Страница 41 из 109
Я не сдержала насмешливой улыбки. Ну здравствуй, мой милый поздний ужин. Или ранний завтрак?
Я лёгким прикосновением придержала на месте Бэна, собравшегося мужественно меня спасать. Нет-нет! Это моя и только моя удача.
Интересно, кто к нам пожаловал? Крыса из доков, которая выползла предпраздничным утром в надежде на наживу? Или один из тех ребят, которые готовы убивать, унижать и калечить женщин, прикрывая это “защитой чести”? Даже не знаю, какой из вариантов мне нравился больше.
В конечном итоге, надо же мне время от времени ужинать, не сдерживая себя? И, как по мне, самозащита — отличный повод.
— Поговорить — так поговорить, — сказала я этому шкафу, обворожительно улыбнувшись, шагнула вперёд, приготовившись пить энергию, прислушалась к его личному ритму…
Минуточку.
— Теперь ты пытаешься меня съесть?! — возмутился он, наступая. — Ты, коварная пернатая глиста! Никому, никому на этой поверхности нельзя верить!
Ох, Бездна и порванные струны. Как же я его не узнала-то, а?! Вот что бессонные ночи с мозгом делают!
— Это вы, Глубоководный? — пробормотала я. Бэн вытаращил глаза и приоткрыл рот, как выброшенная на берег рыба — кажется, тоже не ожидал такого поворота событий.
— О, теперь ты притворяешься, что меня вспомнила?! — возмутился громила, окончательно выступая из переулка на свет. — Когда убедилась, что не сможешь меня съесть? Так знаешь что? Я сам тебя съем!
Ну офомореть теперь.
Ничего не скажешь, отличное тело себе Глубоководный вырастил: высоченный, ошеломительно красивый и брутальный парень с бронзовой кожей и белоснежными волосами. Кем бы ни была его идеальной формы бывшая, вкус у неё определённо присутствовал.
И ведь, судя по тем жутким теням, что расползаются позади него, он сейчас и правда съест. Этот может.
Даже в своём человеческом аватаре.
— Глубоководный, — я подняла руки в успокаивающем жесте. — Мы действительно не узнали вас, просим прощения. Подумали, что это кто-то, кто пытается нам навредить.
— Да? — фыркнул он, нависнув надо мной. — И фальшивый дом вы назвали тоже случайно? Забыли, где живёте? И потому же не сказали своих имён? А я ведь искал, как самый глупый дурак. Я ведь правда думал, что понравился вам, что вы хотите увидеться снова. Но мне все всегда лгут! Почему, почему меня все обманывают? Я ведь стараюсь быть честным!
Он казался действительно расстроенным. И, честно, мне стало его жаль.
Фоморам бывает тяжело адаптироваться среди людей. Мне ли не знать, верно? Я сама провела много лет, пытаясь.
И, если быть хоть немного честной с самой собой, не сказать, что у меня в полной мере получилось.
— Мне жаль, — сказала я. — Мне действительно жаль. Но, если вы позволите всё объяснить, то я постараюсь.
— Что объяснить? — буркнул он. — Что никто не хочет дружить с ужасным монстром? Что все хотят от меня что-нибудь? Это я и так понял!
Я тихо вздохнула.
— Послушайте… клянусь Морой, я не врала насчёт адреса. Просто мы больше там не живём.
— О, — он изумлённо моргнул. — Но почему вы переехали, если знали, что я приду?! Неужели нельзя было просто подождать?
Если честно, то со всем тем разнообразием сюрпризов я попросту забыла о нём. Но, боюсь, скажи я об этом, Глубоководный поймёт несколько неправильно. С другой стороны, для моей забывчивости есть другое хорошее оправдание…
— Нас заставили переехать, — объяснила я. — Даже не позволили собрать вещи, собственно.
— Кто? И почему?
Я вздохнула.
— Это довольно длинная история. Почему бы мне не рассказать её вам по дороге домой?
*
Даже неимоверно урезанная, история о моих приключениях заняла некоторое время. Мы были уже недалеко от дома, когда я закончила словами:
— Вот так всё было.
Глубоководный выглядел задумчивым.
— Наземный мир так же опасен, как глубоководный, — сказал он вдруг. — Тут есть хищники и добыча.
— Везде есть, — сказала я понимающе.
