Страница 62 из 94
— И ещё одна маленькая просьба… Постарайтесь сделать так, чтобы за вами не было хвоста. В прошлый раз нам пришлось удирать от Секретной Службы, и поэтому не хотелось бы повторения тех событий.
Какое-то время еврей молчит, где-то с полминуты. Я начинаю слегка нервничать, ведь он не знал о слежке, а поэтому новые вводные стали для него открытием.
— Хвоста не будет, — заверяет он.
— Отлично, на том и порешим. До скорой встречи, — я кладу трубку. — Ну что ж, Пётр Николаевич, теперь подготовка в ваших руках.
— Простите, Ваше Благородие, но вы уверены, что хотите предстать перед покупателем лично и раскрыть нашу организацию.
— Я учёл все риски, но сейчас мне нужна пыль. Очень много пыли. Если у нас в городе будет тысяча автоматчиков, то пусть Император хоть полубога посылает… У нас лес большой, найдём где их закопать.
— Соглашусь с Петром Николаевичем, — вклинивается Лилия. — Ты же и меня подставишь под удар.
— Пан или пропал, — встаю со стула и пожимаю плечами. — Хотел бы сказать, что вы вольны поступать по-своему, но это не так. Я беру ответственность за наши жизни на себя. И это моё окончательное решение.
Выхожу из дома и направляюсь к крыльцу, где десять минут назад оставил Катю.
Конечно, я сомневаюсь в своём решении, но оно мне видится самым оптимальным. Сейчас нужно сделать так, чтобы Катя с нами не поехала, и всё будет в шоколаде. Нам нельзя светить её присутствие в стенах особняка, пусть Император поищет «недобитка» и потеряет на этом время.
Шансы на успех без негативных долговременных последствий выше шестидесяти процентов, и сейчас это удачный ход. Ставки высоки, но и выигрыш соответствующий.
Альтернативным вариантом является прошлая история с подсадным «китайцем» в лице Петра Николаевича, но мне она видится спорной. Особенно в условиях засилья нечистых. С ними вообще всё непросто и многие стратегии идут по одному известному месту.
Скорее всего, еврей даже рад, что ему не придётся тащить с собой несколько тонн золота. Теперь я начинаю понимать, зачем были придуманы векселя — меняться золотом неудобно, а других более-менее легальных аналогов не прослеживается, ведь та же пыль находится вне закона.
Да и кому она нужна? Товар специфический… Мне становится не по себе, когда я думаю о том, как её производят. Однако сперва нужно проверить свою догадку, а уже потом делать выводы. В худшем случае у меня появится козырь в рукаве, а при удачном раскладе целая колода джокеров, которая в одночасье может начать революцию.
Но пока мне выгодно быть бароном, и нашим жизнями ничего не угрожает, то козырь посидит там, где ему самое место. Всегда приятно иметь в запасе весомый аргумент в споре, где на кону твоя жизнь.
Я подхожу к крыльцу и вижу Катю, которая сидит в беседке и разглядывает небо. Любит она любоваться природой, хотя что ещё ей остаётся в отсутствии смартфонов? Так бы сейчас залипала в каком-нибудь «Инстаграме» или «ТикТоке»…
Раз уж Катя меня не замечает, я решаю побеседовать с сестрой и отмазать свою новоиспечённую девушку от охоты на нечистых. Польза от неё будет сомнительная, а риск несоизмеримым. Ей однозначно лучше остаться дома, да и она сама этого хочет.
Сперва Марина соглашается неохотно — у неё в голове засела идея, что сражаться должны все, кто может. И раз Катя призыватель, то она должна поехать с нами. Её фанатизм меня напрягает, но пока что я держусь и действую при помощи дипломатии.
Мне удаётся принизить Катины возможности, рассказывая про слабость её способностей и их неэффективность против нечистых. Марина соглашается со мной и предлагает мне самому передать Кате, что она не едет. Так сказать, взять удар на себя.
Я с тяжёлым придыханием и печальным лицом соглашаюсь и иду в беседку. Последнее время слишком много притворства и слишком много лжи. Хочется уже побыть настоящим, но не получается.
По сути, ещё ни одна живая душа на этом свете не знает, что я попаданец. Внутри меня гложет чувство, которое в простонародье называют: «Вода в жопе не держится»; но я борюсь с ним…
Возможно, в далёком будущем я и откроюсь тому, кому смогу доверять на все сто сорок шесть процентов. А пока что пусть этот маленький секрет томится внутри меня и мелкими зубами пираньи поедает изнутри.
Я подозреваю, что виной этому моя прежняя личность, от которой я практически полностью отказался. Бегаю с каким-то вселенским квестом, позабыв про главную аксиому: «Живи по кайфу, ведь жизнь одна». Забавно было узнать, что на самом деле она не одна.
Сразу, как только подхожу к Кате, сообщаю ей радостную новость, что ей никуда ехать не нужно. На её лице появляется облегчение, словно она ребёнок, которого родители не взяли на скучную тусу и оставили дома. Ей так понравилась эта новость, что обнимашки случились сами собой.
Как же непривычно, что целоваться можно, а дальше идти нельзя… Интерес разгорается, как пожар в Сибири, и его точно так же невозможно потушить, ведь это становится делом принципа — завладеть этой неприступной княгиней.
Мы сидим с Катей и беседуем больше двух часов. Я рассказываю о своих догадках по поводу НКК, но она не особо верит моим словам, и это немудрено, ведь жителям Российской Империи знатно промыли мозги. Только старики помнят прошлые времена, а молодёжь слепо верит телевизору и интернету.
Как бы то ни было, у меня не стоит цель убедить Катю, я лишь хотел выговориться и поразмышлять вслух. Такой метод позволяет генерировать разные интересные мысли и отбрасывать ненужный шлак. Иногда можно побеседовать с самим собой, но тут главное на спалиться, ведь можно оказаться одетым в белый халат с длинными рукавами.
Наконец, всё готово, и мы на шести машинах выезжаем с территории особняка. Я сижу в головном «Крузаке», а Марина в третьем. Катя с бабушкой остаются дома и махают нам руками на прощание, будто мы уже не вернёмся…
Я еду первым, так как считаю себя самой сильной боевой единицей. Стреляю не сильно хуже пятёрки снайперов, автомат у меня свой, а ещё есть модифицированные наплечники, которые должны справиться почти с любой угрозой.