Страница 132 из 196
Наверное, я никогда не привыкну к местному отношению к рабам. Они для них вещь, которая имеет определённую ценность. Наравне с простым амулетом, на создание которого я потратил всего лишь час своей жизни.
— Согласен. — Кивнул я в ответ на эти два заявления. — Амулеты я продам. Верните их. — Но когда мне ссыпали в ладонь кругляши, я понял, что амулетов не хватает. — Все верните. Эти амулеты принадлежат мне, нечего вам ими пользоваться.
— Так демон же. Мы-то как? — Все они немного нервно переглянулись между собой. Задал вопрос Гланис с ощутимой тревогой в голосе.
— А что демон? — Пожал я плечами с видимым равнодушием. — Меня он не тронет, а вы защищайтесь сами, как хотите. Чего смотрите? Возвращайте мои вещи.
— Слушай, Молчун. — Это примирительно заговорил Садмон. Похоже, возвращать амулеты мне никто не собирался. — Мы же за зверем Белой пришли. Зачем тебе эти рабыни? После возвращения из похода купишь себе их, сколько хочешь. Не будешь же ты их сейчас брать с собой в пустоши.
— Что я буду делать со своей собственностью — моё дело. — Ответил я жестко. — Мы договорились: вам вещи с каравана, мне — рабыни. На этих условиях я согласился всё сделать один. Теперь вы хотите лишить меня трофеев? Тогда вперёд, делайте всё сами. Всего-то пятьдесят защитников против вас семерых. Пустяки!
— Я не верну амулет. — Твёрдо заявил Чахотка. — Мы договорились, что ты во всём слушаешься меня. Я приказываю тебе вызвать демона и убить всех в караване.
— В пустошах — да, ты командир. — Кивнул я утвердительно. — Но сейчас мы ещё не вышли. Вполне можем расстаться. — Пригляделся к пыли на горизонте. — О, вот и караван показался. Нападайте, освобождайте, но без меня. А я пошёл.
И спокойно развернулся в сторону дороги. Шум бурного разговора за спиной я проигнорировал, хотя и было любопытно, что они там решат. Уже прошёл метров пятьсот, когда сзади послышался едва слышный топот ног. Кто-то меня догонял.
— Демон, постой. — Это оказалась Хорея. Догнала меня и пошла рядом. Надо же, даже почти не запыхалась. — Мы сделаем так, как ты сказал.
Я остановился и посмотрел на неё.
— Тебе не кажется, что с этой группой мы далеко не уйдём. — Я был в очень многих командах, и это была самая бестолковая, из тех, что я видел. — Ты уверена, что хочешь идти в центр пустоши с ними?
У этой команды нет слаженности вообще. Какие-то постоянные пререкания, условия. Командир, мнение которого явно ставится ниже мнения его заместителя. Я прямо всей кожей чувствовал, что мне не хочется иметь дело с этими людьми.
— Они хорошая команда, я с ними уже ходила. — Удивила она меня. А мне говорили, что она всегда ходит в пустоши одна. — Они не верят, что ты хоть чего-то можешь, они же не видели. Вот. Это за амулеты.
И она ссыпала мне в ладонь золотые монеты. Надо же, а кто-то мне говорил, что делать амулеты — невыгодно. Главное, уметь их правильно продавать!
И делать это там, где нет налогов и разных контролирующих органов.
— За свой амулет можешь золото забрать. — Свеликодушничал я. — Ты — мой напарник, и только поэтому я возвращаюсь. Иначе я бы отказался и от команды, и от похода.
— Ты всё же чувствуешь, что поход будет неудачным? — Напряглась она. — Как и с командой Упрямого? Или ты просто чувствуешь, что поход будет в один конец?
— Не вижу разницы. — Хмыкнул я в ответ. — Нет, ничего такого я не чувствую. — Она всё так же внимательно смотрела и молчала. — Ладно, возвращаемся, раз ты в этих людях так уверена.
Когда мы с Хореей вернулись, я понял, что старший отряда был против моего возвращения. Это было видно по его лицу, на котором отпечатались следы «уговоров». Кровь из носа уже течь перестала, но бровь была всё ещё рассечена. Причём, судя по взглядам остальных, он оказался единственным возражавшим.
Я уже заметил, что авторитет у нашего старшего ниже плинтуса.
Без слов я подлечил этого борца за «независимость от Демона Молчуна», а потом мы с Хореей отошли вглубь лесочка. Туда, куда она утащила своего несостоявшегося насильника.
Скоро караван будет тут, и до полной темноты и мне, и ей тут делать нечего.