Страница 10 из 11
– Это крейсер.
– Флак! Такое чувство, что я отсутствовал в Семье не три года, а лет триста. Какие маленькие крейсера стали делать. Сколько в команде человек и имеют ли они представление зачем сюда сунулись?
– Я один.
– Один? Погоди-ка долбень. Ты прилетел на одноместной яхте и раздолбал «Вандала»? Ты что несёшь? Я понимаю, что ты под впечатлением от встречи с бессмертным, но всему есть предел.
– Ты тоже пилот? – удивился Клим.
– Причём тут пилот?
– Ну, один из бессмертных, как и я, – пояснил Клим.
Бородач смерил его сердитым взглядом, протянул вперёд ладонь с растопыренными пальцами, секунду что-то разглядывал, казалось проникая взглядом под черепную коробку. Волосы на голове Клима встали дыбом от ощущения, что по мозгу пронёсся свежий ветерок.
– Какой ты, к мулку, бессмертный!? Ты пустышка! – бородач даже привстал от возмущения. – Не вздумай ещё раз ляпнуть что-то подобное. Семья сносит тупые бошки и за меньшее. Уяснил?
– Более чем, – Клим озадачился от этой внезапной вспышки агрессии, но возражать не стал.
– Ладно, – успокоился бородач и присел обратно на отполированное бревно. – Откуда ты?
– Из Содружества.
– Тогда понятно, – закатил глаза «Иисус», сложив ладони вместе. Теперь его сходство с христианским мессией проявилось особо отчётливо. – Очередные дикие засранцы захватившие три системы и пафосно назвавшие своё объединение Содружеством. Вокруг Семьи их уже дюжина, ты из какого?
– Ну, не три системы, а около семи тысяч, – вступился за Содружество Клим. Голограмма сменилась изображением звёздной карты поделенной на цветные сектора. Он ткнул пальцем. – Я вот отсюда.
– Отсюда – оттуда. Тут Дед запутается. Что это за хрень помеченная красным?
– Зона Каргасса.
– Ну хоть что-то знакомое. Флак! Как пакость разросся-то. Причём в сторону противоположную от Семьи. Прячется, ссучёнок. Увеличь-ка вот-тут масштаб, – бородач долго рассматривал карту, недовольно пожёвывая губы и требуя сместить её то туда, то сюда. Затем он окончательно расстроился. Причём не от того, что зона Каргасса разрослась, а от того куда именно потянулись красные протуберанцы захваченных искиным систем. – Вот урод, тарова отрыжка. У тебя есть нейросеть, пустышка?
– Да.
– Скинь мне эту карту, – Климу пришёл запрос и он передал файл.
Взгляд бородача расфокусировался, видимо, он ещё раз просмотрел карту. Лицо его выражало крайнюю степень неудовольствия, а с губ то и дело срывались непонятные ругательства. Наконец он сосредоточил взгляд на Климе, а выражение лица снизошёл сделать немного более уважительное, так, самую малость.
– Значит ты из какого-то крутого Содружества? Да ещё и за Каргассом. Тогда ладно, спишем твоё поведение на незнание. Но как же, в таком случае, Кла Мерс умудрился тебя нанять?
– Да не знаю я никакого Кламерса, – вспылил Клим. Его уже начало раздражать презрительное отношение и совершенно непонятные темы беседы.
– Утихни, – примирительно поднял ладони бородач. – Давай начнём заново. Я Шорм Хан Верес, Сын Семьи. Разрешаю называть меня просто Хан.
– Я Клим Великодушный, пилот, – он ещё хотел добавить «бессмертный», но решил опустить это слово, вспомнив как бурно на него реагировал псион.
– И зачем ты здесь, Клим Великодушный?
– Можно просто Клим.
– Неважно, пустышка, – отмахнулся Хан. – Рассказывай пока дежурный КС не отыскал твою колымагу на орбите. Время идёт.
Перчатка сложилась в наруч и Клим продемонстрировал Хану зеленоватый перстень.
– Вот.
Тот как-то по особому глянул на кольцо и татуировка древних ощутимо кольнула кожу.
– Старый симбиот? – хмыкнул Хан. – Мы от таких давно отказались. Древние натыкали туда столько фигни, что страшно становится. Ты знаешь, что эта штука вполне может убить владельца?
– Значит перстень тебе ни о чём не говорит?
– Кроме того, что ты идиот нацепивший древнюю цацку, способную сварить мозги? Надеюсь ты не торгуешь симбиотами, а то ты прибыл совсем не по адресу.
– Это был риторический вопрос, – вздохнул Клим.
– Мне побоку, я всё ещё жду ответа: зачем ты здесь?
