Страница 42 из 62
Я хмуро глянула на Блэка, но его слова ощущались правдивыми.
«Что нам делать? — послала я. — Если он действительно не помнит, то как нам его найти? Мы даже не знаем, привёл ли он Чарльза сюда вместе с ним. Но если это так, то ты знаешь, что Чарльз уже забурился куда-нибудь и прячется за какой-нибудь конструкцией военного образца, в одном из своих укрытий в России… планирует, как освободить всех своих приятелей и снова начать миссию "покорить людей и убить всех вампиров"».
Блэк поморщился.
Я чувствовала, что он думает, и тут видящий на смотровом столе передо мной прочистил горло.
Я посмотрела на него, Блэк посмотрел на него, и видящий нахмурился.
— Я вас слышу, знаете ли, — прорычал Ваари. — Я слышу каждое слово, чёрт возьми.
— Так со всеми видящими? — спросила я. — Или только с нами?
Ваари на мгновение умолк.
Я подумала, что этот вопрос даже не приходил ему в голову, пока я не озвучила это.
Я решила, что так и есть.
— Только с вами, — ответил он, глядя на нас. Его бледные глаза снова сделались настороженными. — Я слышу только вас двоих. Почему так?
Более тёмные, насыщенно-золотистые глаза Блэка ожесточились.
Я осознала, что уставилась в эти глаза, которые я любила; в эти радужки с пятнышками ярко-жёлтых, бело-золотых, чёрно-золотых и зелёных оттенков.
Глаза Блэка были изумительными.
Чем дольше я его знала, тем больше видела в них.
Ваари хмуро посмотрел на меня, словно услышал и это.
Пристальный взгляд, которым Блэк сверлил незнакомого дракона-видящего, сделался холодным.
— Тебе лучше уйти, — сказал он ему. — Тебе лучше вернуться туда, откуда бы ты ни пришёл, бл*дь, пока нам не пришлось убить тебя, брат. Ты можешь совершать эти… прыжки… ту межпространственную штуку, которую ты делаешь… в этой форме? Или тебе надо сначала превратиться в дракона?
Видящий резко перевёл взгляд с моего лица на Блэка.
И снова я увидела там враждебность.
Даже в этом обличье Ваари обращался чуточку слишком вежливо со мной и чуточку слишком невежливо с Блэком.
Я понимала, почему Блэк хотел, чтобы он ушёл.
Когда Блэк никак не среагировал на его сердитый взгляд, Ваари раздражённо выдохнул.
— Я могу делать это в данном обличье, — сказал он. — Я могу прыгать и так.
— Тогда уходи, — прорычал Блэк. — Сейчас. Пока ты не превратился в ещё большего засранца.
Последовало молчание.
Дракон-видящий оттолкнулся от мягкого металлического стола.
Он приземлился на босые ноги, слегка вздрогнув, когда ступил на холодный кафель.
Ваари посмотрел на меня несколько секунд, затем глянул на Блэка, и его светло-золотистые глаза заискрили живым светом.
Даже не кивнув кому-либо из нас…
…он исчез.
Бледно-голубые боксёры и белая футболка упали на пол.
Мы с Блэком несколько секунд просто стояли там и смотрели на одежду, валявшуюся на кафеле.
Затем я повернулась лицом к Блэку.
— Ты же понимаешь, что это наверняка не поможет, — сказала я, поморщившись от этой мысли. — Если он реально связан с Кореком… или с тобой… или со мной… или со всеми нами троими… он может ощутить то же внушение вернуться к нам, как только примет свою драконью форму. Он может просто прыгнуть обратно сюда, когда дракон решит в следующий раз завладеть его сознанием. В следующий раз он может заявиться сюда, Блэк. Прямо сюда, в эту самую комнату. Мы понятия не имеем, имеет ли он доступ к воспоминаниям своей не-драконьей части, но мы вынуждены полагать, что имеем.
Подумав над своими словами, я нахмурилась.
— Если его способности работают как мои, он будет помнить, как вернуться. У меня нет дракона, как у вас, но специфический резонанс с этим измерением должен запечатлеться в его свете. Он будет точно знать, где мы, Блэк… если только его aleimi-тело не меняется полностью вместе с его состоянием сознания.
