Страница 13 из 50
-Да постепенно это все пришло, начиная с этих времен как раз. Постепенно бизнес стал диктовать свои правила в политике, транснациональные компании стали захватывать внутренние рынки страны и контролировать валюты. Реформы государства были по сути бессильны против них. Потом началось открытое противостояние транснациональных компаний и государства. Вначале это началось в США, потом на Европу перешло и до нас дошло. Во врем мире так же было, наиболее тяжелая борьба в больших странах, как мы. В Австралии тоже шла долго, в Бразилии, Аргентине. В странах третьего мира эта борьба была проще, происходит захват, подкуп правительства и контроль экономики, а следом за ним и контроль государства. К моему рождению этот процесс достиг своего апогея, произошел захват всех стран в мире транснациональными компаниями.
-Были ли повстанческие движения против этого?
-Да, разумеется, - сказала Рэйчел. - У нас в России года за два до моего рождения происходил процесс отделения некоторых субъектов от России. Процесс не был кровопролитным, страдали только транснациональные компании. У нас произошло объединение Приморья, Хабаровского края, Магадана, Чукотки, Камчатки и Сахалина в отдельную Тихоокеанскую республику. Повстанцы решили уничтожить транснациональные компании, раздробив их на более мелкие предприятия с разными владельцами. Процесс отделения проходил мирным путем, без войны. Москва ничего не могла с этим поделать и единственное, что предложила - это на время образовать конфедерацию. Мы вошли в нее, так же, как и Якутия и Сибирь, они тоже отделялись. Я родилась как раз именно в Тихоокеанской Республике, в моем паспорте это указано в графе рождения. Но, а потом, так получилось, что конфедерация вернулась в федерацию и мы так и остались в ней.
-Ого, вот это да. А в остальных странах такое было?
-Да, в Америке деление на Атлантические, Скалистые и Тихоокеанские штаты Америки. Но там все-таки присоединили, дав возможность разделения рынка страны на сектора, где влияет группа транснациональных компаний, так же, как и у нас. У нас - это японские и китайские компании и часть русских.
-Подожди, это как, то есть у вас в будущем Россией правят иностранные компании?
-Формально, но по сути часть транснациональных компаний в России, как в любой другой стране находятся под владением русских. От материнской фирмы осталось название и марка, также ряд технической документации как нужно делать товар. Дочерние с материнской обсуждают в основном вопросы экономического характера, связанные с их товаром, а дочерние уже в своей стране решают политические вопросы таким образом, чтобы был удобно для их компании, - объяснила Рэйчел.
-Да, хорошая система, ничего не скажешь, - сказала Рита. - А что тогда с повстанцами было, когда был переход от конфедерации обратно в федерацию?
-Арестовали в тюрьмы посадили. Написали кучу законов, пот которым они признавались террористами.
-Интересные вещи я смотрю происходили.
-Да, Регушевский как раз стремится к тому, чтобы сейчас установить свое правительство против действующего курса, снизить роль корпораций и тоталитарного контроля государства.
-Подожди, у нас сейчас итак есть федеральная антимонопольная служба, которая борется с влиянием транснациональных компаний у нас в стране. Он что дурак? Куда он лезет, к тому же один?
-Я не знаю, что у него в планах. Известно ли ему это или нет. Раз так, то пока он действительно ведет себя как самый настоящий дурак, вставая против машины власти, - согласилась Рэйчел.
-Он вообще нормальный человек? У меня просто по этому поводу возникли сомнения после того, что я о нем узнала.
-У него шизофрения в стадии ремиссии, - ответила Рэйчел.
-Этим все собственно и сказано. Этого шизофреника даже тут надо поймать и положить лечиться в психиатрическую клинику.
-Диагноз у него был выявлен после первого его задержания. Он взорвал тогда какой-то департамент. Мы его задержали и решили провести тест и вот тогда выяснилось, что у него признаки шизофрении. Может сейчас это уже не стадия ремиссии, я не знаю, тогда он от нас сбежал и вот поймать до сих пор не можем.
-Меня одно время с моим даром ясновидения в школе считали сумасшедшей. Некоторые учителя. Был большой скандал, и мама ходила и разбиралась. Меня даже хотели отдать в спецшколу. Уроды, одним словом.
-Да уж, не самые лучшие воспоминания.
-Я в школе была козлом отпущения. Дразнили, били, травлю устраивали. Подруг у меня оттуда не осталось, я была изгоем и у меня произошел надлом в психике. Я считаю, что после этого у меня остались определенные проблемы в плане коммуникации и общении. Я потихоньку борюсь с этим, но все не так просто, эхом это доноситься до меня. Мне хотелось бы, чтобы у меня были нормальные отношения в школе, может быть, сейчас бы все сложилось по-другому, а не так, как сейчас.
-Я предполагаю, это проблемы в плане отношений?
-Да, как ты догадалась?
-Тоже самое. Посмотри на меня: у меня рост метр восемьдесят пять, вес под восемьдесят, я высокая, у меня длинные руки и ноги. Фигура далеко не эталон. Меня дразнили в школе, я тоже отстранилась от людей. Подруг у меня нет, общаюсь по работе с сотрудниками и с сестрой младшей. Весь мой круг общения. Плохо это, конкретно. У меня только работа, больше ничего. У меня нет никаких хороший воспоминаний о школьных годах, меня там постоянно травили и унижали. Пытались бить, но я давала отпор и в итоге получала сама за то, что защищалась. Я просто спортом занималась и в физическом плане была развита хорошо, могла дать отпор. Но вот просто я привыкла быть одна и не с кем не общаться, так это и осталось со мной. Я бы не хотела этого, но пока ничего поделать не могу. Может, у меня все наладится, будет потом семья и друзья, я по крайней мере в это искренне верю. Но пока, сама видишь, ничего нет, - рассказала Рэйчел свою историю.
Рита была поражена:
"Вот она, родственная душа" - подумала она.
-Да, я так же надеюсь, верю, но увы, ничего нет и я дико по этому поводу переживаю. У меня были типа отношения, мы жили вместе, но жили как соседи, потому что он был на дежурствах, и он как-то с трудом переносил меня, как я потом выяснила, у меня просто тяжелая энергетика. Людям может стать плохо рядом со мной неожиданно. Вот так и у него было. А потом его убили, и я осталась одна. Я влюбилась через год примерно, но эта была несчастная любовь и я впала в депрессию. Апатия стала моим постоянным спутником. Были суицидальные мысли, но в основном всякого рода навязчивые, не дающие мне никакого покоя.