Страница 153 из 154
Глава 17, она же Эпилог
Самое большое отличие реального Хогвартса от замка, показанного в фильме – нет открытого огня. Основатели прекрасно осознавали угрозу пожаров, особенно в здании, битком набитом колдующими детьми, и в качестве источников света установили простые артефакты, источающие яркий солнечный свет. Следит за ними, насколько мне известно, завхоз, а непосредственно обслуживанием и подзарядкой занимаются старшекурсники.
В замке я третий раз. Впервые школу мне пришлось посетить с визитом на четвертом курсе Сева, когда носатый мелочь приласкал Сириуса Блэка «Тормозилкой». Заклинание мы разработали вместе и по внешним признакам оно здорово напоминало одно темномагическое проклятье, то есть обычной Финитой не снималось. Дамблдор не стал пороть горячку и пригласил родителей на беседу. Пришел я, поговорил, и в результате возникшей дискуссии Северус получил от Флитвика рекомендацию продолжать изучение чар и обещание поспрашивать знакомых мастеров, не нужен ли им ученик.
Да, с Блэком у мелкого отношения не сложились абсолютно. Он даже с Поттером намного спокойнее общается.
Второй раз я оказался здесь летом прошлого года. Преподаватель Древних Рун ушел на покой, Дамблдор искал замену и в числе прочих кандидатов пригласил самого молодого за последние сто лет мастера рун, то есть меня. От предложения я отказался, однако воспользовался оказией и осмотрел замок. Красивое место, величественное и таинственное. Учебная нагрузка первачков низка отчасти еще и потому, что они учатся ориентироваться в нестабильной геометрии Хогвартса и с разной степенью успешности пытаются вникнуть, как работает их новое обиталище. Здесь масса укромных уголков, не менее удобных, чем Выручай-комната, с домовыми эльфами можно договориться на предмет обслуживания (община служит своеобразной биржей труда, некоторые выпускники уезжают домой не с одними только полученными знаниями), а манящий Запретный Лес патрулируется кентаврами и потому безопасен. Раньше там обитала колония акромантулов, чье уничтожение обошлось мне в триста галеонов. От расстройства Хагрид на две недели ушел в запой, но душевные терзания полувеликана меня волновали и волнуют слабо.
И, наконец, сейчас я здесь в качестве помощника профессора Тофти. Помогаю ему принимать выпускные экзамены. С Тофти и Марчбэнкс нас связывает общая тайна – именно мы невольно вызвали политический кризис, сотрясающий сейчас старушку Британию. Хотя, конечно, основная вина лежит на мне, потому что именно я задумал и набросал черновик статьи с предположительной биографией Слизерина. Задумывалась она как шутка, легкое дурачество к первому апреля, и оба профессора, с которыми я поделился затеей, с удовольствием присоединились к игре. Добавили фактов, уточнили формулировки, потрудились над интерпретациями. В результате, когда статья ушла редактору «Пророка», она представляла собой самый настоящий научный труд, причем очень доступно написанный. Неудивительно, что её опубликовали.
На следующий день после выхода номера магическая Британия взорвалась.
Мы недооценили популярность Основателей. В нашей статье фигура Слизерина представала более чем далекой от каноничного изображения, достаточно сказать, что фраза «верный сын католической церкви» повторялась дважды, в середине и конце. Начало, помнится, отметилось «аскетом и подвижником, сторонником прогресса в магическом мире». Последнее особенно взбесило консерваторов, даже больше, чем «верный сын». Круги, поддерживающие более тесное взаимодействие с миром простецов, тоже остались недовольны, потому что мы, со ссылкой на статистику из открытых источников, в два приема доказали, что магглорожденных действительно надо обучать иначе. Остальные группировки тоже нашли, на что обидеться, причем скажу честно – многие найденные в статье намеки авторами туда не закладывались.
Счастье великое и спасибо всем высшим силам, что мы озаботились анонимностью публикации. Сюрприз коллегам хотели сделать, ага.