Я на мгновение стиснула зубы.
— При худшем сценарии, который мы не можем исключить… обращаясь в дракона, он помнит всё, что знал в этом облике. В таком случае, он наверняка придёт прямиком сюда… возможно, через несколько секунд после обращения.
— Да, — сказал Блэк.
Его челюсти сжались, но у меня возникло сильное подозрение, что он уже это понял.
— Он также будет знать, где Чарльз, док, — добавил он жёстким тоном.
Воцарилось молчание.
Я невольно подумала об этом.
Блэк не ошибался, но то, что он предлагал, было чертовски опасным.
Я видела, что Блэк тоже думал об этом.
Однако когда он мрачно глянул на меня, он напряжённо улыбнулся. Это была лишь тень его убийственной улыбки.
— Ну, — протянул он. — Может, мы больше никогда его не увидим. Проблема решена.
Я кивнула, тоже выдавив улыбку.
— Проблема решена, — эхом отозвалась я.
Я правда хотела верить, что это возможный исход данной ситуации.
Я хотела, чтобы Блэк тоже в это верил.
К сожалению, ни одному из нас это не казалось хоть отдалённо вероятным.
Глава 22. То, что она забрала
Фаустус поднялся по узким металлическим ступеням, ведущим к ржавой металлической двери, которая оказалась заперта тяжёлым навесным замком.
Вся эта территория на окраинах северо-западной Польши, на маленьком острове и городе под названием Свиноуйсьце, казалась заброшенной и не только потому, что сейчас для данного маленького курортного городка на Балтийском море был не сезон.
— Никто не разрушит его, и знаете почему? — сказал его таксист-поляк по-английски с сильным акцентом. — Никто не разрушит наш прекрасный остров по той же причине, по которой эти монстры щадили что-либо…
Таксист бросил на Чарльза знающий, почти снисходительный взгляд, позволяя многозначительной паузе повиснуть в жёлтом такси.
— Гитлеру тут нравилось, — заговорщически прошептал таксист. — Он хотел сохранить это как место отдыха для высокопоставленных членов Рейха…
Фаустус нахмурился, но лишь мысленно.
Честно говоря, он сомневался в подлинности данной истории.
Но истории о Второй Мировой Войне почему-то жили и процветали в этой части света, как и сама война. Чарльзу это казалось очень странным — то, как осознание Второй Мировой Войны оставило шрамы на их коллективном сознании и висело в воздухе как дурной запах.
Если говорить честно, Фаустусу это казалось совершенно пустой тратой времени — анализировать и разбирать одну и ту же войну спустя семьдесят пять лет после её окончания.
Но водителю такси хотелось поговорить.
Даже подъехав к задней части ржавого с виду склада, изрисованного граффити с разными непристойностями на польском и русском, мужчина хотел говорить. Даже когда Чарльз встал с газетой в руке, явно давая понять, что желает уйти, мужчина хотел говорить.
В итоге Фаустусу пришлось надавить на него и заставить уйти.
Подняв кулак, видящий заколотил по металлической панели.
Он прислушался, но ничего не услышал.
Фаустус попробовал заколотить по ней снова.
В итоге он подошёл к небольшой клавиатуре, спрятанной в тени справа от двери. Он поднял защитную металлическую крышку и набрал последовательность символов. Когда ничего не произошло, его охватила ярость.
Должно быть, они изменили чёртовы коды и здесь тоже.
Это третье подобное заведение, которое он проверил.
Он попятился от двери.
Глядя на газету в своей руке, он хмуро уставился на дату.
Он до сих пор не мог поверить, что здесь прошло так мало времени.
В том говённом мире, где бросила его Мириам, прошли месяцы, вероятнее всего, даже годы, а на этой версии Земли миновало всего несколько недель. Он видел, как менялись времена года в том другом месте. Он видел, как рождались дети. Он видел холод, жару, дождь, влажность, снова дождь, цветы, фрукты, опадающие листья.
Здесь утекло совсем немного времени.
Он припоминал, что один из его разведчиков говорил ему об этом.