«Эра драконов»

На новогодних каникулах я собираюсь выпускать главы, как пулемётную очередь. И если я этого не сделаю… не буду замахиваться столь далеко, но планы именно такие.

Простите ещё раз и… вот оно… П Р О Д О Л Ж Е Н И Е!!!

Прошу простить за ужасную вычитку главы…. но я побежала спать, ибо завтра в школу :(

— Ксения, Ксения, Ксения, — нежно-нежно, будто бы паря на крыльях бабочек, доносится до меня чьё-то имя. — Ксения, Ксения, Ксения…

Хочется нахмурится от того, что голос мне незнаком. Господи, кто же ты? Почему твой голос так нежен ко мне? Я так давно не слышала такой интонации. Ты будто бы ласковый огонёк, так ярко засветившийся в непроглядной до этого тьме. Не угасай, прошу тебя, только не угасай! Я не выдержу вновь этой тишины и тьмы. Я не выдержу больше одиночества. Я заперта в этой клетке без возможности вернуться туда, где снова будет свет. Не угасай, мой огонёк, только не угасай…

— Ксения, Ксения, Ксения… — и вновь и вновь я слышу тебя. Господи, кем бы ты ни был, прошу тебя, продолжай. Тот огонёк, явившийся вместе с тобой, даёт мне сил и надежду на то, что однажды тьма рассеется и я выберусь из клетки, забыв об ужасном одиночестве! — Ксения, Ксения, Ксения…

И кем бы ты ни был, я молю тебя не останавливаться. Продолжай говорить! И пусть это имя мне незнакомо, плевать! Только говори, ведь благодаря твоему голосу тьма рассевается раз за разом. Только не замолкай, прошу тебя! Зови кого-то, пусть это и не я, пусть ты не обращаешься ко мне, пусть – главное не молчи. Господи, не молчи!

— Ксения, Ксения, Ксения… — не молчи, только не молчи… — Ксения, Ксения, Ксения…

Не молчи, и однажды я выберусь из заточения. Не молчи, и я смогу узнать собственное имя, а также твой голос. Не молчи, Питер, только не молчи. И однажды ты сможешь пробить крепкие прутья в клетке, в которой я заперла саму себя…

— Ксения! — словно сквозь толщу воды услышала она своё имя. — Ксения! — крик повторился. Почему-то ей захотелось открыть глаза, но когда она попыталась это сделать, ничего не вышло. — Ксения, открой глаза! — захотелось послушаться, но вторая попытка провалилась, как и предыдущая.

Не сразу она поняла, что не чувствует своего тела. Когда она попыталась сесть, мышцы будто бы окаменели, отказавшись слушаться свою хозяйку. Кроме конечностей, не слушался ещё и рот, не способным выпустить и пары слов.

Не было и обоняния, что очень удивило. Однако слух присутствовал, не даром же она слышала, как кто-то пытался достучаться до неё.

Спустя какое-то время, показавшееся ей вечностью, всё вновь начало приходить в норму. Веки пусть и отяжелели и не хотели слушаться, но всё же распахнулись. В глаза не ударил яркий свет – где-то за спиной горел приглушённый свет факела, отчего создавалось лишь ощущение яркости. Она натолкнулась взглядом на что-то, что склонилось над ней. Видимо, именно это что-то и звало её всё время.

— Кто ты? — хриплым голосом спросила она, едва ли обретя связную речь. — Где Питер?

— Вы чуть оба не погибли. Испытание провалено, — сказав это, фигура начала таять, так и не обретя чёткости. Не прошло и пары секунд после её исчезновения, как Ксения поняла, что сознание медленно ускользает от неё. Сделать уже ничего не получилось. Всё произошло внезапно.

Пух — и темнота. А вместе с ней и спокойствие…

Второе пробуждение сопровождается огненной болью в плече. Приоткрыв глаза, Ксения вперилась взглядом в темноту. Резко сев, она оглянулась, устанавливая своё местоположение. Этого места она не знала. Вокруг было озеро и лишь небольшой островок, на котором, собственно, она и находилась.