— Я здесь всего десять рассветов, — продолжил Глубоководный. — Но у меня уже обманом забрали моё золото, несколько раз попытались убить и ещё несколько — пленить тем или иным способом. И вот ты мне рассказала историю, пернатый глист. Я ненавижу драконов, но мне немного обидно за того парня. Ты променяла его на дом, знаешь? И мне это что-то очень напоминает.
Я отвернулась.
— Да, и я не горжусь своим поступком. Но я хотела…
— Помочь семье, да. Но тебя обманули. И я вот думаю: а вдруг её тоже?
— Что?..
— Вдруг моя милая рыба-луна тоже попалась обманщикам? Или ворам? Что, если она не предавала меня? Вот что я подумал. Он ведь ужасен, надводный мир! И думаю, что я должен её найти. Вдруг она в опасности, а я и не знал?
Ну что сказать? Неожиданно. И совершенно непонятно, что тут ответить.
— Она предала вас, — вдруг сказал Бэн раздражённо, зло. — Какая разница, почему? Причины не имеют значения. Предательство — это предательство! Почему бы вам просто не пойти дальше?
— Потому что не все тут застряли в подростковом возрасте, чтобы делить мир на чёрное и белое, — отрезала я. — И девушка действительно могла попасть в беду… Хотя то, что она просто сбежала с деньгами, точно так же вероятно. Но в любом случае у неё есть своя правда. Которую он не узнает, пока не поговорит с ней, верно?
Бэн поджал губы и отвернулся.
Я только покачала головой. Может, стоило бы всё же подробно поговорить с ним о Дайяне? Это явно гложет его изнутри, не отпускает ни на миг. Только вот... тема эта у нас запретная. Правило негласное, но строго выполняемое: мы по возможности не касаемся в разговорах ни Дайяны Гохорд, ни Или, ни Драконьей Империи в целом. И да, я допускаю, что притворяться, будто ничего не было — плохой выход для нас обоих. Но иногда он каким-то неведомым образом превращается в единственный из возможных.
Разумеется, история, рассказанная Глубоководным, оставляет не очень много простора для сомнения. Зачем бы этой девушке просить деньги заранее, если не для обмана?
С другой стороны, даже если так. Что должна была почувствовать обычная человеческая девушка, увидев подлинный облик Глубоководного? Честно говоря, боюсь даже представить. Она ведь даже не оборотница или драконица! А у людей всего один облик, и они придают ему очень много значения…
— Ты теперь позволяешь своей сестре гулять с иноземцами? Сам отдаёшь её? Чего ещё от вас ждать, конечно! И как только почтенный Аджава может думать о том, чтобы отдать свою дочь за тебя? Неужели его подкупает твой мнимый “талант”?
О, а вот и ещё гости. Какой сегодня, однако, богатый на сюрпризы день!
Немало гостей, к слову, человек пятнадцать. И ведь встретили нас практически у самого дома, не побоялись. Впрочем, чего им бояться? Если я правильно понимаю, они в этом районе чувствуют себя хозяевами. И ещё Бэн забыл упомянуть важную вещь: “девичья честь” была лишь предлогом (как это, впрочем, частенько и бывает).
Я с лёгкой улыбкой прищурилась, рассматривая заводилу. Статный, красивый юноша с красновато-коричневой кожей и холодными светлыми глазами убийцы. Интересно, что они на самом деле не поделили с Бэном? Девушку? Или тут просто зависть? Так или иначе…
— Ну здравствуй, — промурлыкала я, делая шаг вперёд. — Как радостно, что ты всё же решил заглянуть на огонёк!
Они растерялись. Ребята, которые активно брали нас в клещи, застыли на миг, подозрительно разглядывая меня. Наверняка решали, нахальная я или просто тупая. Даже в глазах заводилы промелькнуло нечто… как рябь на воде.
Промелькнуло — и пропало бесследно.
— Ты не понимаешь, да? — протянул он с ленцой. — Хотя чего ещё ждать от женщины, которая выставляет себя напоказ, будто кусок мяса!
— У… ох уж эта старая как мир история о “кусках мяса”, — улыбнулась я. — Ты банален, как мелодия из двух нот.
— Ты ещё споришь? — спросил он почти что ласково. — Бедняжка. Никто не научил тебя, как нужно разговаривать с мужчинами. Но ничего, мы с друзьями это исправим…