Кукла для Мастера

Травница Кайнэ. Чуть ранее…

Когда господин вызвал ее в замок, Кайнэ удивилась, но не сильно. Наверно нужна какая-то трава, собрать и обработать которую надо строго определенным образом. И он хочет это во всех подробностях объяснить. Были иногда такие заказы. Но появившись в замке и заведя во двор своего верного лошака, она обнаружила господина уже тут, ожидающего ее с каким-то нетерпением.

– Вы звали, господин Даниэль? – Спросила она, с тайным злорадством наблюдая, как поморщилась проходящая мимо прислуга. Но привилегию обращения по имени она получила еще много лет назад и не собиралась от нее отказываться.

– Да. Кайнэ, я хочу тебя кое с кем… познакомить, – с необычно странной интонацией произнес хозяин замка. – Она сейчас появится.

Девушка удивилась. Господин, что нашел ей помощницу? Зачем, она и так прекрасно справляется! Или… замену?! Она провинилась? В чем?

Поток возникших беспорядочных мыслей прервала тень, метнувшаяся из-за угла и резко остановившаяся перед ними. Это оказалась девочка, одетая в нарядное платьице, с изумительным кукольным личиком, красоту которого не портил даже тонкий шрам-линия через левый глаз, и белыми, распущенными волосами до плеч. На спине, закрепленный ремнями, висел небольшой мешок. Необычно разные глаза, голубой и серебристо-серый, с любопытством уставились на нее.

Чем дольше они смотрели друг на друга, тем больше девочка кого-то напоминала. А еще странное чувство, поднимающееся изнутри… чувство, которое Кайнэ не испытывала уже много лет. Девочка, как же ты похожа… похожа?! Это не похожа… это «она»! Ощутив, как из носа что-то закапало, травница сделала шаг вперед и увидела, что любопытство в глазах девочки тоже уступает место узнаванию (точно, она). Затем заметила, как та сделала маленький шажок назад, потом еще один… не уйдешь! (хвать) Да! Да! Это «она»! Моя… прелесть!

Слегка повернувшись и отыскав глазами господина Даниэля (при этом, не прекращая крепко прижимать к себе трепыхающееся тельце), Кайнэ обратила внимание, с каким удовольствием он наблюдает за происходящим. Более того, поймав взгляд травницы и прочитав там вопрос-мольбу, господин кивнул, подтверждая ее выводы. Что-то закапало с подбородка, прокладывая себе путь по лицу мокрыми дорожками…

Недовольная девочка Эли

Что делать, когда весь мир против тебя? Идти уничтожать мир, или… приспосабливаться. Мало мне было Даниэля, так, оказывается, тут есть еще один, вернее, одна особа, которая ко мне, ну очень… неровно дышит. Точнее, как я догадываюсь (ну не тупой же), к девочке Сати, которую они оба когда-то знали. Конечно, интересно, что с ней все-таки случилось, но сейчас актуальный вопрос следующий – когда меня отпустят! И опустят вниз!

Так, а это что? Уже сверху кровью заливают?! Хм, на кровь не похоже. Слезы? Эй, а ты чего рыдаешь? Не, ну вот как тут злиться? Ладно уж, обнимай, разрешаю. И я обниму! Все, успокойся. Ну, хочешь, по волосам поглажу? Сильнее зарыдала?! Да как же с вами сложно женщины! Ох, терпение, только терпение…

Даниэль Люцифиано

Даниэль с удивлением наблюдал, как сопротивляющаяся вначале девочка, прекратила дергаться и обняла (опасно) заплакавшую травницу (эх, ведь уже взрослая женщина, а разрыдалась-то как…), обхватив ее руками и ногами. Потом подняла ладошку и стала гладить по волосам (а ведь сказал, что нельзя без разрешения, но вроде обошлось), одновременно пытаясь передать успокаивающие эмоции. И к удивлению Даниэля, у Эли получилось. Постепенно рыдания прекратились, потом руки расслабились, и девочка выскользнула на землю. Правда, при этом она по-прежнему держала за руку Кайнэ, аккуратно поглаживая тыльную сторону кисти.

Однако… о как! Опыт?! Возможно, но тогда явно не Сати. М-да, а палочка-то о двух концах оказалась. Ладно, все еще впереди!