Несколько секунд ушло на то, чтобы вспомнить произошедшее и вскочить на ноги. Голова от резкого подъёма закружилась, а жжение в плече лишь усилилось. Оттянув горловину, отчего-то полностью промокшей рубашки, вниз, она заметила небольшую кровоточащую рану на ключице. Нахмурившись, Ксения дёрнула плечом, возвращая кусок ткани на место, а после оглянулась. Кое-чего, а точнее кое-кого не хватало. Завертев головой, Ксения искала силуэт Питера. Освещение было не самым лучшим, но это была и не непроглядная тьма. И на этом спасибо.

— Питер? — полувопросительно позвала она Певенси. Никто не ответил. — Питер?

Тишина привычно стала ей ответом. Паника противно распустила свои сети, стараясь заковать Ксению в свою клетку. Тряхнув головой, Ксения зарылась руками в волосы на голове. Зажмурившись и пытаясь не паниковать, Всадница со всей силой сжала пряди у корней и зло крикнула. Крик этот был смешан с болью и злостью. На себя, на Испытание, на Питера, на мир в целом.

Относительно вернув себе спокойствие, Ксения огляделась вокруг вновь. Последнее, что она помнила – это как вытолкнула Питера из воды. Вот только каким образом она оказалась на суше? И где Питер?

Краем глаза заметив какое-то движение, Ксения повернула голову и даже сделала шаг назад. У самой кромки воды стояло нечто огромное, склонившись над чем-то. В приглушённом свете она не могла понять что это такое. Силуэт этого существа напоминал звериный, но в то же время и человеческий. Лица (или морды?) видно не было, но одна мысль об этом вызывала неприятное копошение в душе. Ксении не хотелось подходить ближе, но что-то тянуло её туда, будто бы от этого зависела её жизнь. Или жизнь другого?

— Чёрт… — осознание ударило внезапно. Не думая больше ни секунды, Ксения рванула в ту сторону, где нечто пыталось сожрать Питера. — Эй ты, чудовище! — заорала она прямо на бегу. Одна лишь мысль о том, что Питера могут убить, а её вместе с ним, просто ужасала. И как бы Питер не был ей противен, как бы она его ненавидела, такой судьбы не для него, не для себя она не желала. — Убери свои пакли от него! — и только когда между ней и чудовищем оставалось пару метров, Ксения затормозила. До неё лишь сейчас дошло, что она безоружна.

Тем временем чудовище выпрямилось, встав на две лапы. Из-под чёрной шерсти выглянула пшеничного цвета макушка Верховного короля. Ксения замерла столбом. Не было страха, не было и желания убивать. Хотелось лишь поддаться этому чудовищу, сдаться.

Существо обернулась, уставившись краснющими глазищами в глаза Всаднице и распахнуло окровавленную пасть. Из глотки раздался дикий крик, не похожий на рык. Казалось, будто бы сотни баньши решили предсказать смерть одновременно.

От крика захотелось сжаться в комочек. Не сразу Ксения поняла, что сидит на коленях, сжимая руками уши. Запахло кровью, а на ладонях появились красные разводы: из-за крика барабанные перепонки просто не выдержали.

— Ты… — злость заклокотала где-то в груди. Широко расставив ноги, Всадница поднялась и согнулась, готовясь к атаке. — ...посмел тронуть Питера? Что ж, дорогая тварюга, поспешу тебя огорчить… — договорить ей не дал новый крик. От него в ушах зазвенело и на пару секунд в глазах потемнело. Красные глаза дико смотрели в глаза Ксении. Отчего-то чудовище нападать не спешило, но в то же время было наготове.

— Перед тобой, тварюга ты этакая, бешенный Всадник, готовый разодрать тебя за то, что покусился на его, чёрт тебя, собственность! — больше говорить она была не настроена. Медленно, но уверенно, двинувшись к чудовищу. Красные глаза сузились, огромная лапища, будто тряпичную куклу, оттолкнула тело Питера. Видимо, оно приняло Ксению за соперника, решившегося забрать его добычу.

Ксения не была настроена проигрывать. Где-то внутри что-то переключилось, и сейчас она собиралась драться голыми руками, руководствуясь лишь собственными зубами, ногтями и уловками.

В тот момент, когда Ксения уже была готова кинуться, чудовище кинулось первым. Снеся её с ног и прижав весом своего тела к земле, зверь распахнул пасть и зарычал. Рык был слишком громким, отчего Ксении показалось, будто бы её снесло ударной волной. Слух, кажется, решил уйти подальше, отчего она больше ничего не слышала. Распахнув глаза, девушка уставилась в злые глаза агрессивного хищника.