Снова в школу

— Прошу меня простить, мадам, но мы здесь немного одичали, м-да, Виталий Владимирович абсолютно прав в своем стремлении вернуть меня на грешную землю. Давайте разберемся с апартаментами Эльзы Ульмасовны и вашими, а затем мы с вами детально обсудим…

— Берегись! — я первым поднял взгляд наверх и в следующую секунду уже выскочил на улицу, вытолкав Эльзу и захлопнув за собой дверь, навалившись на нее всем телом. Бабах! Дверь содрогнулась, и я с трудом удержал ее в закрытом состоянии. Подождав некоторое время и не услышав больше в доме признаков катаклизма, я открыл дверь, и вошел в дом, переступив через покореженный самокат! Самокат, твою мать! На граведвигателе, который вяло попердывал, заставляя эту машину для убийств вращать колесами.

— Юра! — заорал я во всю мощь легких, не сводя при этом взгляда с покореженной машины, которая уже однажды стала причиной моей гибели.

— Ну что ты орешь, никто же не пострадал, — по лестнице вниз сбежал Юрчик, и попытался протянуть свои грабли к самокату. — Я всего лишь хотел прогуляться…

— Я тебя сейчас к нему привяжу и оправлю в свободный полет, — прошипел я, переводя взгляд с самоката на Юрчика. — Если ты еще хоть раз дотронешься хоть пальцем до чего-то в этом доме, что может повредить кому-то, кроме тебя самого, я клянусь, что кастрирую тебя тупым ножом! Который все равно будет острее твоего интеллекта!

— Почему ты меня все время оскорбляешь? — Юрчик надулся и покосился на Эльзу, которая в это время переводила ошарашенный взгляд с перевернутого самоката на Марию Карловну, которая лежала на полу, а сверху на нее упал Денис Борисович, не иначе как выведя из-под летевшего по лестнице самоката, который выпустил этот идиот, за каким-то хером врубившим двигатель.

— Да потому что никому, кроме тебя не пришло бы в голову включить эту адскую машину до того момента, как ты окажешься на улице, как ни одному тупоголовому придурку не хватило бы ума засунуть голову между решеток в императорском саду! — я уже плохо себя контролировал и с трудом сдерживался, чтобы банально не начистить умывальник Юрчику, который всего за несколько часов умудрился меня до такой степени достать.

— Хватит мне напоминать об этом случае! Я дня не помню, когда ты бывал дома, чтобы мне не напомнить о том, что было, когда я был совсем ребенком! — ого, а Юрчик тоже, оказывается умеет заводиться. Вот только не я его сегодня едва не угробил.

— Тогда не веди себя, как тупоголовый идиот с крайней степенью кретинизма! Ты нахрена запустил двигатель будучи еще в доме? Что ты пытался этим кому доказать?

— А ты прекрати меня гнобить из-за каждой мелочи! Достал! Иди вон Денису указывай… — я уставился на него. Похоже, Юрчик окончательно берега попутал, но ничего, я знаю, как его в чувства привести.

— Что ты только что сказал? — тихо и на этот раз абсолютно спокойно спросил я.

— Эм… — похоже, что до Юрчика дошло, что живет он здесь на птичьих правах, только потому что моя мать была его тетей, но к клану Савельевых он никогда не имел ни малейшего отношения. — Виталя, я просто разозлился, не воспринимай мои слова на свой счет…

— Пошел вон, — просто ответил я и для наглядности указал на дверь. — Полагаю, Грачевы примут тебя с распростертыми объятьями, и никто ни на что не будет указывать.

— Но… — Юрчик лихорадочно соображал, что же сделать, чтобы сказать или сделать такого, чтобы успокоить меня, вот только я принял решение и не собирался от него отступать. — Но как же прощанье с тетей Мариной?

— Хорошо, мама не виновата, что ты таким козлом оказался. Или ты думал, что с ее гибелью Савельевы остались без главы, и ты можешь фестивалить в моем доме так, как тебе заблагорассудится? — я прищурившись смотрел на него, не отводя взгляда, отчего Юрчик занервничал и принялся суетливо посматривать по сторонам, словно искал поддержку, которую все никак не находил. — Завтра состоится прощание и после поминального обеда ты собираешь свои манатки и убираешься из моего дома, и мне плевать, куда ты в итоге подашься. Надеюсь, что ты меня понял.

И я развернулся, чтобы направиться уже в кабинет. Денис Борисович в это время уже встал и теперь помогал подняться Марии Карловне.

— Весело у вас тут, — протянула Эльза, о которой я на мгновение позабыл.

— Привыкай, ты же скоро станешь частью этого веселого дома, — бросил я ей и прошел по коридору в нужную мне сторону. Возле Рогова я притормозил. — Денис Борисович, проследи, чтобы к завтрашнему вечеру Юрий Васильевич покинул дом клана.

В кабинете я с минуту простоял возле стены, потом что есть силы саданул в нее кулаком. Если бы это был не Юрчик, я бы заподозрил целенаправленный злой умысел. С ним, правда, тоже ничего не было однозначно, но все, что я о нем знал, просто кричало, что, если у Юрчика и есть злой умысел, то он быстро разбивается о дикие, непредсказуемые последствия реальных вывертов его кармы. Ладно, с Юрчиком и его делами можно разбираться только в том случае, если он находится далеко от меня. в любом другом случае в дело обязательно вмешается череда случайностей, в которых я увязну и так никогда не докопаюсь до правды. А своего решения по поводу его изгнания из моего дома я менять не намерен, и очень скоро в лоно клана Громовых вернется не только ходячая катастрофа — Юрчик сын Васильев, но и Гаврила Петрович, потому что терпеть этого наглого заносчивого дармоеда я не собираюсь. Это мать их терпела, брат родной, как-никак, да племянничек. Вот только я — не моя мать, и Юрчику и дяде Гавриле ничем не обязан, даже родство между нами так себе, я считаю не слишком близкое, чтобы я терпел их выверты, которые они привыкли матери выдавать. Нет уж ребятки, я вас с вашими истериками и самокатами в холле, еще не понятно на чьи деньги приобретенные, видеть в своем доме не хочу. Благо имею полное право вышвырнуть на улицу.