Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 4 из 18

– Конечно, мы возьмем пива, – сказала она и закивала так рьяно, что несколько прядей волос упали ей на лицо.

Она смахнула их в сторону и одарила Юхана, как ей казалось, соблазнительной улыбкой.

Он заказал два больших бокала крепкого пива – крафтового в этой забегаловке отродясь не водилось. Пиво имело такой вкус, словно его прилично разбавили водой, отчего Анна сразу вспомнила пьянки в городских отелях во времена своей юности: праздники Люсии, школьные выпускные и тонущие в полумраке дешевые заведения с металлическими стульями, с которых так легко было вытирать разлитый во время гулянок алкоголь. Вспомнились ей и поцелуи с парнями, от которых пахло спиртным и жевательным табаком.

Потом они сравнили придуманные байки.

– Семинар по йоге. Это хорошо, – сказал Юхан.

– Встреча выпускников звучит круче.

– Марта не ревнива. Ей и в голову не придет подозревать меня в чем-то таком. По-моему, она считает меня не способным на измену, – сказал Юхан, помолчал несколько секунд и добавил: – И, мне кажется, она не поверит, что кому-то захочется заниматься этим со мной.

Анна не нашла, что ответить, и только улыбнулась.

Юхан выглядел вполне прилично, но сам явно никогда не понимал этого. Он относился к той породе людей, чья внешность с годами становится только лучше. Да и вообще, с возрастом к красоте начинаешь относиться проще, все стареют и постепенно становятся похожими друг на друга. Все седеют, у всех появляются морщины… Перешагнув определенный рубеж, уже никогда, как ни старайся, не будешь выглядеть также свежо, как в юности. И, по мнению Анны, в этом было свое преимущество – можно окончательно раскрепоститься и не заморачиваться из-за всякой ерунды. Сама она больше не чувствовала потребности ловить на себе взгляды окружающих. Например, сегодня ее почти не волновало, насколько незнакомые мужчины, например, случайные попутчики в пригородном поезде, находят ее привлекательной. Те дни, когда ее заботило мнение окружающих, давно прошли, и Анна абсолютно по ним не скучала.

Юхан рассказал ей, что он не пользовался особой популярностью в молодости. Если верить его мнению, то добрых парней, к каким он, безусловно, себя относил, женщины обычно начинают ценить после тридцати пяти – сорока. Анна не согласилась с ним, но ей пришлось отчасти признать его правоту. Анна была готова признать: в молодости она наверняка не удостоила бы его своим вниманием. Сейчас все изменилось. Он ужасно боялся сделать или сказать что-то неприятное для нее. И становился ужасно счастливым, если она демонстрировала ему свою благосклонность. Все это ей ужасно нравилось.

Она взяла его руку и крепко сжала ее, и неважно, что в эти выходные они договорились быть особенно осторожными.

– Все хорошо? – спросил Юхан.

Он смотрел на нее широко открытыми глазами и выглядел обеспокоенным.

– Сейчас я чувствую себя просто идеально, – сказала она.

Анна и представить себе не могла, что в этом отеле окажется так много постояльцев. Почему люди приезжают сюда? Среди гостей явно было несколько глубоко верующих христиан, во всяком случае если судить по Библиям, которые они сжимали под мышками. Однако они уж точно не задавались вопросом, что Бог думает об их любви к пиву даже тогда, когда молодой и довольно приятный на вид священник отчаянно пытался убедить компанию ограничиться перед занятиями только одним бокалом. Никто не обращал внимания на него.

– Может, мы уже закончим с пивом? – спросила Анна. – Я хочу прилечь.

Двое мужчин средних лет в клетчатых рубашках, сидящие рядом с ними, громко рассмеялась.

Анна недовольно вздохнула, посмотрев на них, но Юхан покраснел и глупо улыбнулся. Он допил свое пиво так быстро, что поперхнулся, и оно попало ему в нос.

Мужчины засмеялись еще громче. Анне стало вдруг стыдно за Юхана, когда он попытался вытереть пиво с верхней губы тыльной стороной ладони. Она отодвинула в сторону свой недопитый бокал и, сказав «пошли», взяла свои сумки и направилась к лифту. Торопливые шаги за спиной подсказали ей, что Юхан идет следом.

