Аномальная жертва

— Надо же. — Задумчиво покачал головой герцог и, привычно проверив вино на яд, сделал глоток. — Я его знаю. Знал. Не сказать что близко, но в одно время он очень интенсивно желал стать моим зятем. — Пока что, выбор бутылки так и остался неопределенным, и Васен поставил обе на стол. На провокацию не похоже, но много непонятного. — Кажется, он из уничтоженного рода?

— Да, бастард виконта де Контаниса. Виконт был участником одного заговора, и его ликвидировали наказующие, а сам замок разрушили, показав, что род умер. Теперь там развалины. Внешне. Это и был один из ключевых моментов.

— Внешне? — Престон никогда ничего не говорил просто так.

— Да. — Пытливый вытянулся так, словно получил взыскание. — Оказывается, бастард де Контаниса построил целое подземное убежище под бывшим замком своего отца. Вход в подземелье мы нашли, но там оказалась защита от проникновения. Она сработала, и пласт земли обрушился. Глубина приличная, так что я не решился начинать раскопки. Это бы привлекло ненужное внимание. И времени заняло бы много, нужно было бы вызывать магов земли. Да и смысла, как мне показалось, немного. Главное доказательство мы нашли вовсе не там.

— Так. — Пока что в полученной информации не было ничего, что могло вызывать первое заявление старшего пытливых. Слишком долгое вступление всегда раздражало Васена, хотя бы потому, что он и сам имел привычку ничего не говорить напрямую. И знал, как это раздражает его абонентов. — И что же вы там такого нашли?

— Недалеко от развалин замка обнаружено место жертвоприношения и вызова Архидемона. Тварь сожрала полсотни душ и за это открыла портал. — Тут Престон сделал паузу и выдохнул. — Барон утверждает, что нападение на императора и его дочь было сделано оттуда.

— И? — Уж очень значительной была пауза. Ощущение, что это ещё далеко не всё.

— Ритуал проводил слуга де Контариса, а на жертвы пошли, в большинстве своём, женщины баронства Летоно. Демон уничтожил весь караван, вместе с охраной, которая была организована из стражи замка Летоно. Большинство из них — потомственные стражники баронства, и они были злы на барона за убийство бывшей баронессы. После этого случая барон собирался набрать лояльных к себе людей, но говорит, пока не успел.

— Так свою жену он всё же убил? — Слегка заинтересовался де Фрель. — А говорили, что это был несчастный случай. Ты же мне сам приносил отчёт о том деле. Неужели бывшая баронесса на самом деле была не благородной? Полное дознание не проводилось?

— Она была благородной, и всех допросили с амулетами. Чтобы произошедшее признали несчастным случаем, барону пришлось заплатить немаленькую сумму прибывшей группе ищущих. — Слегка скривившись в презрительной усмешке пожал плечами старший группы пытливых. Как и все пытливые, службу ищущих он не любил, потому и сделал вид, что не удивился такой продажности служащих империи. — К тому же, барону было обещано, что вся сумма будет ему возвращена. И она действительно была ему возвращена в полной объёме.

— Кем возвращена? — Кажется, вот и то, ради чего и пришёл Престон. — Бастардом де Контарис?

— Нет. — И пытливый вытянулся ещё больше, хотя казалось, что дальше некуда. — Вашим отцом.

Тишина, последовавшая за этим утверждением, не понравилась даже самому Васену. Он даже не обрадовался, что угадал, когда будет произнесена ключевая фраза. Глянул на обе бутылки и понял, что разговор предстоит долгий, и травить подчинённого сейчас нельзя, это может вызвать посторонний интерес. Просто так старшие пытливых не умирают, это многие понимают. Начнут копать, и выкопают. Придётся потратиться на ритуал.

Поставив свой бокал, подхватил обе бутылки и сходил и поставил их на своё место в шкафу. Всё это было им проделано, чтобы взять паузу на обдумывание.

Отец умер несколько лет назад от какой-то болезни, с которой не смогли справиться маги жизни. Но он был очень стар, так что это не удивило никого. Только вот сейчас оказывается, ещё при жизни этот человек, по личным причинам так и не согласившийся стать герцогом де Фрелем, хранил немало тайн даже от своего сына.

— Зачем моему отцу это понадобилось, не известно? — Решил уточнить Васен, потому что в его голове многое не сходилось.

Да это вообще казалось абсурдным!

— Известно. Это была месть.

— Месть? — Еще один абсурд. Он не помнил, чтобы в какой-либо мести отца использовался де Контарис, хотя лично помогал во всех его тайных проектах. — Месть кому? Империи?

— Ваш отец в память о своём отце поклялся извести род Летоно. — Надо же, а Васен не знал, что отец затеял такую глобальную месть, но не сказал своему родному сыну. — Именно он оплатил все убийства и несчастные случаи, которые случились с членами этой семьи. И именно он нанял для этого давнего врага де Летоно — бастарда виконта де Контариса. Тот когда-то работал вместе с первым бароном в одной организации, но потом они поссорились. У Летоно остались какие-то вещи, которые могли погубить Зитория. Вот ради этих вещей, хранящихся в приметной шкатулке, тот и согласился.

— Довольно запутано. — На самом деле, Васен тут же разложил в своём мозгу всю эту тираду на участников и ключевые события, но не стал это рассказывать. Подчинённые должны уметь докладывать как можно проще. — А откуда этот бывший купчик всё это знает? — То, что захудалый барон знает даже то, что не знает Васен о собственном отце, закономерно вызывало сомнение.

— Так он и был тем самым исполнителем, который организовывал все нападения. За что ему обещали и, (в конечном счёте, действительно дали), баронство.

— А почему именно ему? — Вообще-то логично было отдать баронство кому-то из своих. Тем более такое, с прямым вассалитетом.

— Ваш отец посчитал, что сделать бароном де Летоно такого жадного и продажного — очень символично. Барону об этом со смехом рассказал сам Красный Нож.