Страница 40 из 141
— Надеюсь на это. Так вот, детки. Дарен — особый одаренный. Он преследует свои цели и у него свои мотивы. На политической арене ему не будет равных. Да, именно так. Но его цели могут быть, как благородными, так и не очень. Вот. Сейчас размер его меры — семь. Это очень хороший показатель для нашей школы. Вот. Запомните, сумма — очень сложная материя. Она будто имеет разум и…
Зевки.
— Да чтоб вас, детки! Вот! Дарен, продолжай…
— Данке, учитель. Денис, не покажешь нам на что способен? Ты один из сильнейших в школе, мы бы глянули.
Дэн выпячивает грудь, кичась перед Ярой, которая, кстати говоря, не кажется такой уж и подавленной после смерти своего бойфренда. Даже на меня не смотрит, что несколько ущемляет мой мальчишеский азарт. Но да ладно.
— Зачем мне метать бисер перед свиньями? — кладет Дэн руку на голову Севы.
— Потому что я тебя прошу Дэн. Ради нашей дружбы, — добродушно улыбается Дарен. — С меня небольшой должок. Да и паренек отдохнет от твоей сильной хватки.
— Да ему нормально. Правда же, Сифа?
Дэн сжимает «братские объятия».
— Да, Ден… Денис Аркадьевич.
— Вот молодец. Ладно, так уж и быть. Покажу.
Дэн встает перед нами, смотрит мне в глаза:
— Смотри внимательно, щенок.
Ученики разом разворачивают головы, глазеют на меня. У многих в глазах страх и сочувствие.
Не отвечаю, лишь слегка усмехаюсь.
— Данке, Денис. Учитель, можно же мне объяснить? Так сказать, для подрастающего поколения.
Герман Афанасьевич отмахивается своими сардельками:
— Конечно, Дарен. Вперед. Хуже уже не будет.
— Да ладно вам, не преувеличивайте. Ну что, дамы и господа, идем дальше? Денис — чистый славянин. Словянинее просто некуда.
Кто-то неуверенно смеется. Дарен продолжает:
— А славяне у нас идеальные алхимики. Магичат с ингредиентами, придавая им особые свойства. Полностью меняют их структуру. Умники ученые разводят руками, изучая напитанных магией толченных жуков.
— Дарен, — морщится Дэн. — Не трать мое время. Мне еще Сифу сегодня тренировать.
Замечаю, как скукоживается Сева. Он наконец-то смотрит на меня. Шевелит губами. Хм, говорит «помоги»?
Помогать? Зачем? Когда мне нужна была помощь в столовой, он просто свалил, поджав хвост. Потом даже Сэма с Аканой испугался, не пожав мне руку. Слабый, забитый, никчемный. Нет, к таким я не отношусь с пренебрежением. Это нормально быть слабым. Отвращение у меня вызывают те, кто понимают свою слабость, но ничего с этим не делают. И даже когда выпадает шанс, они скулят, прикрываясь надуманными причинами, защищаясь ими, оправдывая свою немощность. И Сева уже показал мне, что не просто слабый. Он хочет быть слабым и незаметным. И судя по взгляду, он считает меня виноватым в своих проблемах. Мол, помоги, это же из-за тебя меня повязали.
Отвожу от него взгляд, смотрю на более интересную личность. Сына главы клана Новая Сила — Дэна. Дарен продолжает:
— Хорошо, — кивает, улыбается. — Короче, Денис не захотел варить зелья. Как и весь его клан Новая Сила. Они стал изучать магию тела, к которой не предрасположены. И знаете что? У них неплохо это получилось. Правда, никто не любит говорить, что вся Новая Сила сидит на исталских зельях, как наркоманы.
— Ты нарываешься, — рычит на Дарена Дэн.
— Что? — наигранно моргает тот в ответ. — А, это нельзя было говорить? Но почему? Ведь все знают. А еще из-за этого члены Новой Силы часто болеют и живут недолго. Лет до сорока, вроде.
Дэн делает шаг к Дарену и тот поднимает руки:
— Больше не буду. Правда не знал. Мир, дружба?
— Посмотрим на твое поведение, — щурится Дэн.
