Страница 10 из 14
– Если опубликовать запись вчерашнего избиения, таким зрителем окажусь я. Приезжий.
– Раньше среди зрителей были как приезжие, так и местные. Считанные единицы, но они были, сейчас мы идентифицируем их, собираем данные. Именно тебе придется с ними работать. Меня знают как человека «конторы», а ты, как я надеюсь, скоро станешь своим.
– Я тоже надеюсь. – Иван посмотрел на часы. Время свидания с Машей приближалось.
– Я скину тебе фото, имена, адреса, места работы и прочее. Разузнай, что это за люди, в чем состоит их особенность. Если найдется объединяющий фактор, дело сдвинется с мертвой точки. А еще надо бы поближе познакомиться с жертвами. Вдрызг избитые, жертвами при этом они себя не признают. Почему у них нет претензий к напавшей на них толпе? Из-за чувства вины перед жителями города, или это следствие кодирования, такое же, как у их противников – желание напасть и избить? Если есть вина – в чем она заключается? И в чем жертвы виновны исключительно перед мужчинами, и почему женщины города не понимают, что происходит на их глазах?
– Ясно. Я вот что думаю. Если версия с гипнозом вдруг подтвердится – кто способен запрограммировать на единое действие мужчин целого города? Это должен быть гипнотизер экстра-класса, а их в мире – единицы.
– Или некая организация, официальная или тайная. В этом направлении тоже работаем. Сделано немало. Мы выявили всех известных гипнотизеров и экстрасенсов, российских и иностранных, сейчас выворачиваем наизнанку их прошлое и настоящее, ищем связь с Тихомировском: посещения города, родственные связи, обиды, финансовые интересы. Результат пока нулевой. По всей стране идут негласные проверки начинающих гипнотизеров, это дело долгое, но если появится ведущая к нам ниточка, нас известят сразу. Единственный в Тихомировске гипнотизер напоминает шарлатана, он работает в местном медцентре, занимается тем самым разговорным гипнозом, о котором мы говорили – «лечит» от боли, алкогольной зависимости и консультирует на правах «эксперта». Проще говоря, за большие деньги заговаривает людям зубы. С ним надо познакомиться и составить отчет, это тоже входит в твое задание.
Иван кивнул и спросил давно созревшее, казавшееся ему очевидным, но Коляусом незатронутое:
– Почему бы не применить к жертвам и участникам избиений допрос с помощью химии или того же гипноза?
– Для этого нужен достоверный свидетель вне Тихомировска. Допросить бывших избитых в городе или вывести их отсюда проблемы не составит, но мы привлечем внимание тех, против кого копаем. Спецоперации такого рода готовятся, в верхах дадут «добро», если не сработает обычное расследование. Когда кто-то контролирует сознание мужчин целого города, включая силовиков – это дело государственной важности, на кону безопасность страны.
Значит, вот почему не имевшими последствий уличными драками занимается столь солидная организация. Дело не в коррупции и не в махинациях нескольких должностных лиц, все намного серьезнее.
Коляус вытащил из чемоданчика черный смартфон без логотипа производителя и карту Тихомировска. Аппарат и, дополнительно, зарядку к нему он протянул Ивану:
– Переставь сюда СИМ-карту со своего телефона. Разговор со мной и переписка шифруются, остальное работает как обычно, в «контактах» вбит номер, с которым связаться, если я перестану отвечать. Навигация только от ГЛОНАСС. Большинство стандартных программ заменено аналогами, разберешься. Ежедневно делай на камеру хотя бы одно сэлфи со своим лицом, иначе аппарат заблокируется и превратится в оплавленный кусок пластика, восстановить не получится. Вопросы?
– Пока нет.
Коляус расстелил на кухонном столе карту Тихомировска с прилегающими районами.
– Рассмотрим на местности.
