Страница 42 из 73
С момента создания Печати Силы, позади младшего сына семья Зекавар прошло не больше двух секунд. И не успели зрители ещё ничего осознать, и проявить какие-либо эмоции, по поводу происходящего, как юноша, активировав печать, применил уже свою технику.
Стремительно теряя форму, Печать Силы стала выливаться в кристально-синие потоки энергии, которая, со всех сторон обтекая Тайтикора, устремилась в направлении Ананке. Уже перед юношей потоки энергии соединялись воедино, образовывая гигантского размера ледяной клинок. И этот созданный техникой младшего сына семьи Зекавар ледяной клинок, по своим размерам больше подходивший для сражений с великанами, в атакующем ударе летел прямо в юную воительницу.
Не удержавшись от своих эмоций, Тайтикор даже улыбнулся в тот момент, когда созданный его техникой трёх метровой длины ледяной клинок, устремился навстречу Ананке. Да и как ему было не улыбнуться, ведь это была его победа.
Но в тот момент, как только ледяной клинок был послан в девушку, перед наконечником её копья меньше чем за секунду появилась, такая же, огромная Печать Силы, какаю, только, что могли все зрители видеть за спиной её противника. Причём, Печать Силы Ананке была собрана воедино из разбросанных в воздухе частиц энергии, в два раза быстрее, чем это было сделано у Тайтикора. И именно в эту Печать Силы, а верней в созданный техникой принцессы энергетический щит и ударил ледяной клинок младшего сына семьи Зекавар.
От столкновения двух техник, атакующей и защитной, прогремел мощный энергетический взрыв. Энергетический щит Ананке и ледяной клинок Тайтикора развеяло, как будто их вообще и не было. При этом взрывной энергетической волной юношу отбросила назад через всю арену, прямо до входных ворот. И будь он обычным человеком, то после такого, не меньше, чем сто метрового полёта по воздуху, и произошедшего после этого, довольно жёсткого падения, вряд ли бы он остался жив. А если бы и остался жив, то многие из его костей были бы переломаны, так это уж точно.
В отличие от своего противника, Ананке смогла остаться стоять на ногах, хоть её и протащило назад по снегу не меньше чем на тридцать метров. И то её не постигла участь юноши только лишь из-за того, что созданный её техникой энергетический щит, хоть и был развеян энергетическим взрывом, но основную свою задачу он успел выполнить. Отразил удар техники Тайтикора и перенаправил большую часть взрывной энергетической волны, прочь от находившейся за ним девушки.
— Почему она применила защитную технику!? — Возмущённо взревел Хати. И было не понятно, от его ли рыка задребезжала стоявшая на столе посуда, или от удара энергетической взрывной волны, по сильно завибрировавшему защитному энергетическому куполу, окружавшему арену.
Бедный Мишкен, делавший в этот момент глоток, из наконец-то, притянутого им к себе золотого графина, перепугано глотнул лишнего и чуть не захлебнулся. При этом невероятно вытаращенными, испуганными глазами, он уставился на, явно находившегося не в лучшем расположении духа короля. Надеясь, что тот на него не обратит внимания. Верней не на него самого, а на находившийся в этот момент в его лапах графин.
Но тут брак, наконец, распробовал вкус, только что выпитого, а верней, поспешно проглоченного, королевского напитка. И морда его стала настолько перепуганной…
Той скорости, с какой Мишкен вернул обратно на стол золотой графин, позавидовал бы любой мастер боевых искусств. От желания пройдохи, что-нибудь ещё стащить для дегустации, из того, что пили и ели король Глейпнира и его брат, не осталось и следа. С него ведь хватило и того, что он только что, по своей глупости, ну, или жадности, глотнул. И вообще, с его стороны было полной наивностью и недальновидностью рассчитывать, что глава первородных чистокровных оборотней будет пить какое-то там, вино.
