Lifes

— Вспомнил наконец, — старший ерошит волосы макнэ и притягивает его ближе к себе, чтобы плечом к плечу. Чонгук счастливо кивает и продолжает:

— Серьезно, хён, ты был просто офигенной нуной… Ай!

Воспитательный подзатыльник ничего не меняет, и макнэ тырит у старшего из пальцев сигарету.

— Круто, что мы проживали некоторые годы дважды.

— Это да, — хён соглашается и смотрит где-то в облака. — Хотя я даже не уверен, что это было в одном и том же мире.

— Да уж, детали иногда отличались, — Чонгук тихо смеется и поднимает лукавый взгляд. — Как вспомню, что Юнги-нуна была в меня влюблена… Не знал, что такое может случиться.

— Не вижу ничего странного, — хён пожимает плечами, но Гук видит, как у него краснеют даже уши, — я никогда не был против подобного. Мы влюбляемся в душу, Чонгукки, так что я уже давно не смотрю на пол человека.

— Как и Намджун, — прыскает смехом макнэ, получая неожиданную поддержку.

— У Намджуна душа широкая, он весь мир любит, — они смеются, и Юнги наконец тянет сипло: — Как и мы все.

— Это да.

Иначе бы они столько не прожили — остается невысказанным.

На балконе холодно, ветер сырой и промозглый, в мелких капельках начинающегося дождя Юнги кажется, что в глазах их хорошенького маленького макнэ тлеет огонь, но это ощущение быстро смывается порывом ветра.

— Как ты думаешь, — осторожно начинает Чон, с улыбкой вглядываясь в молнии, сверкающие вдали, — почему мы всегда были если не рядом, то вместе? Кроме той плохой жизни, второй…

— Когда мы были одиноки, — заканчивает Юнги. — Не знаю, честно говоря, — хён хмыкает и стучит нервно пальцем по перилам, — может, судьба у нас такая — всегда вместе, всегда молоды. Может, мы — просто одно целое?

Чонгук грустно улыбается и смотрит на предрассветный Сеул. Юнги не казалось — в его глазах полыхает жаром огонь. Все его воспоминания, которые еще утром напоминали и ад, и рай, сейчас застряли в его голове. Он будет помнить всё об этих днях, он будет лелеять в сердце каждый из них.

Судьба…

Сквозь бесконечные века, в прошлых жизнях и, возможно, в будущем — на небесах, они всегда будут…

У них осталась последняя жизнь.

Они просто обязаны прожить её так, чтобы лучше предыдущих.

Вместе.

Он же не зря их столько подбирал, столько готовил, столько старался, правда?

Судьба ведь.