Попутный катафалк

Крепкие кулаки

На совещании Михаил доложил результаты, полученные за вчерашний день. Павел опросил больше половины персонала клуба, но все заявляли, что ничего не знают и никогда не видели подобной куртки. Была бы она яркого цвета, а то неброский бутылочный.

Фесенко дополнил сообщение Михаила новыми сведениями. Паспорт Виста фальшивый, адрес прописки тоже. Привозили Виста в наркологический диспансер люди из ночного клуба, забирали труп тоже, прямо из реанимации. Два человека в форме охранников. Одни и те же.

– Что будем делать? – обратился Манюня к присутствующим, когда выслушал сообщения.

– Искать людей, которые привозили Виста в диспансер и забирали труп, а также тех, кто отвозил в крематорий, – предложил Михаил.

– Мы не тем занимаемся! – не согласился Фесенко. – Зациклились на каком-то наркомане. Они мрут, как мухи. Лучше разобраться с дубленкой. Предположим, этот Комков случайно увидел в другом клубе человека, который его грабанул. Тот испугался разоблачения и его зарезал.

– А как быть с Сущенко? – задал вопрос Манюня.

– Комков мог вызвать Сущенко на подмогу.

– Но Сущенко он прикончил первым.

– Это наша гипотеза, так как мы нашли труп в шкафу. Как развивались события в действительности, никто не знает. Возможно, убийца перехватил Сущенко в коридоре, убил там и попытался спрятать в шкаф. А Комков уже лежал убитый у стола. Возможно, он собирался спрятать в шкаф и Комкова, но потом отказался от этой идеи. Шкаф тесный, а ребята тяжелые.

– Звучит правдоподобно, – согласился Манюня.

– Есть и другая правдоподобная гипотеза, – не сдавался Михаил. – Друзья Виста заподозрили убийство. Они пригласили охранников, которые возили Виста в диспансер для беседы. Когда они получили (или не получили) информацию, то прикончили по одному. Кто может возразить против того, что Вистом занимались Комков и Сущенко.

– Я могу! – заговорил Карпенко. – Они новые люди в заведении.

– Во-первых, с Вистом мог быть просто несчастный случай. Человек впервые попробовал морфий и по неопытности обкололся. Тогда нет никакого криминала. Можно привлечь и новичков.

– Но они в разных сменах.

– А кто это проверял? Сущенко снимает комнату рядом с клубом. Позвать его – десять минут, чтобы не оголять клуб.

– Итак, у нас есть две гипотезы. Обе одинаково правдоподобны, но гипотезу Михаила легче проверить. Ищите охранников, которые занимались Вистом.

– Эту информацию никто не выдаст без Гопы, – заметил Фесенко.

– Я договорюсь с ним о встрече с Михаилом, – согласился с доводом Фесенко Манюня.

– Только не говорите, о чем я собираюсь его спрашивать, – предупредил Михаил.

– Естественно. Не нужно давать ему возможность подготовиться.

Манюня поднял трубку и дал задание Ольге:

– Соедини меня с Гопшовским по мобильному. Зайди, дам тебе номер.

Манюня полистал ведомственный телефонный справочник, записал номер в отрывном блокноте и передал Ольге листок через Карпенко.

– Все свободны, кроме Михаила. Спасибо!

Когда Фесенко и Карпенко покинули кабинет, Манюня обратился к Михаилу:

– Небольшой инструктаж, пока Ольга набирает номер. Пойдешь с Карпенко, одному нельзя. Гопа мастер провокаций. Постарайтесь избежать ссор или конфликтов. Только вопросы и фиксация ответов. Он пользуется своими депутатскими полномочиями, как бандит кастетом.

– Ясно!

– Если откажется отвечать, то это тоже результат. Вызовем в прокуратуру официально….

В этот момент Ольга сообщила, что переключает телефон на Манюню.

– Григорий Борисович, добрый день! Беспокоит Манюня. У меня неофициальная просьба принять на четверть часа моих людей. Повод ты знаешь. Не твоя ли газета критикует прокуратуру за бессилие в следствии по делу об убийстве Комкова и Сущенко. Ничего нового, только новый руководитель следственной бригады. Гречка Михаил Егорович. Настаивает на разговоре с тобой. Я не могу отказать, да и в твоих интересах тоже. Согласен, что дело пора закрывать. Возможно, мы так и сделаем в ближайшее время. Еще несколько мелких вопросов и можно закончить. Мы не хотим критики и обвинений в небрежности с другой стороны. Ты меня понимаешь…. Вопросы на месте. Это твое право. Тогда договорились. В два часа дня в «Элита клаб». Спасибо за сотрудничество.

