Страница 16 из 17
Постепенно наши сборы систематизировались, мы уже не хватались за все подряд, составили два списка — то, что нам заказывали с той "стороны", начиная от каких-то невероятных присадок для наших "Держиблей", до совсем мудреных приправ и навороченных рыболовецких снастей для Митрича.
И второй список — это то, что мы считаем нужным и необходимым для того мира.
Кое-что подсказала нам Вера. Девочка оказалась для нас просто необходима. Ни Нина, ни я не обладали в нужной мере знаниями по компьютерной технике. Нет, мы были уверенными пользователями, не более. А вот Верочка, несмотря на свой юный возраст, очень хорошо управлялась с этими "умными железками".
Я ее спросила, где она этому научилась, получила ответ, который в очередной раз заставил сжаться сердце от боли. Оказывается, девочка давно увлекается компьютерным программированием, раньше часто занималась у своих друзей, а в прошлом году, когда девочка приехала к бабушке на дачу на все лето, бабуля из своих немудрящих средств скопила и купила ей недорогой ноутбук.
Вера с ним не расставалась, прошла онлайн кучу разных курсов для программистов за лето. Но потом пришлось вернуться домой, а там… как Вера не прятала самую ценную вещь из ее личного имущества, брат нашел и продал ноутбук. На дозу. А у нас ей предоставили в пользование навороченный Колькин компьютер со всем прилагающимся. Поэтому скачивание всевозможной информации теперь забота Верочки.
За прошедшие два месяца сошли все синяки, немного поправилась худая фигурка при нормальном питании. Отросли неровно остриженные волосы, и мы сделали ей в салоне модную симпатичную стрижку. Одели в одежду по ее размеру и возрасту — и перед нами появилась очень миленькая, веселая тинейджерка, какой ей и положено было быть по возрасту.
Со мной Вера вела себя чуть сдержанно, может, потому, что я присутствовала тогда там, в родительской квартире… и немного стеснялась. Но не боялась меня.
А вот с Ниной, легко было поверить, что это мать и дочь, такие у них были отношения. Нина сама мне призналась, что все равно удочерила бы девочку, если бы осталась здесь. К тому же Вера оказалась хорошей хозяйкой, удивительно, при такой матери, девочка умела хорошо готовить, поддерживала чистоту в нашей крохотной квартирке. Как она сама признавалась, при всей бытовой технике и полном продуктов холодильнике — это совсем нетрудно.
Нина теперь вышла на работу, целый день девочка была одна, если и я на смене была. Далеко от нашего дома, в центр города Вера боялась ходить, а вдруг мать встретит? Кстати, жалоба сумасшедшей матери последствий не имела — ни прокуратура, ни горздрав ее не приняли.
Ну, вот и время подошло, поедем сейчас на "смотрины" нашего будущего транспорта.
Как раз и Нина пришла с работы и Кирилл отзвонился, что ожидает нас в условленном месте, и оттуда мы поедем в гараж, где и находится нужный нам автомобиль.
У ворот гаражного кооператива нас ожидал Рахмон, немного нервничающий. Чего это он? Неужели боится, что машина нам не подойдёт по цене или качеству? Ладно, посмотрим дальше. Он подсел ко мне в машину, и мы проехали к нужному гаражу.
Там возле ворот тоже нервно прогуливался молодой мужчина около тридцати лет, на первый взгляд, причем абсолютно славянской внешности. Что удивительно, я почему-то думала, что Рахмон будет искать автомобиль среди своих земляков. Мы вышли из машины, поздоровались, Парень назвался Олегом и сразу начал распахивать большие ворота грузового гаража. Ловко забрался в высокую кабину, завел двигатель и выгнал машину наружу. Видимо, недавно прогревал движок, потому что он схватился сразу, звонко затарахтев мотором в бетонной коробке гаража.
Первый плюс — проблем с зажиганием быть не должно. Автомобиль выглядел достойно — высоко сидящая кабина, мощный кенгурятник, веткоотбойники по бокам, достаточно большой кузов-будка, широкие, зубастые внедорожные покрышки. Ах, да, он же и есть внедорожник. Весь автомобиль покрашен в цвет темного хаки, армейский, в общем. Но номера гражданские. Выгнав машину и заглушив двигатель, владелец выпрыгнул из кабины, приглашая для осмотра изнутри. Кирилл занялся привычным для него делом-осмотром техники. Мы стояли чуть в стороне, не мешая профессионалу. Олег сказал.