– Кайнэ, ты успокоилась? – Спросил Люцифиано травницу и, увидев судорожный со всхлипыванием кивок, продолжил, – пошли в кабинет, я тебе сейчас все объясню про Эли. Да-да, ее «теперь» зовут именно так, понятно? Давай пошли, и да, она может и дальше держать тебя за руку…

Очень… терпеливая девочка Эли

– «Дайте мне терпения. Хоть кто-нибудь! Как же я надеюсь, что рано или поздно «это» закончится…»

Утро, три дня спустя

Я стоял, смотрел на себя в зеркало и думал. Думал о бренности бытия. Что все тлен. Что все в мире рано или поздно проходит. Пройдет и «это». Надеюсь. Искренне надеюсь. Очень искренне надеюсь…

К сожалению, мои попытки привести свои нервы в порядок пока ни к чему не приводили. Потому что уже знал – «это» не закончится никогда! На заднем плане сознания радовалась (как красиво!) Сати. И чему радуется, дуреха? Я еще раз, нахмурясь (вернее, пытаясь нахмуриться – выходило откровенно плохо), внимательно осмотрел открывающееся зрелище. Ну что можно сказать… Я думал, раньше было плохо и ужасно? Думал, что хуже быть не может? Может! Оказывается, еще как может!

Сил злиться уже не было, поэтому я просто смотрел. Смотрел на эту белую, идеально ровную и гладкую (прощай шрамы) кожу, на эти розовые, как будто подсвеченные изнутри, щечки с ямочками и аккуратный носик. На кажущиеся еще более большими, мерцающие маленькими и таинственными искорками глаза с красивыми нереально пушистыми ресницами. На пышные, отливающие серебром волосы, ровной волной (волосок к волоску) спускающиеся на плечи. Даже обгрызенные ногти (Сати, ну сколько можно, чуть отвлечешься, вечно в рот тянешь…) превратились в аккуратные заостренные перламутровые коготки. На, зубки – жемчуг, а губки – коралл и остальные мелочи, эпитетов уже не хватало.

Кукла! Фарфоровая (в голове, не вызывая интереса, мелькают картинки и образы) кукла! Большая игрушка для детей. Вспомнив Мастера, криво (это я так думаю, изображение в зеркале считает иначе) усмехаюсь – для взрослых, даже возрастных детей. Потом перевел взгляд на развернутый «интерфейс», вернее, на серебристо-серую полоску снизу, заполненную до конца на сто процентов. Полоску, которую я сегодня (и ведь тоже радовался… сначала), наконец-то, смог активировать. С надписью “Покров”.

Нет, то, что шрамы исчезли, это здорово (насовсем или были спрятаны, еще вопрос). То, что теперь я не могу порезаться или пораниться и спокойно беру в руки раскаленную кочергу (до откровенных издевательств над собой пока не дошел, но ткнуть, царапнуть и ухватить, сделал) – тоже хорошо. Но вот цена… ну почему он такой?! «Милота» и «няшность» просто зашкаливает! Да меня Кайнэ до смерти затискает. А про Даниэля, вообще, молчу. Теперь время, которое он тратит ежедневно, чтобы пообнимать и потрепать за волосы, увеличится как минимум в два раза, если не больше.

А главное, я пока не знаю, как отключить! Только если с ногами забраться в камин! Хм, а это идея. Но придется раздеться, так как одежда сгорит. Потом дождаться когда «покров» полностью израсходуется и… и что дальше? Он же просто восстановится и все. Не говоря уже о том, что будет момент, когда защита исчезнет, а я еще в камине. Нет, так не пойдет. Ну почему ты не подумал о таком «предыдущий я», а?! Или все запланировал специально и хихикал, зная, что меня ожидает?! Какая же ты сволочь… был!

Так, судя по отклику от «связи», Даниэль уже идет ко мне в комнату. Ой, что сейчас будет... хотя, Сати, ты радовалась? Вот и наслаждайся! А я ушел думать об этой самой, как ее, точно – бренности бытия (нужно, максимально полно отстраниться от управления телом, должно помочь)! И не надо начинать хныкать! Тебе же нравится! Нет? То есть нравится, но не так много? Что же, увы, но надо потерпеть. Надо, Сати, надо! Ну, я пошел…