Первые куски жаренной рыбы как раз подоспели и женщины вручили их сначала Хану и Климу, а затем уже принялись раздавать остальным, подчиняясь какой-то своей табели о рангах. Клим оторвал крохотный кусочек рыбьего шашлыка и растёр по нёбу. Скоро нейросеть вынесла вердикт, что он пригоден для пищи. Рыба оказалась на удивление вкусной, хоть есть пришлось прямо с палочки и помогая себе руками.
Отрывая совсем небольшие кусочки, чтобы не набивать рот, Клим рассказал Хану о прадеде Всеволода, когда-то побывавшем на этой планете и оказавшем услугу старцу-целителю. Про свою болезнь рассказчик решил пока умолчать. По мере рассказа Хан начал улыбаться, а под конец уже откровенно ржал и даже уронил свой шампур с едой. Бдительные женщины сразу же протянули ему несколько новых.
– Короче, ты явился в психлечебницу требовать услугу от умалишённого! – по щекам псиона даже покатились слёзы, так ему было весело. – Твой предок явно переиначил восемьдесят процентов истории. И всё это объясняет почему ты здесь, а мне ещё и интересно зачем?
– Я умираю.
– Да вы все умираете, пустышка, – всё ещё хихикая отмахнулся Хан, откусывая от новой порции. – Припёрся зачем? Да ещё «Вандала» расхерачил на орбите? Хочешь окочуриться поскорее?
Пытаясь не раздражаться по поводу реакции Хана, Клим обрисовал ситуацию более полно. Рассказал про Сферу Древних и изменения в ментальных каналах. Пришлось немного затронуть тему Содружества и капсульных кораблей, как-то к слову пришлось. Хан слушал внимательно, но улыбчивые морщинки в уголках глаз так и не разгладились до конца.
– А эта твоя сфера… Это такой красный шар, а под ним кишки шевелятся?
– Очень похоже, что да.
– И ты влез в неё добровольно?
– Нет, по стечению обстоятельств. Несчастный случай.
– Ну тогда ты не совсем имбецил. Но, флак, целое крутое Содружество кретинов-пустышек это тоже очень весело. Значит ты прибыл подлечиться? Это ты по адресу, верно. Тут у меня огромная больница, с целую планету, – Хан и не думал сдерживать смешки, продолжая то и дело ухмыляться. – Значит ты у нас псион АЖ ТРЕТЬЕГО ранга? Ну-ка расслабь булки.
Он выбросил шампур с рыбой прямо на землю, кое-как вытер руки о свой испачканный комбез и положил ладони на голову Клима. У того сразу же заложило уши, и показалось, что чужие пальцы проваливаются прямо сквозь кости черепа к мозгу. Клим дёрнулся, чем сразу же заслужил лёгкий подзатыльник.
– Расслабься, говорю, пустышка. Если бы я хотел тебя убить, то не стал бы даже вставать с места, – измазанные рыбьим жиром ладони снова вернулись на голову пилота.
И у того скоро возникло ощущение, что чужие пальцы таки продавили череп, и теперь бесцеремонно мнут мозг. Хотелось оттолкнуть псиона, но Клим настырно терпел, напоминая себе, что он тут не просто для забавы, а для спасения своей жизни. Только осознание этой простой мысли и не давало подняться и разрядить в голову Шорм Хана станер, уже заряженный запасным накопителем.
Наконец экзекуция окончилась и Хан расслабленно опустился назад на бревно.
– Ну, что я могу сказать. Твой дар, – при слове «дар» он презрительно фыркнул. – Действительно отличен от нуля. Это бесспорно. Но ты не то, что не годишься в Правнуки, по меркам Семьи ты, вообще, не одарённый. Пустышка. А сунулся в такой агрегат, как Древняя Сфера. Удивительно, что вообще выжил. У нас когда-то тоже проводились эксперименты по «насильной» накачке каналов. Энергию действительно можно залить, но это не развивает сами каналы, понял?
– Не очень.
– Представь свой дар как паутину. Есть такие мелкие насекомые, вытягивающие из жопы нитки и плетущие из них узоры…
– Я знаю, что такое пауки, – вставил Клим.
– Тем лучше, – кивнул Хан. – Значит твой дар – ментальные каналы – это паутина. И вдруг на ней конденсируется энергия, пусть будет: капельки росы. Это по своему хорошо, но каналы не готовы к такому впрыску. Под тяжестью капелек паутина прогибается к центру, капли съезжают ниже, потихоньку слепливаются, тяжелеют ещё больше, ещё больше прогибают паутину, собираются в комок… А потом хрясь! – Хан ударил кулаком в ладонь. – И все, к муллку, порвалось, а ты сдох.