Старший брат.

Глава 11

Своего катера или яхты у нас, конечно же, нет. Отец в последнее время посматривает на соседские с этаким задумчивым прищуром, но молчит. Не по карману удовольствие. Поэтому лодку мы взяли напрокат у одного из знакомых, сославшись на желание просто покататься по морю. Дескать, пусть зимой и недалеко от берега, зато сезон откроем.

Разработка и сборка голема для работы в море потребовала немалых усилий, не столько магических, сколько интеллектуальных. Он, зараза такая, аналогов не имел. То есть где-то кто-то может быть и создал нечто подобное, только с окружающими открытием не поделился. В доступных источниках информации нет. Думаю, если поискать в запасниках старых родов, нужный артефакт в состоянии, близком к критическому, найдется, однако сомневаюсь, что за последние лет пятьдесят в Британии аналог моего детища использовался.

В лодке мы уместились с трудом, все-таки «Морской Змей» (я не особо мучился, выбирая название) почти два метра длиной, да еще управляющий маяк пришлось изготавливать и с собой тащить. Не от хорошей жизни, просто без маяка голем выходит слишком громоздким и туповатым, вот и понадобился внешний блок.

Короче говоря, отплыли мы в тихое местечко, выбросили голема за борт и принялись ждать. Какие-то корабли внизу точно есть, поисковые заклинания показали наличие кучек железа. На роскошную добычу не рассчитывали, в планах стояла проверка «Морского Змея» и, возможно, картографирование района будущих поисков.

- Ты зачем ему усы присобачил? – поинтересовался отец.

- Это манипуляторы с переменной жесткостью. На тот случай, если понадобиться дверь открыть или амфору какую подцепить, или еще что-то сделать.

- Понятно. С матерью у тебя что?

То есть он заметил напряженность в наших отношениях и захотел поговорить. Ясно. Впрочем, «напряженность» не совсем точное слово, я просто не знаю, как точнее описать ситуацию. Мама перестала обучать меня всему, связанному с темной магией даже потенциально, зато начала больше времени уделять окклюменции и семейным хроникам Принцев. Ингредиенты к пиявкам она доставала сама и к процессу варки меня не подпустила, тоже показатель. И всякий раз, когда я ухожу через камин, уточняет, где буду и когда вернусь.

Почему она налегла на окклюменцию, понятно – время пришло. Обычно защите разума, равно как и легилименции, учат годов с пятнадцати, но учитывая мое раннее развитие и общую предрасположенность энергетики, некоторые упражнения мама дает уже давно. Просто сейчас началось полноценное обучение. Насчет истории рода Принц скажу, что выбирает она наиболее мрачные страницы, рассказывающие о предках, связавшихся с Тьмой и потому плохо кончивших. Я имею в виду, по-настоящему плохо.

- Мама считает, что я слишком увлекся чернотой, - из груди невольно вырвался тяжелый вздох.

- А ты увлекся?

- Сложно сказать. Некоторые вещи проще увидеть со стороны.

- Так может, перерыв сделаешь?

- Это само собой, загрузили меня знатно. Пап, я тебе сейчас одну вещь скажу, только не для передачи, хорошо?

Отец немного подумал и кивнул.

- В магическом мире сейчас не все ладно. Министерство наращивает влияние, а чистокровные терять власть не хотят. Дело идет, ну, может, не к войне, но столкновения и разные террористические акты точно будут.

В этом году ИРА уже устроило несколько взрывов. Особого резонанса они не вызвали, жертв было мало, тем не менее, кое-какое представление о терроризме Тобиас имел.

- Мы в группе риска. Чистокровные требуют окончательного разрыва с обычным миром, запрета на смешанные браки и прием магглорожденных в Хогвартс, тотального усиления статута секретности. Полукровкам, если они победят, несладко придется. Пока все тихо, но напряжение растет.

- Это все, конечно, плохо, только ты-то здесь причем? – Отец не выглядел особо впечатленным. – Пусть бандитов власти ловят.

