кто сидел у телевизора и смотрел, как весь мир протестует против последнего нападения на безоружных женщин и детей, ответственность за которое возложена на безответственную Америку. Так или иначе, но зачем рисковать, появляясь на приеме, проводимом этой ковбойской страной? И разве не угрожали террористическими акциями? Лучше уж остаться дома. Может быть, попозже несколько человек и появятся, те же журналисты, например. Но в целом картина ясна.
Гостей не будет. Америка проводит прием, на который никто не придет.
– Послушайте, – обратился он к Фаунсу. – Нам надо поговорить.
– Опять он открыл пасть! – воскликнул пучеглазый. – А ну-ка, избавьтесь от него!
Блондин сделал шаг к Неду и поднял тяжелый «парабеллум» на уровень плеча. Палец застыл на спусковом крючке.
Раздался оглушительный выстрел. Блондин лежал на полу с зияющей дырой на месте глаза.
Перед стеклянными дверьми, расставив ноги, застыла Лаверн. Она держала один из двух своих «уэбли» в правой руке, левая поддерживала ее снизу. Она стреляла истово, как в своем тире.
Вторая пуля прошила горло Фаунса.
Двое парней выпустили длинные из «инграмов» с глушителями очереди. Ти-ти-ти. Ти-ди-ди.
Красные фонтаны брызнули со светлого жилета Лаверн в виде огромной буквы X. Она рухнула на пол.
Нед бросился к ней и подхватил «уэбли». Одним выстрелом он уложил парня возле окна. Тот упал лицом вперед.
Скользя в крови, Нед повернулся и выпустил пулю в другого, стоявшего у двери, но тот поднял «инграм» и тоже выстрелил. Боль обожгла левое плечо Неда.
Сморщившись от боли, Нед снова выстрелил и увидел дырку у парня в груди. Потом он быстро повернулся к Лаверн.
Ее светлые глаза были широко открыты и глядели в его глаза.