Аномальная жертва

Глава 5

Чтобы случайно не столкнуться с кем-нибудь, из муниципалитета благоразумно решил выйти первым. Пока здание администрации покидали представители разных фракций, задумался, куда податься. В таверну идти смысла нет, там меня могут поджидать не очень хорошие люди. Там я спать вполглаза буду, и не высплюсь совсем.

По уму, мне нужно вернуть свой рюкзак, в котором была алхимия, вещи для похода, одежду… Что там ещё я потерял? В принципе, большинство вещей я могу и купить, даже алхимию почти всю, пусть качество и будет похуже. Самой серьёзной потерей пока что является арбалет. Вот его действительно жалко.

Галактика, ты меня слышишь? Где тут справедливость, тебя спрашиваю? Или ты за неё не отвечаешь? Тебе бы успеть присмотреть за тем, чтобы другие законы вселенной не нарушались.

Эх. Вот так и становятся атеистами. Давно я не вспоминал «религию физиков».

Видимо, Галактика как-то услышала меня. Мимо прошла толпа галдящих пришлых, у одного из которых я и заметил свою вожделенную пропажу. Арбалет болтался у него, притороченный к сумке за плечами.

Не судьба мне стать атеистом. В такие совпадения я уже не верю. Не в этом мире.

Извини, Галактика, был не прав. Ты очень мудрая и справедливая. А где остальные вещи, не подскажешь? А то, если уж показала одну вещь, то и остальные до кучи.

И тут я получаю ясный и конкретный ответ на свои «молитвы». Засмотревшись на вора, спотыкаюсь на ровном месте и лечу в пыль. То, что невидимость с меня слетела, отмечаю краем сознания, потому что перед глазами вижу ответ на свой вопрос мирозданию: большую кучу навоза.

Намёк понят. Не надо так нервничать, я же просто спросил!

Как ни странно, но вор был не из группы Сатидо, а из охраны Гордаля Улыбки. Как моё оружие оказалось у совершенно другой группировки, я не понял, но это меня не сильно и интересовало. Главное, я понял, с кого спрашивать про свои вещи.

Плохо, что слетела невидимость, но хорошо, что вокруг столько народу, которые друг друга не знают. Если держаться примерно между группами, сойду за своего. В смысле, за «парня из другой тусовки».

Гордаль отправился к карете, лошади которой и оставили мне такой «божественный знак». Его охрана разделилась. Часть пошла в сторону центра, а часть — за каретой. Сначала меня удивило, что они собрались двигаться пешком за своим предводителем, но оказалось, что эту карету даже улитка обгонит. Даже если эта улитка-инвалид.

После того, как люди Улыбки отделились от остальных, я уже не мог незаметно следовать за объектом слежки, и решил поиграть в шпионов. Я то делал вид, что засмотрелся на стену дома, то, что завязывал шнурки, которых у меня не было, то, что решил полюбоваться страшной девицей из салона, которая зачем-то выползла прямо перед пришлыми.

Так и развлекался, пока чуть не уронил Тишату, столкнувшись с ней около одного дома. Увлёкся слежкой так, что забыл, что надо смотреть перед собой.

— Демон, я тебя ищу. — Девушка была испугана. Или нет, она была буквально в панике. — Быстрее надо, быстрее.

— Чего быстрее? — Не очень понял я её бормотание. А особенно были непонятны резкие рывки за мою руку, которыми она хотела меня подтолкнуть к движению.

— Они забрали. — Разобрал я немного больше информации. — Забрали, сказали, что это налог.

— Чего забрали? — Снова не понял я. — Какой ещё налог?

Должен сказать, в этом городе налоги были, но только у тех, кто имел недвижимость. Все продажи, покупки или какие-то другие сделки налогом не облагались.

Вот почему я удивился, что девушка из салона, (но умолчанию не имеющая никакой недвижимости), говорит про какой-то там налог.

— Они забрали Матиду. — Тишату била истерика. Она дёргала меня за руку, и не переставала причитать.

Вполне возможно, что не случилось ничего такого серьёзного, просто она очень трясётся над дочерью и всегда сильно переживает за неё. Почему она тогда разрешила дочери заниматься таким ремеслом — непонятно, но не устаю повторять, что это местный менталитет, лучше и не пытаться понять.

Проводив взглядом мужика, уходящего с моим имуществом, понял, что выбор тут очевиден. И двинулся вместе с Тишатой. Тянула она меня не в сторону салона, а в сторону центра города, откуда я только что пришёл.

Быстрым шагом мы прошли бывший рынок и двинулись в сторону «новых кварталов». Это были временные дома, которые делались жителями сами. Делались из мелких пористых камней, которых было с избытком в округе, так что это жилье не горело каждый год, как кварталы бедняков в других городах.

Ещё не добравшись до нашей цели, услышал плач, крики и смех. И запах. Что я там увижу, предполагал заранее, и, повернув за последний угол, понял, что не ошибся.

Работорговцы.

Опытным взглядом прикинул, что караван ещё не сформировался, выйдет не раньше, чем завтра. Идёт активная закупка товара, так что время точно ещё есть. В предварительном загоне сидело чуть больше десятка детей, все девочки в возрасте от десяти до пятнадцати примерно. Некоторых я не знал, но все, кто был мне знаком, были детьми девушек из салонов.

Странно как-то.

С продавцом за очередную девочку торговались люди Сетидо. Пятеро наглых и уверенных в себе морд. Судя по приметным повязкам на голове, это как раз люди из его «особой сотни» — усиленные амулетами бойцы. С каждым отдельно я точно справлюсь, но вот с пятью — вряд ли.

Тишата отцепилась от моей руки, и, бросив полный надежды взгляд, отошла к толпе других девушек. Похоже, это другие матери или просто сочувствующие. Я знаю, что большинству салонных на своих детей наплевать, но не редко бывали и исключения.

Прикинул, как тут можно действовать. Силой в данный момент вопрос не решить, но караван будет не по древним дорогам двигаться, можно догнать и выкрасть девочку.

А пока попробуем решить дело полюбовно.