Миряне

Мироедов заинтересованно взял одну акцию, повертел в руках и рассмотрел её на просвет. Увидев водяные знаки на бумаге, очень сильно удивился.

— Сто процентная защита от подделок, — объяснил я эту вундервафлю.

— А что означают эти перечёркнутые лепестки? — пробормотал он.

— Фирма Адидас, которая веников не вяжет, а если вяжет, то фирменные, — мне уже стал надоедать бессмысленный трёп.

Хочешь, чтобы твой капитал работал — вкладывайся, пока не передумал, мысленно обратился я к купцу.

— Срок полной окупаемости сто сорок дней, — я, приподнявшись, встал из кресла, — думаю, неплохо для денег, которые пылятся в сундуках. Если они конечно у вас есть.

Последней фразой я специально поддел самолюбие не последнего человека в городе. Давай папаша, не томи, мне ещё в ратушу нужно бежать, воевать с местными бюрократами.

— Интересно, — Сигизмунд положил акцию обратно на стол, — я подумаю.

— Думать никогда не рано, только бывает иногда уже поздно, — я спрятал акции обратно, — извольте выплатить гонорар за завтрашние бои.

Мироедов пожал плечами и молча вышел, надо полагать, в свои безразмерные кладовые, набитые золотом и бриллиантами.