Недавно хиреющий городок, по числу населения катившийся к четырехзначной цифре, с недавних пор стремительно рос – множество рабочих рук требовали возродившийся военный завод и получавший все большую известность медицинский центр (местные говорили с придыханием: «Центр!»), выросший из обычной больницы. Застраивались новые кварталы, быстро увеличивались территории и количество зданий завода и Центра. Карта Коляуса показывала современное положение дел практически как со спутника, со всеми последними изменениями. Тихомировцы считали, что очертания города напоминают голову собаки или танк в профиль. Иван сидел сбоку от Коляуса, для него Тихомировск выглядел как рука с выдвинутым средним пальцем. «Пальцем» был тот самый медцентр, где работала Маша.
По очерченной городской территории в разных местах были разбросаны отметки в виде крестов, примерно с десяток.
– Карта мест проявления массовой немотивированной агрессии, – пояснил Коляус. – Отмечены идентифицированные места, об остальных сохранились слухи без привязки к местности. Посмотри и запомни. Найдешь систему – звони в любое время дня и ночи или, если я недоступен – сообщай на почту.
Иван всмотрелся в безумное нагромождение крестов. Никакой логики. Парк, двор, улица, перекресток, торговый центр, узкий проулок, снова дворы и улицы разного пошиба…
– Полный хаос.
– Потому и. – Коляус вздохнул, глядя на карту пустым взглядом. – По твоей просьбе я созвонился с капитаном Стольским насчет надписи. По словам Стольского, дело с этой надписью выеденного яйца не стоит. Сплошные совпадения. За ними ничего не стоит, дело закрыто, и тратить время на ерунду он больше не собирается. И другим не советует.
Иван погрустнел. Только что казалось, что одна из тайн вскроется, рано или поздно об этом заговорят, Иван узнает правду и порадуется, что в свое время именно он помог следствию.
– Лучше бы Стольский не давал советов, – тихо добавил Коляус. – Одно дело – дать заключение на основе собственного опыта, другое – запрещать совать нос. Моя интуиция просто вопит, что надо тянуть эту ниточку. Теперь меня интересует все, что касается Тихомировска.
Иван все чаще поглядывал на часы.
– Ты слышал слово «лиапата»? – спросил Коляус.
– Нет. Что это? Или кто?
– Пока не знаю. В том, что происходит в городе, это слово играет неведомую важную роль. «Лиапата» – выкрик, с которого начинались избиения., он может означать оскорбление, по какой-то причине обидное для местных, или пароль-опознаватель «свой-чужой», чтобы отсечь чужаков или, наоборот, чтобы призвать к действиям под девизом «бей чужих», или такой же пароль для совместных действий, чтобы наказать отступников некой касты, секты, масонской ложи, тайного рыцарского ордена… В общем, «бей своих, чтоб чужие боялись». И, конечно же, «Лиапата» может быть ничего не значащим кодовым словом для постгипнотических действий в угоду неведомого гипнотизера.
– Или оно может быть именем, – предложил Иван. – Вроде взывания к языческому богу, чтобы посвятить ему жертву.
– Тоже верно.
– Само слово «Лиапата» что-нибудь значит?
– В Болгарии есть экспортно-импортная компания с таким названием, еще это другое название ляписа, он применяется в медицине. Бесцветный порошок, противомикробное прижигающее средство.
– Противомикробное и прижигающее, – повторил Иван. – Второй смысл и аналогии не искали?
– В эту сторону тоже копнем, но позже, сейчас я уезжаю за границу.
– В Болгарию?
– В Лиапату.
– Есть такая страна?!
– Город. В Греции. Даже не город, а поселок, в разы меньше Тихомировска. Там проживает несколько наших соотечественников, а сам поселок считается туристическим местом. Движение интересующих меня людей идет в обе стороны. Есть вероятность, что ноги нашей проблемы растут оттуда.
– Что будешь делать?
– Сориентируюсь на месте, нужно понять, есть ли связь между путешественниками, городом, проживающими там нашими земляками и событиями в Тихомировске.
– Когда едешь?
– Машина заедет за мной через час, полечу ночным рейсом.
– А мне пора. Сначала в цветочный, затем… – Иван расплылся в блаженной улыбке.
Коляус оставался серьезным.
– Провожу, – сказал он. – Не доверяю я этому городу. Постарайся не превратиться в зомби, пока меня не будет.