Страница 42 из 50
Картер хихикает, глядя на свой телефон. Я оглядываюсь, снимая топ, оставаясь в трусиках и лифчике.
— Что? — огрызаюсь я на него.
Мне знаком этот его смех. После него всегда следуют поддразнивания. Я могу убить его, если он решил, что сегодня подходящий день, чтобы приставать к Кали. Завтра я снимаюсь в видео, а сегодня мне нужно пройтись по магазинам. Он показывает мне экран своего телефона. Я прищуриваюсь, пытаясь рассмотреть получше. Улыбаюсь, когда вижу, что Доминик отметил меня на всех трех наших вчерашних фотографиях.
— Вечер прошел хорошо, да? — спрашивает Картер с дерзкой улыбкой и приподнятой бровью.
Я улыбаюсь.
— Да. Думаю, так оно и было.
Взяв свой телефон с тумбочки, я открываю Фейсбук и ставлю «нравится» на всех трех фотографиях. Я размышляю, стоит ли мне поделиться хотя бы одной из них в своем профиле. Затем решаю, что не сейчас, еще слишком рано. Проверяю стену своего профиля, и вижу комментарий, оставленный Фиби, который положил начало разговору с девочками.
Фиби Рэндон: Эй, девочка, пообедаем сегодня?
Вики Рэндон: Ага, сейчас. Вы не сделаете этого без меня.
Фиби Рэндон: Мы вполне могли бы.
Вики Рэндон: Искренне в этом сомневаюсь, сладкая булочка. Я сейчас же уезжаю из Уэст-Бич.
Фиби Рэндон: Нет, не начинай это дерьмо со сладкой булочкой, Вики, я чувствую себя толстой.
Вики Рэндон: Успокой свою почти несуществующую пятую точку, сладкая булочка.
Алэйна Мэтьюз: Я ЕДУ! Вики, если ты оставишь меня здесь, я начну войну. Не играй со мной.
Вики Рэндон: Ты злая женщина. Нам нужно незаметно улизнуть. Сама знаешь из-за кого.
Алэйна Мэтьюз: Да, это довольно очевидно, Вики.
Фиби Рэндон: Вы про Эда?
Я закатываю глаза и смеюсь над их перепиской. Эти девушки сумасшедшие, но я люблю их до безумия. Им не нужно беспокоиться об Эде — его нет в списке моих друзей, так что, он никак не сможет увидеть их разговор. Я снова, улыбаясь, просматриваю фотографии со вчерашнего вечера. Моя улыбка пропадает, когда я вижу маленький символ Земли под фото.
— Черт, — шепчу я, нажимая на него.
Картер подходит ко мне, заглядывая мне через плечо.
— В чем дело?
Я указываю на символ.
— Эти фотографии общедоступны. Любой желающий на Фейсбуке может их увидеть.
Он замолкает, и когда я оглядываюсь через плечо, то вижу, что его лицо покраснело от попыток сдержать смех. Со скучающим видом опускаю глаза.
— Это не смешно, Картер. Эд получит неверное представление об этих фотографиях. Они чуть не убили друг друга на свадьбе. Теперь он наверняка прикончит Доминика. Черт.
Картер взмахивает рукой, переставая смеяться
— Хорошо, хорошо, мне очень жаль. Послушай. Вероятно, Эда, даже нет на Фейсбуке.
Я обдумываю то, что он сказал, и, возможно, он прав. У Эда ни за что не будет профиля в социальной сети. И все же, я проверяю список друзей Вики, Фиби и Алэйны, просто чтобы убедиться, и, конечно же, никого из парней там нет. Я мгновенно расслабляюсь. Картер обходит меня, становится передо мной, берет мою расческу и начинает водить ею по моим волосам.
— Однако, вопрос в том, детка… почему эта возможность так сильно беспокоит тебя?
Глава 25
Я сглатываю и убираю его руку со своих волос.
— Потому что, Картер… думаю, что влюблена в него, и абсолютно ничего не могу с этим поделать.
Картер замирает и разворачивает меня лицом к себе.
— Ты знаешь, что тебе нужно сделать. Ты не можешь так поступить с Домиником. Тебе нужно отпустить его.
Отвожу от него взгляд и смотрю на дверь.
— Знаю, — отвечаю, проглатывая комок беспокойства. — Просто… я позвоню ему сегодня, — улыбаюсь Картеру, и он кивает.
— Хорошая девочка, — говорит друг, легонько целуя меня в щеку.
