Страница 44 из 73
— Да для чего же тебе дан нюх! — Всё больше гневался Хати, из-за совершённой его дочерью, такой банальной и непростительной ошибки. — Да любой несмышленый щенок унюхал бы, что перед ним находится не живое существо из плоти и крови, а мираж! Попасться, так глупо на технику Миража!
Все свои гневные высказывания и возмущения, глава рода Фенрира, выплёскивал из себя вместе с потоками бесконтрольно вырывающейся наружу энергии. И вся эта энергия била, в защищавший арену энергетический купол с такой силой, что тот, пойдя мелкой рябью, даже стал немного прогибаться в местах удара вовнутрь арены.
Все, кто находился в этот момент в королевской ложе, вместе с потерявшим над собой контроль Хати, поняли, как же им несказанно повезло, что в этот момент своей ярости, король Глейпнира был обращён лицом к арене, а не к ним.
— Успокойся брат. — Сколль быстро положил свою тяжёлую руку на плечо Хати, и с силой сжал на нём свои пальцы. Ведь только боль сейчас могла немного успокоить, всё больше и больше терявшего над собой контроль первородного чистокровного оборотня, который в пылу своей ярости, легко мог разнести и уничтожить всю Климену. Только боль, усиленная потоком энергии, выпущенной через вонзившиеся в плоть когти, могла заставить главу рода Фенрира, снова начать вести себя как здравомыслящий, расчётливый человек, а не как дикое обезумевшее от ярости животное. — Это ведь ещё не конец.
То, что это ещё не конец поединка, прекрасно видели все, кто за ним наблюдал. Ведь за то время, что Хати бушевал, на арене успело много чего произойти.
В тот момент, как до Ананке дошло, что перед ней находиться не Тайтикор, а созданная им техника Миража, по-прежнему, находившийся, буквально в метре позади миража, в ледяном плене юноша, активировал ещё одну Печать Силы. Ту самую печать, которую он создавал в момент, якобы своего панического дёргания, в безуспешных попытках освободиться из сковывавшего низ его тела льда.
Братство Клыка научило младшего сына семьи Зекавар не только искусству боя и созданию различных техник. Оно научило юношу думать, хитрить, обманывать, притуплять бдительность противника. А главное — Братство Клыка научило его изворачиваться из любых, казалось бы, безвыходных и безнадёжных ситуаций.
Когда Тайтикор бросился бежать к Ананке, его главной целью было, сократить расстояние до ближнего боя. До такого расстояния, когда длинное копьё девушки теряло своё преимущество над его короткими клинками.
И теперь, когда Тайтикор, из-за попадания в ледяной плен, не мог завершить своё сближение с Ананке, та, сама это сделала за него. Причём в своей гордыне, и в полной уверенности в своих силах и своей победе, принцесса даже не заметила, как её противником была создана техника Миража.
Впрочем, этого не заметил и никто из зрителей. Разве что, только самые сильные мастера боевых искусств, наблюдавшие за поединком и знавшие эту технику Миража, смогли успеть стать свидетелями того, что Тайтикор, создал свой мираж.
Хоть созданная юношей техника Миража и была слаба по своей силе, но и даже этого уровня техники хватило, чтобы отвести глаза, всем несведущим в происходящем на арене зрителям, от Тайтикора на его мираж.
И будь Ананке в этот момент более внимательна, и хотя бы, немного больше сосредоточена на поединке, то легко бы заметила, что произошло. Вот именно по этому, так и бесился Хати. Прекрасно, знавший свою старшую дочь, которая, ни за что бы, и ни когда, не допустила, чтобы её смогли обмануть такой не самой сильно техникой Миража.
Похоже, что даже сам Тайтикор не верил до конца и не ожидал, что у него получиться обмануть свою сильную и опытную противницу. Так что, когда его уловка сработала, это оказалось и для него самого неожиданностью. Из-за чего он потерял драгоценное время и не сразу, как того требовалось, для успешной реализации задуманного, активировал, начерченную, прямо вокруг него, на поверхности сковавшего его льда Печать Силы.