- Я случайно оказался владельцем сведений, одинаково ценных для всех сторон, - горжусь формулировкой, обтекаемая получилась. Причем ведь не солгал! – Самому их использовать нельзя, убьют, промолчать и отступить в сторону тоже не получится. То есть можно, конечно, только я себя потом уважать перестану. Вот и тыкаюсь в разные щели, пытаюсь понять, что и как делать.

- Ты все-таки влип, - сделал неприятный вывод Тобиас.

- Пока нет. Пока я только смотрю, слушаю, запоминаю и никуда особо не лезу. Ни семью подставлять, ни сам подставляться не буду. Ты не волнуйся, еще лет пять у нас в запасе точно есть, а там, глядишь, само рассосется.

Последняя фраза его приободрила, во всяком случае, хмыканье приобрело некий одобрительный оттенок.

Правильно ли я поступил, чуть «приоткрывшись», не знаю. Просто молчать надоело. После войны с Гриндевальдом маги расслабились и не допускали мысли о новых конфликтах, борьба группировок шла исключительно в политическом русле, никто даже в теории не предполагал, во что выльется поддержка аристократами Риддла. Министерство исключает саму возможность бунта и давит на Визенгамот, проталкивая в него своих людей. Один я смотрю на их суету и вижу первые признаки гражданской войны.

Надоело все.

По субботам, да еще зимой, в Хогсмиде лучше не появляться. Затопчут.

Старшие курсы, исполненные осознания собственной важности, передвигаются чинно, вальяжно, парочками или небольшими группами, зато третий-четвертый курсы оттягиваются вовсю. Носятся по улицам, как сумасшедшие, сметают всякую фигню с прилавков, вопят, ссорятся, признаются в любви. Сев восторженно таращил глаза, глядя на школьников, и неосознанно жался ко мне.

Деревню я навестил по делу. Участок у Старой Мэй большой, намного больше, чем занимает дом и хозяйственные постройки. Остается достаточно места для огородика и небольшого сада, с которого семья не то, чтобы кормится, но кое-какая прибавка к столу идет. Наставница давно подумывала срыть грядки и поставить вместо них теплицу, в которой выращивала бы дорогие ингредиенты на продажу, да только денег не хватало. Магическим растениям для полноценного созревания нужен источник или, самое меньшее, лей-линия поблизости, стекла повышенной прозрачности, сложные климатические чары и много чего еще. Лей-линию, положим, Мэй притянула, с чем-то помогли бы мы с матерью, однако без помощи дорогостоящего специалиста было не обойтись.

У старухи имелось триста галлеонов, еще двести добавил я в обмен на право скупать ингредиенты из этой теплицы (не больше трети урожая) за половину рыночной стоимости. Договор распространялся на всю семью Снейпов и действовал, пока я жив. Учитывая скидку, которую Мэй и так мне давала как своему ученику, с моей стороны вклад больше походил на благотворительность. Да просто хотел помочь бабке, вот и нашел предлог, и от денег Солано заодно избавился.

Откуда такая щедрость? Хотелось бы сказать, что удача приходит к терпеливым, но в голове вертится сакраментальное «дуракам везет». Во время второго испытания чуть доработанный Морской Змей наткнулся на уничтоженный немецкими бомбами лайнер. По-видимому, затонул корабль быстро, потому что многие пассажиры первого класса не успели спастись, а плыло их на том корабле не мало. Голем собрал почти килограмм ювелирных изделий, причем хорошего качества, не ширпотреб, дополнительно в сейфах нашлись серебряные доллары и золотые слитки почти на пять тысяч фунтов. Мародерство? В каком-то смысле – да.

В гости мы пришли примерно в десять, а уходить собрались в районе двух часов. Пока я торговался и утрясал формальности с Мэй, мелкий выставлялся перед девчонками, рассказывая им о жизни среди магглов. Сев правильно уловил, что для маленьких магичек мир обычных людей похож на сказочную страну, и умело привлекал внимание, описывая Лондон, телевидение, самолеты и прочие чудеса. Девчонки фыркали, но слушали внимательно. Где они бывали, за пределами окрестностей Хогсмида, Косого и еще пары домов? На их фоне брат смотрелся опытным путешественником, он даже в поход ходил!