Страница 26 из 103
Да уж, капец; это означало нечто хреновое. А с учётом того, что Анна — боевая бабища, так вообще полный мрак. Обмануть ее будет сложно. Говорить правду точно не стоит. Кто знает, как она отнесётся к тому, что я ученик чернокнижника.
Ничего не оставалось делать, как отправиться в дом. Дальше, я сидел в телефоне, ел, копался на грядках, ругался с Ини. В общем, все как всегда. Остаток дня пролетел незаметно. Вскоре стало прохладно, а солнце двинулось к горизонту.
Вечером ждал серьезный допрос. Когда солнце уже почти село, мамка загнала меня в комнату и стала давить на мозги.
— Значит, ты не можешь сказать, где именно находился полдня?! — взволнованно говорила она.
— Нет, то есть да, я сказал, — отвечал, сидя на кровати, как на допросе.
— Пойми, Марк, я, такая как ты. Помнишь, тот разговор? Думала, после этого у нас не будет секретов! А теперь ты куда-то пропал. Мы решили, что тебя похитили те уроды! Представляешь, что было бы, если б я понеслась в город и все бы там разнесла?!
— Хорошо.
— Что хорошо?
— Было бы хорошо, если б так! — воскликнул, поднимаясь с кровати. — Другого выхода нет! Мы не сможем прятаться месяцами. Так просто они не отступят. На кой хрен тебе боевые навыки, если боишься их применить?!
Анна опустила глаза и пошла к двери. Потом бросила взгляд на меня и сказала:
— Где ты был сегодня с утра?
— В манде на дальней заставе!
— Что?! Хорошо. Значит так… чтоб тебя не тянуло туда, на заставу, мы поступим вот так.
Мать вышла из комнаты и бросила на порог пару камушков. Чуть заметная синяя оболочка закрыла дверной проем.
— Эээй, погоди! Это ещё что за шутки?
Я сорвался с места, бросился к двери, но был отброшен волной энергии. Едва устоял на ногах. Удар был довольно сильным. Черт, она заперла меня в хате!
— Прости, Марк, знаю, ты что-то задумал. Не хочу, чтоб наделал ошибок. Эту ночь твоя комната будет под действием силы. Так будет лучше для всех, — виновато сказала Анна, уходя вглубь коридора.
— Э, да это ж тупо тюрьма! Ты что меня закрываешь? Мы так не договаривались, постой! — крикнул вслед, но было уже бесполезно.
Женщина спокойно ушла. На мои вопли приперлась сиседка, но она лишь пожала плечами.
— Заговоренные камни… — сказала мне Ини через мембрану. — Если трону, долбанет магией так, что мало не будет.
— Да катись ты вообще, — махнул рукой я.
— Хм, значит так? Мама была права, что тебя наказала. Слишком много тебе позволяют. Ладно, пойду в свою открытую, свободную комнату. Сладких снов.
Ини громко хихикнула и свалила. Черт, вот засада! Может, бабку позвать? Вдруг удастся ее заболтать, и она распечатает дверь? Как назло, бабушки нигде не было.
Ночь уже настала, можно было поспать, подождать еще денек-два.
Ага, хера лысого! Мне дали всего три дня на «раздумья». Мутные дятлы уже нас почти что нашли. Спать при таком раскладе опасно. Можно вообще не проснуться. И никакая магия Анны тут не поможет.
Сидя на кровати и глядя в черное стекло, я понял, что надо валить. В смысле убираться отсюда. А потом реально ВАЛИТЬ всех и каждого, выкрутив навыки капитана Раста на полную.
Только так можно во всем разобраться. Показать козлам свою силу. Сделать так, чтоб они отступили, перешли в оборону, а лучше сразу капитулировали. Другого выхода нет!
Немного подумав, я достал свою карточку. Зашибись, деньги есть. Это уже первый шаг. Руки-ноги на месте, башка пока что соображает. Недели тренировок укрепили тело сопливого школьника. Тогда в чем нахрен проблема?
Я резко рванулся к окну, не в силах сидеть на месте. Конечно, оно тут не открывается. Классика, мать его, жанра.
Ничего, у бабули есть старые стулья. Тяжелые допотопные стулья. И один из них стоит прямо возле кровати.
— Что ж, мамаша, ты напросилась. А я ведь хотел по-хорошему! — прохрипел, как следует, замахнувшись предметом мебели.
Но тут послышался странный шорох. В деревенском доме всегда много шума. Только я все равно поднапрягся. Лучше лишний раз все проверить. Вдруг, какая сволочь крадется?
Медленно развернулся назад. Так, это Барсик!
— Эй, чертов Барс, ты куда? Там того, видишь хрень эта самая, — прошипел я, махая рукой, чтоб прогнать кота.
Камушки, брошенные Анной, светились красно-оранжевым блеском. Кот насторожился. Потом он мурлыкнул и вытянул лапу.
— Э, дурак, ты чего? Мазохист что ли? — сказал, подходя к дверному проему.
Кот посмотрел на меня, как на местного идиота. Он снова фыркнул, замахнулся, как следует и двинул один из камней всей своей кошачьей силой, как хоккеист чёртову шайбу.
От артефакта отделилась молния, которая врезалась в Барсика, подняв его в воздух. Кот пролетел коридор, врезавшись в стену так, что его пухлая тушка чуть сплющилась.
В этот раз он не успел даже пискнуть… А вот силовое поле нарушилось. Оно стало мигать, как сломанный монитор в довоенном компьютере.
Я понял, что это мой шанс. Бить окно слишком шумно. И вообще, как-то не круто. А так, свалю как заправский шпион, улечу на крыльях ночи, точнее на лапах дохлого кошака, но не важно.
С этой мыслью я выждал нужный момент. И во время очередного мигания сделал резкий прыжок. Казалось, поле вернется и разрежет меня на части, как боевой лазер.
К счастью, лёгкое тело тут выручило. Выскочил на середину коридора, как ни в чем не бывало.
Фух, карточка здесь… Телефон. Все отлично! Перед уходом посмотрел на кота, точней на то, что от него оставалось.
«Ух, с дымком, аппетитно. Родина тебя не забудет», — подумал, отправляясь на улицу.
В коридоре были листы бумаги и порошок для письма. Чтоб не волновать Анну, решил оставить записку, которая выглядела вот так:
«У меня все хорошо. Пошел за хлебом. Вернусь дня через три. Может быть».
Ух, хороший я сын! Теперь все отлично.
Я выскочил из дома на свежий воздух. Небо было звездным и светлым, горело синевой, как поток местной магии.
Так, проверить артефакт Германа. Ага, вроде тут. Черт, силуэт возле сарая. Походу, бабуля здесь шастает. Да она, так и есть.
Не успел сделать пару шагов, как раздался скрипучий голос:
— Аня, куда ты пошла на ночь глядя?