Их номер оказался самым заурядным. Помимо кровати его убранство составляли два грязно-голубых кресла и белый столик с рекламными листками и старой, но, возможно, еще нечитанной брошюрой об отеле.





Они опустили сумки на пол и начали быстро раздеваться. Лихорадочно срывали с себя предметы одежды и разбрасывали их по сторонам, так что какие-то попали на кресла, а какие-то и на пол.

Анна хихикнула, увидев выпуклость на трусах Юхана. Ей хотелось видеть ее более твердой, непристойной, почти пугающей, чтобы она от этого зрелища забыла обо всем на свете. Но неприятные мысли не отпускали. И когда она залезла на кровать и снова бросила взгляд на Юхана, у нее задрожала нижняя губа, и, несмотря на все усилия, ей не удалось сдержать слезы. Вопреки ожиданиям, эти выходные могли стать очень тяжелыми для обоих. Она не знала, кого из них больше мучила совесть – Юхана или ее саму. Они оба лгали, и Анна боялась разрушить свои собственные мечты о будущем. Те самые, где она и Юхан вместе сидели на диване, пили вино и разговаривали так же, как когда-то они это делали с Магнусом.

По взгляду Юхана Анна поняла, что он абсолютно неправильно истолковал ее слезы и считал теперь, будто это он сделал что-то не так.

– Нет, нет, все идеально, – сказала она и жестом позвала его к себе. – Я не знаю, откуда они взялись. Я действительно очень хочу тебя.

Он лег на кровать рядом с Анной и обнял ее. Но в результате она разрыдалась еще сильнее. Если бы она только могла остановить время, то сделала бы это ни мгновения не задумываясь, а потом осталась бы в его объятиях навечно.

Настроение стремительно портилось, но она собиралась поднять его любой ценой. Анна не могла позволить себе, чтобы неуправляемые эмоции разрушили прекрасные мгновения долгожданной встречи.

Она вытерла слезы рукой и заставила себя рассмеяться, пытаясь разрядить атмосферу.

– Это, наверное, из-за климакса, – сказала она, и Юхан чуть заметно улыбнулся.

Она ужасно чувствовала себя, ненавидя собственную судьбу за то, что приходилось делать. Но им некуда было спешить, худшее могло подождать до завтра.

– Как все прошло у детского психолога? – спросил Юхан и крепче прижал ее к себе.

Анна тяжело вздохнула, вспомнив о разговоре.

– Черт, извини, было так глупо с моей стороны спрашивать именно сейчас! – выпалил он. – Я просто немного беспокоился.

Отношение Юхана к сыну и дочери Анны строилось исключительно на ее рассказах о них. А они практически не сходили у нее с языка. Она знала, насколько сильно Юхан переживал из-за отсутствия собственных детей, и порой боялась говорить слишком много о Сири и Сикстене. В итоге она наконец решилась и спросила, не слишком ли эта тема для него болезненна, и тогда он ответил, что, наоборот, с удовольствием говорит с ней о детях. А еще он надеется с ними когда-нибудь познакомиться.

– Мы сможем поговорить об этом как-нибудь в другой раз, – сказала Анна. – Теперь я хочу просто лежать здесь, и чтобы ты обнимал меня.

– О’кей. Я не хотел ничего портить.

– Все нормально, мы просто больше не будем говорить об этом. Во всяком случае пока.

Она вся задрожала от удовольствия, когда он еще крепче прижал ее к себе. И пусть он не был половым гигантом, каким, конечно, хотел бы себя чувствовать, как, впрочем, все мужчины, не избалованные женским вниманием на стадии взросления, Анна никогда не осмелилась бы разочаровывать его на сей счет. В годы учебы, еще до Магнуса, она успела получить свое и знала толк в любовных утехах, но Юхан обладал чуть ли не магической способностью умиротворяюще воздействовать на ее тело и душу. Анна почти ничего не знала о хилерах, ауре и прочих эзотерических штуковинах, но когда он прикасался к ней, ее тело покидали напряжение и усталость. Всего через несколько секунд она уже чувствовала себя совсем другим человеком.

Как и сейчас.

Давление в груди, мучившее ее, наверное, уже несколько дней, почти полностью исчезло. Она снова могла глубоко дышать. Мистика какая-то. У нее не находилось других слов.