Страница 20 из 71
— Что ты умеешь? — спросил он меня рычащим, но мягким голосом.
— Не понял.
— Что здесь непонятного? Что ты умеешь делать, чему ты научился за свою жизнь, теплокровный?
Вопрос показался мне немного странным, но я решил ответить:
— Да всё понемногу умею. Виндовс даже переустановить могу. Хотя если ты имеешь ввиду умение сражаться, то боец из меня не очень. Ни меча, ни лука я в руках в жизни не держал.
— Можешь установить окно? Это хорошо. Редко встретишь мастера, умеющего работать со стеклом. Что до твоего неумения сражаться… Это неважно. Я обучу тебя, чтобы ты мог выжить на празднике Светила. Мне важно другое, — ящер встал со своей койки и подошёл вплотную к бронзовым прутьям, разделявшим нас. — У тебя здоровые зубы, ты крепок телом. Мне важно умеешь, ли ты готовить, стирать, обучен ли манерам.
— Хм. Ну да, тут вроде всё путём. А к чему все эти вопросы?
— Превосходно. Когда мы освободимся, мне пригодится такой раб, как ты.
Я чуть не подавился собственной слюной.
— Что?
— Что слышал. Я помогу тебе овладеть боевыми искусствами и выжить на празднике Светила. Ведь инструкторы здесь готовят бойцов хуже некуда. Для них главное создать видимость, что их бойцы подготовлены и опасны. Выживает в лучшем случае один из сотни. Это если тренироваться только с инструкторами. Но если ты будешь учиться у меня, то выживешь. Нас отпустят. Когда мы станем свободными, я окажу тебе честь стать моим рабом. Пока я буду добираться до родных земель, кто-то ведь должен будет готовить для меня, стирать мою одежду и исполнять мои поручения.
Да уж, вот это экземплярчик. Причём говорит это так, будто по-другому и быть не может. Словно все должны ему прислуживать и радоваться этому. Хотя если здесь действительно так отвратно готовят бойцов, как он говорит, стоит согласиться на его предложение. А когда меня освободят, я пойду своей дорогой, а он своей. Я ведь не обязан делать то, что ему пообещал.
— Я согласен.
— Твоё согласие не нужно, теплокровный. Это был приказ, который обсуждению не подлежит. А сейчас ложись отдыхать. Завтра приступим к тренировкам.
Чья-то надменность не знает границ. Хотя совет дельный. Пора отдыхать, а завтра приступать к тренировкам.
Проснулся я оттого, что кто-то вылил на меня целое ведро ледяной воды.
Пока я осознавал, что происходит, раздался крик:
— Девочки, пора тренироваться! Так что поднимайте свои жирные задницы и бегом на пробежку.
Камеры были открыты, нас выгнали на задний двор школы. Двор был огромен. В середине стояли круглые мишени, сплетённые из соломы. Дальше за ними были деревянные манекены, напоминающие человека с вытянутыми вперёд руками. За ними находилось нечто вроде полосы препятствий, состоящей из нескольких стен разных размеров, ямы с грязью, над которой висело множество канатов, разбросанные камни, что-то вроде деревянного лабиринта. Глядя на полосу, вспомнил нашу армию. Полосы препятствий практически не отличались. Вокруг всего этого располагалась широкая тропа, по которой нам и предстояло бежать.
Двор был огорожен высоким, метров шесть, наверное, забором из песчаника. Стыки между блоками были ровно залеплены глиной, так что вскарабкаться по ним при всём желании не получится. За полосой препятствий из стены выходил небольшой акведук, который сразу же разветвлялся, а затем через несколько отверстий вода бежала вниз, исчезая затем где-то под бронзовыми решётками в земле и образуя тем самым что-то вроде душевых.
Бежать нас заставляли довольно быстро, подгоняя ударами и бранными словами. Я быстро выдохся. За время своих скитаний по этому миру я растерял свою физическую форму, несколько лет пестуемую в тренажёрных залах. Кололо в боку, дыхание сбилось, ноги стали ватными. Я стал отставать от основной группы, за что тут же схлопотал удар по спине плёткой. Сил это не добавило, но получать больше удары по многострадальной спине я не хотел. Пришлось использовать всю свою волю, чтобы догнать остальных. После ещё пары кругов бег прекратился.