Не знаю, что бы я делала без него. Мы уравновешиваем друг друга. Бог извинялся за всех мужчин, когда создавал Картера — как всегда, все хорошие либо геи, либо женаты.
К черту мою жизнь.
Кроме Доминика — он особенный. Очень надеюсь, что не разрушу нашу дружбу, иначе мое сердце будет разбито. Я не смогу жить без Доминика в своей жизни. Он присутствует в ней так долго, что я почти стала зависеть от него.
После быстрого душа, открываю шкаф, в надежде найти что-нибудь повседневное. В итоге останавливаюсь на черном платье в пол, которое красиво облегает мои изгибы, вернувшиеся наконец-то после недели без еды. Клянусь, моя задница увеличилась вдвое. Я расчесываю свои длинные волосы и оставляю их спадать естественными волнами. Наношу легкий слой ВВ-крема, затем хватаю очки и сумочку с комода, прежде чем выйти из своей комнаты. Выйдя в гостиную, вижу всех девочек и Картера, играющего с волосами Фиби. У нее невероятные волосы, и мы с ним всегда ссоримся из-за того, кто будет их трогать.
— Привет! — щебечу я, подходя, чтобы обнять их всех.
— Привет, девочка, — весело говорит Алэйна, сидя на стуле.
Вики улыбается мне, хотя улыбка не достигает ее глаз.
— Пожалуйста, скажи мне, что на тех фотографиях, которые я видела сегодня, были просто два друга, случайно целующиеся в ресторане?
Я краснею, втягивая воздух, прежде чем сесть на диван и положить руки на ноги. Эти девушки — моя жизнь; они скажут мне, что делать дальше, если я облажаюсь. Они настоящие, и я не могу им солгать. Особенно Вики, она устрашающая.
— Эм… перед тем, как я уехала на твою свадьбу, Дом поцеловал меня. Я попросила его, чтобы он дал мне немного времени. После моего возвращения, одно за другим, и он пригласил меня на ужин, но не как подругу. Я согласилась. И вот как появились эти фотографии. Я так сильно люблю Дома. Мне действительно хотелось, чтобы это сработало, но не могу так поступить с ним. Не тогда, когда мое сердце катается на мотоцикле, — я торопливо выдыхаю, и Фиби добавляет невнятным тоном:
— Больше похоже на то, что он катается по своей армии шлюх.
Я смотрю на нее широко раскрытыми глазами. Алэйна мягко пинает ее ногой.
— Ему больно. Так он справляется с горем.
Я наклоняю голову и смотрю на них обоих.
— Он что, там трахается налево и направо?
Девчонки обмениваются взглядами, прежде чем Вики встает и садится рядом со мной.
— Ему больно. Он любит тебя, но ты должна понимать, что именно так Эд справляется со своими эмоциями. Он либо убивает, либо трахается, — она пожимает плечами.
Глаза Картера вспыхивают.
— Ты серьезно?
Вики смотрит на Алэйну, ее глаза расширяются, когда она осознает, что ей нужно скрыть то, о чем она только что проговорилась.
— Нет, я образно, — девушка пытается отшутиться.
Я прищуриваюсь, глядя на нее.
— Мне насрать, кого он убьет, но вот кого трахает? Да. У нас проблема, — я встаю со своего места, полностью осознавая то, что веду себя как полная лицемерка, но, черт побери, секса у меня не было ни с кем!
— Кали, ты слишком серьезно все воспринимаешь. Одна из последних девушек, которых он трахал, оказалась похороненной в лесу. Поверь мне, секс для него ничего не значит.
— Не помогает… это совсем не помогает.
Я начинаю расхаживать по гостиной. Бросаю взгляд на Картера — он выглядит так, словно его может стошнить. Я никогда раньше не испытывала такой ревности. О нет, это опасное чувство. Я чувствовала ревность типа: о, у нее красивые туфли, я хочу их. Но эта ревность? От этой ревности мне хочется оторвать ему яйца и облизать их одновременно.
— Так, ладно, со мной все будет хорошо. Мне просто нужно забыть о нем. Так? Это то, что мне нужно сделать? Боже мой, что, черт возьми, мне делать? Не знаю, как справиться с этим узлом ненависти и ревности, который чувствую глубоко в своей груди. Это, бл*ть, отстой, — сажусь на диван и откидываюсь на спинку, я чувствую, как по телу стекают капли пота.
В комнате тихо, никто не сказал ни слова. Смотрю на все пары глаз, которые в шоке уставились на меня.
— Вау, — выдыхает Вики. — Кто знал, что в тебе это есть.