Страница 58 из 103
Рядом стоял мужик, который резко ударил в живот. Боль разнеслась по телу электрическим импульсом. Я застонал и закашлялся.
— Хватит! А то базарить не сможет, — поправив волосы, сказал главный черт.
— Кто ты этому Марку? — повторил вопрос он.
— Дядя, двоюродный, — ответил, решив пока что не рыпаться.
— Такой родни не бывает, придурок! — прокряхтел кто-то.
Главарь заткнул бандита, и продолжил допрос:
— Решил напасть первым, чтоб не тронули вашу семейку?
— Догадливый, — через боль улыбнулся я.
— Сколько вас?
— Как говорили в древней Руси, нас рать.
Я получил по морде от помощника главаря, сплюнул кровь и заткнулся. Синеглазый лишь хмыкнул, выдержал паузу и сказал:
— Один значит прыгаешь. Молодец.
Ха еп ты, наконец-то блин оценил! Где моя грамота за успехи в боевой подготовке?
— Ты сегодня жену Кондратьева завалил, племянницу Подгорного чуть не угробил. Мою девушку… сжег, паскуда, — произнес главарь, делая акцент на каждом слове.
Я ничего не ответил. Главарь зачем-то посмотрел в сторону, а потом истерично воскликнул:
— Отвечай, нахрена! Говори, когда к тебе обращаются!
Нашелся, тоже мне, говорун. Что ж, болтать я люблю. Пришлось поддержать светскую беседу, несмотря на кровь, идущую изо рта.
— Отвечаю, когда кончаю, — тихо прохрипел я. — Думаешь, все так легко, салабон? Это война, мать твою. На войне гибнут все… мужики, бабы, котята. Надо в залупу не лезть, чтоб не плакать. Вот ты, гнида, полез. Никто тебя за писюн не тянул… Тогда в чем проблема? А за телку не парься, не ной. Новую откопаешь по-быстрому. Помойка рядом, смотри, может что завалялось.
Здоровяк, который меня избивал, замахнулся с жутким рычанием. С другой стороны подскочил еще воин. Сам главарь побелел, будто час сидел на морозе, и крикнул:
— Стоять! Отойдите! Господин Роберт должен его допросить. Нельзя гасить, что забыли?
Мужики одновременно плюнули на землю и с досадой отступили назад. Я почувствовал себя победителем. Все идет хорошо, могу выиграть время. А потом, кто же знает, завалю отца петуха.
Бандюганы попали по полной. Им можно на меня только смотреть, как на экспонат в сраном музее. Значит, все не так уж и плохо. Обязательно придумаю новый план.
Я вроде старался не рыпаться. Только синеглазый был не настолько тупой, как казалось сначала. Он в который раз окинул меня злобным взглядом. В руках у мужика показался блестящий, изогнутый нож.
— Не расслабляйся, мудила. Гасить тебя нельзя по приказу. Но на допросе глаза не нужны. Особенно такому куску дерьма, — эту фразу козел произнес с хитрой улыбкой. Я понял, к чему он клонит.
Не скажу, что совсем испугался. Но когда тебя хотят резать живьем, это слегка напрягает.
Я невольно дернулся, что было сейчас бесполезно. Бандиты вокруг захихикали, предвкушая яркое представление.
— Что рыпаешься, скотина тупая? Щас удалим тебе глаз. Говорят, это хорошо успокаивает. Вот мы и проверим, — пробубнил синеглазый. — Будешь как шелковый, обрыган.
В его руке уродливо сверкал нож. Мужик медленно шел ко мне, улыбаясь, во весь чертов рот.
— Пошел нахрен, урод! Я тебе очко через рот выдеру, — прохрипел в ответ на угрозы.
Но это уже не сработало. Бандиты ржали все громче, в голове тошнотворно шумело, смертоносная сталь приближалась с каждой секундой, чтоб пустить мою кровь.
В деревне все было спокойно. Бабуля поправила очки, прищурилась и пальнула из револьвера. С куста полетели обрывки листвы, поднялась стая птиц, которая испуганно отлетела подальше.
Бабка снова взвела курок, положила палец на спусковой крючок. Но ее остановила жилистая рука взрослой женщины.
— Мама, ну что ты опять вытворяешь? — взволнованно фыркнула Анна.
— Так, это ж самое, воробьи, — открыла рот бабушка.
— Господи, да причем вообще сейчас это? У меня сын пропал… Воробьи? Да хоть синицы с орлами!
— Дочка, все хорошо. Он же обычно-то звонит, — наивно пролепетала бабуля.
— Звонит? Вот именно, мама! По-твоему, это нормально? На фоне того, что случилось, — всплеснула руками Анна, поправив платье. — Да дай ты уже пистолет! Он все равно не поможет.
Женщина вырвала оружие из старческих рук, случайно спустив курок.
— Мяяяя, — раздалось под кустом помидоров.
— Барсик! — одновременно крикнули женщины. Потом махнули рукой и продолжили разговор.
— Аннушка, но Маркуша же такой умный. Он учится в школе для магии, — проскрипела бабуля.
— Да… а сейчас ютится у какого-то друга. За ним гоняются все городские бандиты. А он черте где! Кто знает, какая там система безопасности? Есть ли она вообще? Ой, кошмар. Я должна найти сына, во что бы это не стало.
— Как, дорогая, он же сбежал? Где искать?
— Ты права. Шататься по всей области глупо. Надо подключить подруг.
— Каких? — удивленно произнесла бабка.
— Таких! Амазонок, с которыми я росла. Если ты не забыла, то у нас мощный клан, — выпалила Анна, подняв палец вверх, а потом с грустью добавила: — Был когда-то.
— Аннушка, дай пистолет, там, кажется, скворец шастает, — отрешённо произнесла бабка.
— Ой, да какой скворец вообще, мама? Надо Надю и Ирму искать. Желательно ещё Любу и Свету, — заморочено промямлила Анна.
У нее в голове появилось много задач, которые загрузили внутренний процессор так, что он чуть не сгорел. Только бабке было плевать. Не имея возможности взять оружие, старуха подняла с земли палку, кинувшись на птиц врукопашную.
На даче была благодать. Начало осени превратило грядки в настоящий овощной супермаркет. Здесь зрели аппетитные плоды и ягоды. Пышные ветви давали приятную тень. Причем, на солнце тоже было не жарко. Лучшая пора года, когда климат наиболее комфортный для человека.
Нет адской печки или марафона дождей, не говоря уже о морозах. Живи и наслаждайся прелестями урожайного сбора. Только Анна знала, что это иллюзия.