После зарядки нас отвели на завтрак, а затем в зал, где мы слушали, как орк рассказывал о том, как правильно держать меч и щит, и как лучше уходить от удара. Затем последовал обед. После обеда мы пошли обучаться бою на мечах. Мечи, правда, были деревянными, а происходящее мало походило на учёбу. Нас разбили на пары и сказали сражаться друг с другом. Я получал палкой гораздо чаще, чем мой соперник, ведь я был новичком, а он пробыл тут уже несколько месяцев, да и боевой опыт у него был.
Затем мы поменялись в парах, и тренировка продолжилась. На этот раз я был в паре с ящером. Бой с ним уже больше походил на тренировку.
— Ты неправильно держишь меч. Это не кувалда. Сожми его крепче, но кисть должна свободно шевелиться. Изобрази в воздухе знак бесконечности.
Я изобразил, надеясь, что знак бесконечности в этом мире выглядит также, как и в моём.
— Нет, не так, плавнее и медленнее. Ещё медленнее. Вот так. Максимально медленно. Вот так. Теперь возьми мой меч. Вытяни оба меча перед собой, теперь своди руки, правую пропусти над левой, разведи, сведи, теперь левую пропусти над правой. Быстрее. Ещё быстрее. Вот так. Теперь до конца дня выполняй эти два упражнения. Завтра изучим с тобой стойки. И не ленись. Раб мне нужен живой.
Глава 15 Эван. Подготовка к встрече с неизбежным
Развиваться мы будем до тех пор, пока мы тренируемся и обучаемся. Однако обладая силой, достаточной для подъёма дюжины небольших камней, легко можно научиться поднимать две дюжины таких же камней. Но вот чтобы научиться поднимать три или четыре дюжины, уйдёт уже гораздо больше времени. То же самое касается и нашего разума. (Отрывок из рукописи эльфов).
После моей поездки к старику прошло несколько дней. Я, как и раньше, ходил на охоту. Чёрное чудовище больше мне не встречалось. Не видел я и его следов.
Я периодически вспоминал о предсказании странного эльфа-одиночки, непонятно как оказавшегося в Эйлонии. Ещё я вспоминал о чудовище, виденном мною в лесу. Но порошок, купленный мною у старца всего за пару серебряных монет, возымел действие, и я решил пока не предпринимать никаких действий против тьмы, а больше времени проводить дома с женой.
Вчера ко мне приехали старые друзья охотники, с которыми мы отметили встречу, а сегодня решили пойти на охоту вместе. Нас было пятеро, и мы решили поохотиться на оленя. Мне недавно попались следы целого гарема и крупного самца.
Мы шли по следам, с каждым шагом приближаясь к цели. Но спустя несколько десятин я понял, что стадо нас как-то заметило. Они не стояли на месте и не питались, а постоянно уходили вглубь леса. Что ж, придётся преследовать.
Мы шли по следам двое суток без остановок, по пути перекусывая вяленой рыбой и запивая её водой из кожаных мешков. Тяжело мне даются подобные приключения. Возраст уже не тот.
Вдруг один из моих друзей, идущий позади меня, закричал. Я обернулся и увидел чёрную тварь. Она пронзила своей лапой с заострёнными когтями его руку насквозь. Друг попытался достать кинжал, но тварь воткнула ему в шею вторую свою лапу. Товарищ умолк. Мы, оставшись вчетвером, достали луки и пятились назад. Закончив с нашим приятелем, тварь ринулась к следующему. Мы натянули тетивы и выстрелили, но стрелы отлетали от бронированной туши зверя.
Чёрное существо подошло ко второму моему товарищу. Он, пятясь назад, упал на землю, споткнувшись о камень. Тварь разорвала его на куски. Одна из наших стрел попала чудовищу в место стыка пластин брони. Монстр закричал, издав чудовищный визг, но не остановился, а принялся за двух оставшихся моих спутников.
Через минуту животное разделалось и с ними. К этому моменту из его тела торчал уже десяток стрел.
Тварь повернулась ко мне. У меня встал ком в горле. Я наложил на тетиву очередную стрелу. Руки тряслись. Она прыгнула на меня, и я отпустил стрелу. Тетива, натянутая плечами лука, отправила стрелу в полёт.