– Согласился? – уточнил Михаил.

– Да. Только не дает гарантий, что будет отвечать на вопросы. Но выслушает их внимательно.

– Иногда отсутствие ответа красноречивее, чем ответ. Спасибо ему и за это.

– На всякий случай Карпенко ни слова. Он человек новый. Пусть только сопровождает тебя. Эффект неожиданности должен быть полным. Результат доложи сразу.

До встречи с Гопшовским оставалось больше двух часов. Даже с перерывом на обед оставалось много свободного времени. Михаил вместе с Карпенко отправились к Фесенко. На фальшивом паспорте должна быть подлинная фотография Виста. Нужно было срочно разыскать паспорт Виста и сделать копию с фотографии. Возможно, в картотеке Тризны также есть фотография Виста, раз он там присутствует. Михаил до этого только сейчас додумался. Можно было бы обсудить вопрос на совещании, теперь приходилось ехать в Управление.

– Вы что-то здесь потеряли? – встретил их не очень доброжелательной шуткой Фесенко.

– Забыли одну вещь! Нужно срочно добыть паспорт Виста и сделать копию фотографии, – Михаил показал, что шутке не обиделся.

– Опоздали! Уже распорядился.

– А фотография в картотеке Тризны?

– Там нет фотографии, он не считался злостным наркоманом.

– До двух часов фотография будет?

– А что будет в два часа?

– Моя встреча с Гопшовским. Присоединиться не хотите?

– Нецелесообразно. Иначе Манюня пригласил бы и меня. Вы плохо знаете Гопшовского.

– Только понаслышке.

– Скоро узнаете. Короче, если будет результат по Висту, найду вас сразу же.

– Тогда мы в столовку, раз уж мы в Управлении.

В вестибюле клуба Михаила и Карпенко встретил швейцар, округлый мужичок с окладистой бородой. В ливрее с галунами и аксельбантами он выглядел очень импозантно.

– Заведение закрыто, открываем через два часа.

– Мы из прокуратуры. Нас ждет Гопа, – проявил инициативу Карпенко.

– Не Гопа, а Григорий Борисович!

– Извините моего помощника, Григорий Борисович Гопшовский назначил нам встречу на два часа. Проведите, пожалуйста, нас к нему.

– Направо дверь ресторана, он сейчас обедает.

В пустом ресторанном зале в дальнем углу противоположном от входа и окон за столом обедал дородный мужчина.

Гопа пригласил посетителей жестом за свой стол.

– Присоединяйтесь! Вот меню. Выбирайте по вкусу, угощаю.

– Спасибо! Мы уже пообедали у себя в Управлении

Говорил только Михаил. Карпенко сделал правильные выводы после деликатного замечания Михаила.

– После ваших льготных щей справитесь и с нашим обедом.

– Мы ели не только щи.

– Тогда предлагаю кофе.

– Спасибо! От кофе мы не откажемся.

Гопа поманил официанта, который находился достаточно далеко, чтобы не слышать разговор за столом, но глаз с хозяина не спускал.

– Два фирменных «капучино» для гостей. Мне подашь позже, как всегда.

Гопа продолжил пожирать огромный шашлык на ребрах с жареным картофелем и квашеной капустой.

Михаил ненавязчиво рассматривал Гопу и интерьер клубного ресторана. Перед ним сидел крупный мужчина с головой стриженной очень коротко, но не бритой. На розоватых, как кожа молодого поросенка, щеках торчала недельная щетина с сильной проседью. Откровенный и нарочитый стиль беглого зэка. Назвать его разъевшимся нельзя. В его возрасте так выглядел любой здоровый мужчина, любящий вкусно поесть.

На нем была белая рубашка без галстука в тонкую полоску и светло-серый свободный пуловер из гладкой плотной шерсти. Дорогие лакированные туфли черного цвета и такого же цвета брюки Михаил рассмотрел раньше. В таких случаях говорят «скромно, но со вкусом». На самом деле «скромно» от Армани стоило больших денег.