И в то время как брак, полностью разочарованный в своих ожиданиях, отведать самого прекрасного напитка этого королевства, с перепуганной мордой отодвинулся подальше от стола, зрители на трибунах арены взорвалась криками восторга и оваций. Да и как могло быть иначе, когда только что они стали свидетелями создания и применения одних из самых редких и сильных техник, которыми владели лучшие мастера боевых искусств их королевства. Очень редко ведь кому доводилось быть свидетелем применения таких мощных техник. А кому и доводилось, то буквально единицы из этих «счастливчиков» оставались после этого в живых. Ведь и сейчас, только благодаря окружавшему арену защитному энергетическому куполу, половине зрителей, так это уж точно, посчастливилось остаться в живых. Докатись ведь до зрительских трибун взрывная энергетическая волна, то ушибами и переломами, вряд ли бы только обошлось.
— А он крепче, чем кажется. — Довольно сверкнул глазами Сколль, когда Тайтикор стал подниматься на ноги.
— Просто Ананаке ещё его не атаковала. — Недовольно заметил Хати, бросив рассерженный взгляд на старшую дочь. Не этому ведь он её учил. Не этому. — Надеюсь, она уже наигралась, и покажет, наконец, этому мальчишке, чья она дочь.
— Ты как всегда, думаешь только о себе. — Усмехнулся брату Сколль.
— Ни о себе! — Недовольно рыкнул Хати. — А о чести и репутации нашего рода!
— Хвала Фенриру, что ты таким же способом, как это делает Ананке, не выбирал себе жену. — Несмотря на недовольство и рычание брата, продолжил улыбаться Сколль. — А то, так бы и остался один и без наследниц.
— Надеюсь, ты всё сказал. — Отвернувшись от Сколля, Хати обратил всё своё внимание на арену, дав этим самым понять, что разговор на эту тему закончен.
На самом же деле, Хати и самому, не нравились все те условия, которые были выдвинуты Ананке относительно кандидатов, желавших стать её мужем. Поначалу, он, конечно, с радостью и даже, каким-то охотничьим азартом, воспринял сделанное его старшей дочерью предложение, а верней, даже ультиматум, что только тот, кто сможет её победить, станет её мужем.
Но уже несколько лет, никто так и не смог победить Ананке. И Хати начал опасаться, что так и не найдётся достаточно сильного и умелого воина-охотника, сделать это. Победить и подчинить себе его дочь.
Естественно, ему нравилось, что его старшая наследница была сильна и одерживала победу за победой над самыми лучшими и сильными воинами его королевства. Ведь своими победами, Ананке поддерживала грозную репутацию их рода. Рода, у которого могло и не быть будущего. Ведь любой род продолжает своё дальнейшее существование с рождением наследников. А об этом можно было и не мечтать, до тех пор, пока у Ананке не появиться муж.
Единственное, чего не понимал, а верней не знал Хати о своей дочери, так это то, что она хотела не просто быть побеждённой, тем, кто оказался сильней её.
Ананке хотела не просто покориться сильному самцу. Она хотела любить и быть любимой. Но все, кто выходил с ней сражаться на арену, желал её просто победить, завоевать и покорить. Ну, разве что, Тайтикор показал, что у него есть чувства к ней.
Но проблема была в том, что у самой Ананке не было таких же, ответных чувств к младшему сыну семьи Зекавар. А тот, к кому у неё неожиданно, даже для неё самой, совсем недавно, появились эти чувства, увы, никак не мог победить её на этой арене. А по-другому, ведь, уже никак нельзя было. Это ведь была уже не просто девичья прихоть или каприз. Это был уже принятый перед богами и основателем их рода Фенриром — свадебный обычай.
Видно таким способом, принятием этого, касающегося именно Ананке, свадебного обычая, шаманы и старейшины, а так же главы самых знатных семей королевства, решили проучить строптивую и своенравную принцессу. И никто теперь, даже её отец, король Глейпнира, глава рода Фенрира, не мог этот свадебный обычай отменить.
Но и кому-то специально поддаваться на этой арене, даже если этот кто-то был мил её сердцу, Ананке не могла. Обычай ведь принятый перед богами и Фенриром, был не просто пустыми словами. Вовсе нет.
Непонятная сила, или энергия, одним словом — что-то, заставляло Ананке, выходя на арену, биться до конца. Биться до победы. И девушка догадывалась, что это была за сила.