Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 99 из 103

— Разрывной лотос и рубящая рука, если не ошибаюсь, — хихикнул, глядя по сторонам.

И правда, недалеко стояла Мияко со своим чёртовым Эдвардом. Не думал, что так скажу, но я был рад видеть этих кретинов.

— Я тебя придушу! — крикнул Роберт, шагнув вперёд.

— Не стоит этого делать! Марк победил в поединке, хотя ваш сын был сильнее. Произошел несчастный случай, не спорю. Но тут должна разбираться комиссия. Смертельная месть в империи давно под запретом, — звонко прокричала японка.

— Да! Мы пришли это сказать! — крикнул Эдвард.

— Спасибо, мужики. А ещё — он мудак, — вставил я.

— Ха, что вы можете? Дети! Думали мы прогнемся перед бабами и сопляками? Убить их всех! Живо! — произнес Роберт.

Последние слова относились к солдатам, которые уже встали на ноги, понимая, что опасность не слишком большая.

Отец Пети вновь кинулся на меня. В этот раз у него над ухом свистнула пуля. Раздался гром выстрелов, заставив всех успокоиться.

— Тихо! Утку повторно не замораживать! Мы хотим выгул собак недорого! — крикнул какой-то мужик.

— Что??? — хором спросили все, включая меня и Роберта.

— Извините. Это мой начальник охраны. Он хорошо понимает по-русски, но говорит очень плохо, — сказала Мияко, походя ближе к нам.

— Вы обезжирены! Одно движение, и будем платить коммуналку онлайн! — снова воскликнул чувак.

— Мы вас окружили, сопротивляться бесполезно, — пояснила Мияко.

Один из бандитов дернулся. Но получил пулю в руку и взвыл, словно грязный щенок.

— И кто из нас на коне, мститель хренов! Сейчас твоя башка окажется на помойке, — произнес я, наступая на Роберта.

Тот ахнул и отошёл. Теперь главарь полностью потерялся. Казалось, его свинячьи глаза даже стали квадратными.

— Нет! — опять крикнула девушка. — Мы не будем никого убивать. Сюда должна приехать городская стража. Пусть все решает закон, — с этими словами Мияко подняла палец вверх, а Эдвард многозначительно кивнул.





У меня отвисла челюсть от этой шняги. Если здесь появятся менты, то моей шкуре точно хана. Ясное дело, что меня признают виновным, посадят, а потом тихо убьют. У Роберта чертова крыша. Только как это все объяснить? Тем более, в такой (!) обстановке.

Бандиты переглянулись между собой и стали шептаться. Я открыл рот, чтобы что-то сказать. Но тут Роберт взмахнул руками и крикнул, будто ему в задницу вставили дрель:

— Погоди, постойте! Я просто несчастный отец. У меня большие проблемы, мне нужна помощь!

— Чего? — ахнул я. Это было слишком уж странно.

— Господин, мы их порвем! — сказал кто-то.

— Что с вами?

— Погодите! — пропищала Мияко. — У него, налицо, психоз, вызванный глубоким моральным потрясением.

— Ага, скорей, потрясение жопы! — отозвался я.

И голос Роберта прогремел мощным эхом.

— Девчонка права, — крикнул он. — Я не знаю, что происходит. Кто эти люди вообще? Что мы тут делаем? Для меня нет ничего, кроме памяти о моем сыне. Прошу вас, поймите!

Бандиты ахнули, словно мелкие девки. Такого они точно не ожидали. Японцы стали переговариваться. Эдвард тупо молчал. А Мияко принялась читать лекцию о том, что при большом горе человеческий мозг дает сбои, превращая своего хозяина в безумца.

Да уж, кто б говорил. Психологиня, блин, чертова. Лучше б себя подлечила. Сидит на азиатских байках, как на наркотиках.

Несмотря на общую суматоху, я постарался собраться. Нельзя верить этому черту. Пусть хоть в ногах валяется. Шутить с таким гадом очень опасно.

— Марк, а что ты тут делаешь? — наивно спросил отец Патрика.

— Прогуляться пришел, — фыркнул я. Черт, ни магии, ни оружия, а то бы прикончил ушлепка, и дело с концом.

Поддавшись голосу интуиции, я отстранился назад. Роберт двинулся на меня, махнул рукой и выпустил из рукава странную пыль. Она напоминала тот порошок, что Патрик рассыпал на ринге!