Уровень мастерства, на котором сейчас находился младший сын семьи Зекавар, не позволял ему ещё одновременно удерживать активными сразу несколько техник. Так что, активируя, начерченную на ледяной поверхности Печать Силы, его контроль над созданным миражём был потерян, и тот тут же рассеялся. И вместе с пропавшей техников Миража, пропал и создаваемый этой техникой отвод глаз. И теперь все, для кого было скрыто настоящее местонахождение юноши, прекрасно его увидели. Но это уже было не важно.
Не важно, для самого Тайтикора, который, одновременно со своим появление на всеобщее обозрение, активировал Печать Силы, в ледяном центре которой он находился.
Вспыхнувшая, ярко синим энергетическим контуром Печать Силы, оставляя за собой золотистый след, стремительно погрузилась внутрь наполнявшего прорубь, а если быть точным, то, яму на арене льда. В ту же секунду, весь некогда цельный лёд вокруг Тайтикора, разделился на сотни, плотно прижатых друг к другу, направленных остриями в небо ледяных клинков. И вся эта масса клинков, сохраняя свою плотность прижатия, друг к другу, стремительно вылетев из ямы, ударила, словно огромный, ощетиненный ледяными остриями кулак в Ананке.
Буквально уже в последний момент, принцесса, усилив скорость своих рук, выбросом энергии, крутанула перед собой копьём. Сделав единственное, что сейчас она только успевала. Ведь на создание Печати Силы и техники у неё не было времени. Да этого времени у неё не было, даже для того, чтобы просто, банально, отпрыгнуть в сторону.
Хоть копьё и успело сделать всего лишь один оборот перед Ананке, но благодаря этому обороту, были сбиты все ледяные наконечники мечей. Так что последовавший после этого по воительнице удар, был нанесён уже тупыми клинками. Но сила этого удара была такова, что девушку отбросило назад не меньше чем на двадцать метров.
Выпрыгнув из ямы, Тайтикор стал быстро шагать, к упавшей на снег арены Ананке. Хоть нанесенный его техникой удар и опрокинул принцессу, но юноша так и не услышал звонкого звука разбиваемого кристалла защиты и не увидел происходящей при этом яркой голубой вспышки. Всего того, что свидетельствовало бы о поражении принцессы, и о его победе. Так что поединок ещё не был закончен.
— Надеюсь, это будет ей уроком. — Вместо того чтобы проявить хоть какую-то тревогу по поводу своей дочери, получившей только что весьма такой не слабый удар, Хати наоборот, даже довольно сощурился.
И по кивку головы, и немного хищному оскалу на лице Сколля, стало ясно, что тот был полностью согласен со своим братом. Да по-другому, то и быть не могло среди тех, кто признавал только силу, и презирал любое проявление слабости.
Ананке и сама была собой не довольна. И в первую очередь не из-за того, что она недооценила своего противника. А из-за того, что она просто, банально, проявила к своему другу жалость. Забыв про то, что на эту арену вышел вовсе не юноша, с которым она дружила с детства.
На эту арену, вышел не Тайтикор, которым она дорожила. Которого знала лучше, чем кого-либо. Которого уважала, ценила и любила, как друга.
Сейчас на этой арене находился вовсе не её друг Тайтикор. Здесь находился воин. Тот, чьей целью было, не просто её победить, как побеждает воин в поединке своего противника. Это был воин-самец, желавший победить и подчинить её себе.
И вот поняв теперь всё это, осознав свою ошибку, Ананке откинула прочь всю жалость и все сомнения. Теперь она готова была не просто сражаться, лишь только для того, чтобы не дать Тайтикору одержать над ней верх. Теперь для неё была важно только победа. Победа, которая поставит, решившего взять её силой глупца на место.
За секунду красавица была уже снова на ногах. И хищная улыбка, такая же, как часто бывала на лице её отца, дала понять приближавшемуся юноше, что зря он всё это затеял.
— Похоже, он её разозлил. — Довольно улыбнулся Хати, прекрасно поняв, что сейчас произойдёт.
Начавшийся обмен энергетическими ударами, развеиваемыми или отбиваемыми защитными техниками, создаваемыми в противовес атакующим техникам, происходил с поистине невероятной скоростью и интенсивностью. С настолько невероятной, что у Ютиаса, и у всех остальных, кто с ним вместе оказался в седьмом королевстве, а так же у заполнявших трибуны зрителей, создалось впечатление, что на арене сейчас сражаются друг с другом вовсе не два противника, а как минимум — по десять противников с каждой стороны.