— Понял тебя. Так вот. Денис, жахни посильнее.
— Без «б».
Тело Дэна мгновенно наливается красными красками. Он становится шире и даже чуть выше. Теперь передо мной не какой-то школьник, а перекаченный амбал.
Дарион кивает:
— Это называется сумма тела типа сила. Бафает себя, короче. Ману тратит на физическую силу. Ну тут все понятно. Мана увеличивает мускулатуру. Правда, нагрузка на организм такая, что можно развалиться на части. У Дениса, кстати, тоже семерка по количеству маны. И сейчас мана у него стремительно опустошается. И чем больше он двигается, тем сильнее эта растрата. Денис, на сколько тебя хватит?
— Минут на пять. Если с предельной нагрузкой, минуты на две-три.
— Покажешь, что можешь?
— На ком? — хмыкает Дэн, нагло пялясь мне в глаза. — Может на Сифе? Сифа, хочешь?
Сева трясется.
— Н… не…
— Плохо. Придется с тобой перетереть о важности практических тренировок.
Смотрю в глаза Дэну, спокойно улыбаюсь. Его это видимо бесит, он разворачивается, подходит к тяжелому металлическом манекену.
Удар!
Мне кажется, или я только что видел искры? Весьма впечатляет. Без понятия, как можно выбить рукой искры из металла. Да и бандура эта весит тонну, не меньше.
Дарен одобрительно качает головой.
— Манекену кабздец. Был бы это человек, его разнесло бы на части. Гляньте на руку Дениса.
Смотрю. Вижу капающую кровь, выбитые костяшки.
— А вот это уже последствия.
Учитель вздыхает и явно скучает. Ему бы про разум и логику, а тут мышцы. Он вытаскивает из-за пазухи книгу, начинает читать.
Дарен продолжает:
— Быть сильным — не значит быть выносливым. Как в игре. Че ты сможешь сделать своим большим топором, если разваливаешься без хитпоинтов?
Учитель решает занудно вставить свое:
— Вот! Поэтому вторая направленность Дениса — сумма тела: выносливость. Подтип: регенеративные свойства организма.
Дарен кивает:
— Ага. Вы гляньте на его лапень. Кровь уже не течет, а раны затягиваются. Так что Денис у нас танк сбалансированный. Качает и силу, и выносливость. Конечно, цена для этого… большевата. Люди еще не привыкли к такому. Тысячи лет жили без магии, а тут на тебе.
— Нормальная цена. Успею красиво прожить, — усмехается Дэн, возвращая тело в исходное состояние. Я замечаю, как он старается тяжело не дышать.
— Денис, сколько ты потратил маны?
— Меры что ли? Пятую часть где-то. Часок поспать и восстановлюсь.
Руку поднимает Лика:
— А что бывает, когда мана кончается?
Дэн нагло осматривает Лику, ухмыляется:
— Херово себя чувствую. Усталость такая, что даже сексом не заняться. А что? Ты хочешь попробовать истощить мой сосуд, детка?
Силачи ржут. Я же буквально делаю «фейспалм». Лика краснеет, но спрашивает еще:
— У всех одинаковые последствия этого истощения? У хитрецов также?
— У всех одинаково, детка.
— Понятно, спасибо.
— Данке, Денис, — улыбается Дарен. — Отличная демонстрация мышечных бугров. Без преувеличения.
— Не за что, братан. Это тебе не людей за нос водить.
— Ага, точно.
— Окей. Ладно, парни, погнали. Сифа, заждался, наверное? Пойдем, научу тебя драться. Может тоже в себе что-то пробудишь. Ты же не против, а?
Вижу, как Дэн обнимает «по-братски» Севу, сжимает его так, что парнишка краснеет.
— Не против же?
— Пр… пр…
Краснее еще сильнее.
— Не понял?
— Пр… не…
— Во. Знал же, что не против. Мы с тобой станем лучшими друзьями.
Дарен и учитель будто и не видят, что происходит. Странная школа. Только беляки из моей группы смотрят на него с жалостью. Вон Лика морщится. Даже глаза слезятся. Или мне кажется, и это от стыда после тупых подколов Дэна?