— Машина принадлежала моему отцу, но я уже давно, после его смерти, переоформил ее на себя. Отец всю жизнь проработал завгаром на одном предприятии, а потом, в начале двухтысячных, оно закрылось, и батя выкупил "шишигу" по остаточной стоимости. Пользовался он ей редко, только на охоту с друзьями. Но за машиной следил тщательно.
Я поинтересовалась.
— А почему продаете? Машина выглядит отлично, вдруг бы самому пригодилось…
Парень нервно передернул плечами.
— Нет, я человек городской, на природу, если только на пикник, выбираюсь, а там и моей легковушки хватает. Тем более сейчас, не до пикников мне.
Он как-то обречённо махнул рукой, отвернулся. Рахмон тоже прятал виновато взгляд. Да что тут за мировой заговор?
Пока я раздумывала, этично или нет лезть в мысли незнакомого человека, Кирилл выпрыгнул из кабины, щёлкнув чем-то позади кабины, откинул ее вперёд. И залез с головой во внутренности. Пошуровав там, опустил кабину на место, полез в будку.
Ох, и высокая же она, как залезать будем? Точно, лесенку надо! Закончив осмотр, Кирилл вытер руки ветошью и показал мне издали большой палец, мол, хорош агрегат!
Я повернулась к Олегу и Рахмону и решительно сказала.
— Берем ваш автомобиль! Сколько вы за него хотите?
И сама внутренне зажмурилась, лишь бы хватило денег, грузовые, а внедорожники особенно, стоят дорого. Мужики замялись, но потом Олег набрался смелости и сказал глядя мне в глаза.
— Я отдам "шишигу" за так, бесплатно, если вы поможете вылечить мне мою жену! Моя жена, Лариса, она умирает — парень судорожно сглотнул, но продолжил — у нас двое сыновей, пять лет и восемь месяцев. Младшему было два месяца, заболела грудь, пошла к врачу, думала мастит. Лечили мастит ещё два месяца. Потом выяснилось, что рак груди. Делали химию, облучение проводили, без толку. Вот выписали, сказали, что шансов нет. Помогите!
И парень рухнул передо мной на колени, прямо в грязь от натёкшей при мытье машины воды. Схватил меня за руку и прижал к губам. Я стояла растерянная и обалдевшая. Потом осуждающе глянула на Рахмона. Тот виновато пробормотал.
— Да не говорил я ничего и не обещал! Это Гуля проговорилась, она с Ларисой в одной школе работает, только та историю преподает… Все в школе знали, что у Гули ребенок на грани смерти, и вдруг выздоровел. Вот Лариса и вцепилась в Гулю, последний шанс у нее. А я пообещал только, что сведу их с тобой. А тут так получилось, что у парня как раз есть нужная тебе машина.
Я стояла оглушенная. С одной стороны, светиться лишний раз не хотелось, хотя бы потому, что не слишком я рвалась закончить свою жизнь в секретных лабораториях…, но с другой стороны, и машина нам нужна, и опять же, дети совсем крохи останутся…
Парень себе жену ещё найдет, а вот дети, найдут ли маму? Что-то я совсем сентиментальная стала с беременностью в связи. Мне лучше про детей ничего не надо говорить, ведь полезу, куда ни попадя.
Вздохнула — Ладно, я обещаю только посмотреть! Пока больше ничего сказать не могу.
На том и порешили — завтра я заеду по нужному адресу, а дальше будет видно.
Глава 12
Неделю я уже работала с Ларисой, сдвиги были, но до излечения ещё… ого, как до Пекина по-пластунски. Пока удалось лишь остановить процесс, да уменьшить болевой синдром до отмены наркотиков. Но раковая интоксикация ещё была значительной. По мановению волшебной палочки только в сказке бывает, а здесь надо работать. К тому же я остерегалась выкладываться на всю катушку, боясь навредить собственному ребенку.
Но пока моя нерожденная дочь чувствовала себя хорошо, да и я тоже. Токсикоз первого триместра беременности прошел и я никаких неудобств не испытывала, даже нагрузки на скорой не особо утруждали. Единственное, что я отказалась поднимать тяжести. А так все нормально.