Страница 50 из 109
Парни мои опасения поддержали. Поэтому с завтрашнего дня, то есть с двадцатого сентября бригада будет выдвигаться в точку посадки на Эльпидифоры. Ну а я, пользуясь случаем, решал рвануть в Армянский базар. И вопросы все обговорить и Ласточкину повидать. Ведь за всей этой суетой несколько дней ее не навещал. Но когда я озвучил свои намерения то вдруг оказалось, что отношение людей к командиру поменялось. Блин! Еще совсем недавно мои ухари, не моргнув глазом с легкостью запихивали Чура в бронепоезд или отпускали в пешую прогулку по вражеским тылам. Для них это было само собой разумеющимся. Дескать командир всегда должен быть впереди на лихом коне.
А сейчас Буденный, переглянулся с Михайловским и крутнув отрастающий ус, уточнил:
— На чем думаешь ехать?
Я пожал плечами:
— На байке мотнусь. С Бергом. За час, если не быстрее, доедем. Это ж не лошадка…
И получил отлуп:
— Не пойдет. Наши-то патрули, намедни, банду в два десятка голов прищучили, а ты тут почитай только с Женькой катить собрался.
Удивившись ответил:
— Семен ты что? Банду аж в тридцати верстах отсюда накрыли…
Но казака поддержал комбат-3 Городецкий. Неуемный поляк сразу начал с наездов:
— Брось, командир. Правильно Семен Михайлович говорит! Ехать надо на грузовике с охраной. Ты ведь теперь не просто комбат, а цельный комбриг! Это по-старому считай — генерал! — на секунду задумавшись он (похоже неожиданно даже для самого себя) добавил:
— И броневик взять.
На мое слегка матерное удивление, шумно ответили остальные участники совещания, а зампотех Збруев присовокупил:
— «Пятерке» после ремонта все равно обкатка нужна. Так что она и поедет.
В общем, дальше спорить я не стал и успокоенные соратнички меня отпустили. А пока ехал, помимо прочего, еще обдумывал пришедшую в голову мысль. Вот ведь правильно говорят, что сначала ты работаешь на репутацию, а потом репутация работает на тебя. И сегодня произошел знаковый диалог. Получается, что больше никому ничего доказывать не надо. Смелость подтверждать, влезая в самое пекло, тоже не надо. Отношение ко мне изменилось, и ребята этого просто не допустят. Блин такое впечатление что даже если я в панике рвану прямо с поля боя с криками «а-а-а, мы все умрем!» народ это опишет как — «наверное, командир, за патронами побежал». С одной стороны, приятно — уважают черти! Но с другой, особо почивать на лаврах все равно не выйдет. И новеньких много, перед которыми по любому надо хвост распушать, да и обучение личным примеров завсегда гораздо действеннее. Просто не хотелось бы уподобляться замполитам Советской армии, которые вместо «Делай как я!» всегда говорили: «Делай как я сказал!».
Под эти размышления мы и доехали до места где я и развил бурную деятельность ставя начальство перед фактом скорого убытия бригады в немецкий тыл. Заморочек и согласований было много, но до ночи управились и у меня наконец появилась возможность навестить свою зазнобу.
А ранним утром двадцать пятого сентября (небо чистое на воде легкая зыбь) стоя рядом с командованием фронта, мы наблюдали погрузку бригады на морские транспорты. Шум и ор стоял до небес. Сквозь этот гам, от стоящей в очереди на погрузку роты, доносились переливы гармошки и задорный звонкий голос выводил частушки на злобу дня:
— Плывет яблочко
Да мимо пристани
Сговорились беляки
Да с анархистами
Народ заржал, а певец продолжил:
— Эх яблочко
Да Чуром брошено
Берегись немчура
Гость непрошенный*
*Автор стихов — Шрек.
Вот под это разудалое «Яблочко» и происходила погрузка бригады. Комиссар, чуя момент, когда уже рота начала грузиться, парня с гармошкой специально притормозил. Так он и играл, стоя на берегу, явно прямо на ходу придумывая куплеты.
И когда уже отчаливали, на палубе, ближе к носу (то есть, мля, к баку) слышались отголоски хулиганской песни. А я, стоя на корме помахал рукой оставшимся. При этом глядя, как Сталин усаживает Лену в свой автомобиль, усмехнулся. Вот что значит — ответственный человек. Вчера я попросил грузина приглядеть за невестой и тот быстро обдумав предложение, сразу выдал:
— Я ее, пожалуй, в свой дом забэру. С Надэждой ей весэлее будэт. У нас в доме есть теплый флигэль, там Елэну Мыхойловну и посэлим. Сэгодня же все прыготовим для переезда. И охрану свою добавлу. Так что нэ волнуйса — как за младшэй сыстрой смотрэть буду. Ти не против?
Тут уж я был совершенно не против, поэтому оставлял невесту с легким сердцем. Виссарионыч уж точно никаких косяков не допустит. Успев его достаточно узнать, можно с уверенностью говорить, что этот человек всегда держит слово. Да и профит свой имеет. Ленка вовсю учит маленькую Аллилуеву жизни постепенно отводя девчонку от упоротого радикализма в сторону грамотной хранительницы очага. Сталин от этого аж кипятком писает и по-моему даже готов тупо запирать девчат вместе, лишь бы они подольше общались. Так что мое предложение для него было словно манна небесная.
В общем, поглядев на отъезжающие автомобили, пошел к своим ребятам. А впереди нас ждала бухточка контрабандистов и множество интересных и как мне очень хочется думать весьма доходных дел.