Думаю, в другое время статья особого резонанса не вызвала бы. Поговорили бы о ней с неделю-другую, поругались-посмеялись и забыли. Просто сейчас Министерство воспользовалось удобным случаем, чтобы уколоть набравших силу аристократов (для чего редактор и пропустил текст в печать), те ответили, пошли на обострение, и понеслось… Не знаю, чем дело кончится и насколько долго они намерены собачиться между собой.
Мои сообщники счастливы. Хихикают, довольные, переглядываются со значением, уже сплетни о романе пошли. Впрочем, ученые старички не единственные, наблюдение за кем доставляет удовольствие.
- Знаешь, твои страдания выглядят довольно забавно. Извини за прямоту.
- Тебе смешно, - обиженно надулся Северус. – А я чувствую себя преданным!
- Да неужто? Я-то думал, у тебя роман с Мериэл, - я состроил скорбную мину. – Надо же так ошибаться!
- Хватит издеваться! Ты прекрасно знаешь, что Лили – не моя девушка. Но почему Поттер!?
Душевная мука, прозвучавшая в его последних словах, избавила мелкого от дальнейших насмешек. У меня просто язык не повернулся. Подростки, конечно, очень забавные, со всеми их первыми влюбленностями, трагедиями и терзаниями, но меру надо знать.
- Это риторический вопрос или ты действительно хочешь понять, почему Лили выходит замуж за Джеймса Поттера?
- Да!
- Потому, что она – девушка из приличной семьи.
Северус открыл рот, посмотрел на мое серьезное лицо, понял, что не издеваюсь, закрыл. Задумался. Тряхнул головой.
- Не понимаю.
- «Девушка из приличной семьи» в случае мисс Лилиан Эванс – не описание и даже не характеристика. Это, скорее, карма. Она выйдет замуж за такого же юношу, родит двух или трех детишек, будет состоять в многочисленных комитетах, организующих приют для брошенных животных или собирающих ношеные вещи в фонд помощи бедным. Возможно, устроится на какую-нибудь работу, пока дети не появятся. Обязательно станет бороться со злом, в чем бы то не проявлялось – в пропаганде темной магии или угнетении негров в Штатах. Если ты подумаешь, то поймешь, что Поттер ей идеально подходит. Активный, неглупый, хочет пойти в авроры, язык хорошо подвешен, обожает присматривать за убогими и поговорить о политике, у семьи репутация респектабельнейшая. Безусловно, если бы роду не требовалось разбавить кровь и Кодекс не разрешил, на магглорожденной он бы не женился, но тут Лили повезло.
Можно сказать, они были обречены сойтись. У тебя, например, шансов не было изначально.
- Почему это? – обиделся Сев.
- Да ты на себя посмотри. Чернухой увлекаешься, приворотное старшекурсницам варишь едва ли не в промышленных масштабах, в Лютный приходишь, словно в дом родной. По родне Азкабан плачет, подробности опустим. За такого полукриминального типа, склонного к антисоциальной деятельности, правильная девушка Лили Эванс не пойдет никогда. Хотя нет, вру, - поправился я. – Можешь по примеру своего дружка Люпина внушить ей материнский инстинкт неодолимой силы, это должно сработать.
- Он мне не дружок.
- Как скажешь. Мне из всей их четверки только Петтигрю интересен, до остальных дела нет.
- Петтигрю? Да он же, - от удивления Сев даже не сразу сравнение подобрал, - он никакой! Ничего из себя не представляет, только и может, что крутиться вокруг Поттера с Блэком.
- Характер у него действительно слабый или, скажем мягко, гибкий, - признал я. – Тем не менее, он стал анимагом, причем в очень раннем возрасте.
То, что трое Мародеров из четверых являются анимагами, стало известно год назад. После одного из столкновений банды с мелким я не поленился и накатал анонимку в Департамент защиты правопорядка, причем озаботился, чтобы она попала в руки лично Краучу. Надеюсь, Железный Барти потрепал нервы и Поттерам, и Блэкам. Мальчишек никак не наказали, тут и возраст сыграл свою роль, и вмешательство Дамблдора, но на какое-то время они притихли. Ненадолго – пока не осознали, что их популярность в школе взлетела до небес.