Аномальная жертва

Амулет на скорость хорошо бы иметь на постоянной основе. Можно придумать какой-нибудь внешний аналог, а не зашивать в себя железо или кость. И я ещё слышал про амулет на силу, но пока что его не встречал. Узор, который я изучил на косточке после первого покушения, оказался стандартным у всех людей Сатидо Великого.

А вот после «битвы с демоном» в теле одного из воинов я нашёл ещё один вариант амулета.

Он тоже был на основе магии смерти, (тут ничего необычного), но вот то, для чего он был предназначен, вызвало небольшой диссонанс. Это была печать вытяжки, но не такой, какую накладывают на ключевые узлы ритуалов, это оказалась незнакомая мне тогда структура, пусть принцип и назначение её я понял.

То, что усиленного внутренней пластинкой воина можно победить, вытянув у него маны из амулета, смог догадаться не только я. И в тот раз я нашёл как раз «антиамулет».

По сути, активировав такую печать, можно вытягивать ману из врагов, достаточно приложить руку к телу. Сам рисунок был не очень сложным, к тому же, я и сам отлично вытягиваю ману.

Если бы не один нюанс. Точно такая же печать была частью заклинания на Перчатке Милосердия, которую я снял с мёртвого Сатидо, что наводило на мысли. Она тоже вытягивает, но не ману, а жизнь. И очень оригинальным способом.

Вспомнил, как познакомился с этим антимагом после активации свойства Перчатки Милосердия. Тогда активировалась печать, которую я сам сделал. Сделал, но активировать, вообще-то, не собирался. Это был именно последний довод.

«Последним доводом» я назвал печать на агрессивность. Она сложнее печати страха, имеет пару уровней, и систему постоянной подпитки.

В этом мире её используют специальные отряды берсеркеров. Они не маги, но всё равно очень опасны. Чтобы не поубивать друг друга, эти воины имеют амулеты, позволяющие выпадать из зоны внимания другого «активированного».

Такая вот пятёрка воинов, которая не ведает страха и усталости, могла без потерь со своей стороны разнести отряд из десяти-пятнадцати воинов. А при наличии амулетов лечения, становилась практически непобедимой. Отряд си-шеньцев, напавший на принцессу и убивший Белианда, как раз имел такие «амулеты берсеркеров». Схему я помнил, но нельзя было забывать и про личную безопасность.

Самое неприятное, что если от заклинания я могу ещё как-то защититься, впитав структуру, то вот сделать печать «невидимости для берсеркера» я не мог, хотя и помнил схему. Слишком там сложная структура, такое на коленке не сварганить. Нужна парочка магов уровня так четвёртого, чтобы наложить две части заклинания на заготовку, там как раз две стихии используется. Такое я лет через триста только смогу сделать. В лучшем случае.

Когда под заклинание берсеркера попало большинство народа на поляне, понял, что пора валить, чтобы не попасть под раздачу и «не заразиться». Мой простенький амулет подпитывающуюся печать обезвредить однозначно не сможет, а самому впитывать это облако — только время терять и подставляться.

Первым на активированное заклинание отреагировал воин, который до этого организовывал нападение на моего демона. Стоял он совсем недалеко от печати, и впустил в себя агрессию, даже не сопротивляясь, словно только этого и ждал. С воплем радости он с легкостью снёс голову ближайшему человеку, а после издал такое рычание, что на него обернулись все на поляне.

А я же бросился вокруг поляны. Если не потороплюсь — пострадают невинные. Девочки-рабыни в начале тусовки все убежали в дальний угол, к повозкам. Руки им никто не развязывал, но вот ноги у всех были свободными.

Заклинание сейчас будет разрастаться, как снежный ком, вполне могло достичь и их.

Вот оно! Началось.

С каждой смертью возле печати, рисунок агрессии наливался черной маной, покрывая всё большую площадь. Все воины сходу влетали в него, а потом включались в эту битву «все против всех».

Эх, надо было поставить ограничитель, что ли. Как его делать, не знаю, но можно было бы что-то сообразить. Мысль, что печать активировать не придётся, не дала мне хорошенько продумать все варианты. В следующий раз буду умнее.

Звон оружия и крики заставили ещё сильнее ускориться.

— Все в лес! — Выскочил я возле повозок. Рабыни с любопытством смотрели в сторону дерущихся, не осознавая опасности. — Быстрее, пока вас тут не перебили.

— Ты кто такой? — Загон и повозки охраняла парочка воинов, да хозяин каравана был тут. Им не досталось ни страха, ни агрессии. Они стояли и смотрели на развернувшуюся битву, а я своим появлением их только развлёк. — Чего тут командуешь?

Несколько девочек дёрнулись после моего крика, намечая желание убежать, но после слов караванщика, замерли на месте.

Ясно, человек жить не хочет.

Удал тростью снизу, и клинок врубился в плечо ближайшему охраннику. Он, услышав слова хозяина каравана, хотел мне сделать что-то нехорошее, даже нож достал, наивный. Достал, но теперь выронил.

Крик раненого и моё второе движение совпали. Кончик лезвия врезался в шею караванщика, вызвав только хрип. Я не хотел его убивать, помня, что тогда на три секунды останусь без действующей правой руки, но эта сволочь так неудачно дернула головой, что удар получился смертельным.

Пока пережидал онемение, второй охранник за это время успел развернуться ко мне. Оружие он давно держал в руке, а когда атаковал, показал, что я снова столкнулся с ускоренным бойцом. Пора и мне включиться.

Получив прямой удар, на рефлексах почти ушёл, одновременно становясь быстрым. Мой противник не блистал техничностью, а скоростью мы теперь сравнялись. Успели обменяться парой ударов, пока я намечал способ убийства противника. Хотелось его убить так, чтобы самому стопроцентно не подставиться.

Только вот я забыл учесть то, что оказался почти спиной к основной битве. Скорее всего, в меня кто-то выстрелил, и сработал амулет против стрел. Выстрел был случайным, стрелок так и не появился возле меня, оставшись неизвестным героем. Земля ему стекловатой!